Елена вдохнула полной грудью. Воздух пах свежей краской, пылью и её личной, выстраданной победой. Солнечный луч, пробиваясь сквозь чистое, ещё без занавесок, окно, играл на светлом ламинате. Это была её квартира. Её крепость. Её мечта, на которую она копила почти пять лет, отказывая себе во всём. Каждый сверхурочный час, каждая сэкономленная тысяча были вложены в эти сорок пять квадратных метров счастья. Она медленно провела рукой по прохладной стене. Наконец-то.
Резкий звонок в дверь заставил её вздрогнуть. Наверное, муж Андрей. Елена с радостью побежала открывать, но на пороге стоял не только он. Рядом с ним, подбоченившись и оглядывая лестничную клетку с хозяйским видом, стояла его мать, Нина Георгиевна.
Елена почувствовала, как внутри что-то неприятно сжалось. Она уже знала, что сейчас начнётся. Предвидя этот сценарий, она сделала один звонок за неделю до сделки. Звонок, который должен был всё изменить.
– Ну, показывай свои хоромы, – без предисловий заявила свекровь, проходя внутрь. – О, а квартирка-то неплохая, просторная. Ремонт свежий. И район хороший. Я как раз искала себе жильё, ты же знаешь, Андрей, как мне тяжело в моей хрущёвке на пятый этаж без лифта.
Слова упали в тишину комнаты, как камни. Елена посмотрела на мужа, ища поддержки, но увидела лишь знакомое выражение беспомощности на его лице.
– Лен, ну ты же слышишь, – замямлил Андрей, избегая её взгляда. – Маме и правда нужнее. Она одна, здоровье уже не то. А мы молодые, ещё заработаем.
В этот момент Елена смотрела на мужа и видела перед собой чужого человека. Она попыталась вспомнить, когда Андрей в последний раз так говорил о ней, о её чувствах или мечтах. Не смогла. Годы терпения, годы попыток угодить его матери, годы, когда её собственное мнение всегда было на втором месте, вдруг спрессовались в одну секунду ледяного спокойствия. Она проиграет эту битву, но выиграет войну.
На её лице появилась неожиданно светлая и добрая улыбка.
– Конечно, – мягко сказала Елена. – О чём речь. Мамочка, если вам здесь будет лучше, я только рада. Живите, раз вам так нужнее.
Она протянула опешившей свекрови связку ключей. Нина Георгиевна расплылась в победной улыбке.
– Вот это я понимаю, правильная невестка! Умница, Леночка!
Через пару дней Елена пришла к свекрови с папкой документов.
– Мамочка, тут нужно пару формальностей уладить, чтобы подарок был официально ваш. Просто подписи поставить, что вы принимаете право пользования.
Нина Георгиевна, ослеплённая жадностью и триумфом, даже не взглянула на текст. Андрей, стоявший рядом, лишь торопил:
– Мам, ну подпиши уже, не задерживай Лену, она и так для тебя всё сделала, бегает тут с бумажками.
Елена с улыбкой подсунула нужный лист, «случайно» прикрыв рукой верхнюю часть с заголовком «Договор Аренды». Она указала пальцем на графу «Арендатор». Нина Георгиевна, не читая, размашисто расписалась. Ловушка захлопнулась.
Следующий месяц превратился в театр. Елена с холодной усмешкой наблюдала, как Нина Георгиевна, не дожидаясь и недели, с невероятной поспешностью провернула сделку по продаже своей старой хрущевки. Свекровь командовала, переставляла мебель и каждый день хвасталась подругам, как «сыночек с Леночкой» о ней заботятся.
Елена с улыбкой всё это сносила, а сама втайне провернула вторую часть своего плана. Она встретилась с тем самым Виктором Павловичем – старым другом её отца, солидным и надёжным человеком. Формально именно он по её просьбе и стал новым владельцем квартиры. Елена продала ему только что купленную недвижимость, мгновенно вернув свои деньги. Договор аренды с Ниной Георгиевной автоматически перешёл к новому собственнику. Деньги от продажи лежали на её счёте, ожидая своего часа.
«А зачем мне этот хлам на пятом этаже? – громко вещала она в телефонную трубку, сидя на новом диване. – Вырученные деньги в ремонт вложу! Тут же всё самое дешевое, Леночка на мне сэкономила. Закажу настоящую кухню из массива, а не эту дешевку из прессованных опилок. И на дачу приличную отложу, чтобы летом было где отдыхать, а не как у Зинки – в сарае с комарами. Вот это будет жизнь, все обзавидуются!»
Елена слушала это и понимала, что свекровь сама, своими руками, затягивает на шее петлю. Она не просто вошла в ловушку – она сожгла за собой все мосты ради того, чтобы утереть нос подругам и обставить свою "новую жизнь" с максимальной, мещанской роскошью.
Ровно через месяц, в разгар новоселья Нины Георгиевны, в дверь позвонили. На пороге стоял Виктор Павлович.
– Нина Георгиевна? Здравствуйте. Я новый владелец этой квартиры. Простите за беспокойство, но сегодня истёк первый месяц вашего проживания. Я пришёл получить арендную плату за следующий месяц и страховой залог.
Бокал в руке Нины Георгиевны предательски звякнул.
– Какую… арендную плату? – пролепетала она.
– Обычную, согласно договору, который вы подписали, – вежливо пояснил мужчина. – Сорок пять тысяч рублей в месяц плюс залог. Итого девяносто тысяч. Елена внесла первый платёж в качестве подарка. Очень щедро с её стороны.
Нина Георгиевна захлопнула дверь и, трясущимися руками, набрала номер сына.
Андрей ворвался в квартиру родителей Елены, где она временно жила.
– Ты что устроила?! – закричал он с порога. – Мать мне звонит, в истерике!
Елена спокойно достала копию договора.
– Я ничего не устраивала, Андрей. Я помогла твоей маме. Я нашла ей прекрасный вариант, как ты и хотел. Я даже оплатила первый месяц. А это – договор, который она сама подписала. Там чётко указана сумма. Она же дееспособный человек.
Андрей смотрел на подпись матери, потом на жену, и в его глазах плескался ужас.
– Но… но у неё нет таких денег! Её пенсия – двадцать тысяч!
– Это уже не моя проблема, – тихо, но твёрдо ответила Елена. – И не твоя. Это проблема твоей мамы. Ты всегда говорил, что ей нужнее. Вот теперь у неё есть то, что ей нужно. А как она будет за это платить – пусть решает сама.
Она встала и посмотрела ему прямо в глаза.
– Ты за все эти годы ни разу не спросил, а кто позаботится обо мне? И я не про подарки, Андрей. Я о моих мечтах. Ты всегда видел во мне только удобную жену, которая поймёт и уступит. Твоя мама видела во мне бесплатное приложение к своему сыну. Вы оба просто брали. Теперь попробуйте что-то сделать сами.
Развод стал формальностью. Андрей, пытаясь оплачивать неподъёмные счета матери и покрывать её долги, вскоре погряз в кредитах. Он осознал, что потерял не просто жену, а свой главный жизненный ресурс. Нина Георгиевна, не выдержав позора и вечных напоминаний о «подарке», через полгода съехала из квартиры и перебралась к дальней родне в деревню, и больше о щедрой невестке не вспоминала.
А Елена через два месяца стояла на пороге другой квартиры. Поменьше, поскромнее, в спальном районе. Она купила её на те самые спасённые деньги. Конечно, ей ещё предстояло привыкать к новому маршруту на работу и отсутствию любимого сквера рядом, но эти мелочи не имели значения.