1. Юра Лаут резонно заметил: "Советский солдат, особенно первого года службы, мог спать хоть буквой ЗЮ, хоть стоя, хоть ногами вверх. Служил я в солнечном ТуркВо , рядом с "хлебным" городом , в зенитно-ракетном дивизионе 74 й ЗРБР "Почва".
Зима в солнечном краю выдалась снежная и холодная , причём узбекский мороз ощущался гораздо противнее подмосковного. Пошёл я ночью менять сетку кодирования ПВО или как это называли менять квартиру , рисовать на планшете и индикаторах кругового обзора номера квадратов , которые регулярно обновлялись.
Дивизион стоял на БД, поэтому на позиции круглосуточно обитали кроме дежурного офицера и телефониста , ещё и оператор радиостанции Циклоида ,оператор станции разведки и целеуказания П-18 и пара дизелистов , один на комплексе , второй на СРЦ.
Вначале посетил кабину управления , разрисовал планшет и выносной индикатор , разбудил лейтенанта чтоб он доложил на КП о смене квартиры, покурили мою московскую Яву .запили его растворимым индийским кофеем , поп..дели про про кафе "Лира" и "Космос" и я матерясь потопал на СРЦ.
Патрульного (так у нас назывался караул) который должен был бродить по позиции не встретил, что порадовало, деды иногда прикалывались , орали "Стой кто идёт!" "Пароль!" "Руки вверх я тибэ ни знаю!"
Забрался в СРЦ и не обнаружил там оператора, решил заглянуть в дизель , два дизеля в узкой кабине молотили так , что даже через шапку череп вибрировал и увидел дивную картину в этом аду возлежали прижавшись к картеру дизеля в шапках с завязанными ушами , оператор СРЦ ефр .Меерманов и дизелист Бердыев один справа , другой слева…
А у второго дизеля опочивал патрульный Адылов, рядом валялся автомат , что навело меня на нехорошие фантазии, разбудить оператора мне удалось с большим трудом. За пару минут в этом грохоте я о..ел , а эти орлы спали сном младенца с блаженными рожами...".
2. Бухаров Василий рассказал: «Заступил я как-то в наряд дежурным по роте. Ходил, ходил по коридору, да и начал меня сон морить, прямо на ходу глаза закрывались. Ресницы по пуду, фуражка два пуда весит, да кокарда пуд…
Начал я искать себе место, где бы свои кости кинуть, т.к. был с раннего утра на ногах. И нашел одно теплое местечко, в сушилке. А там прямо лето, жара такая, что можно париться, как в бане. На трубах обмундирование висит, сушится.
Каждую неделю стирали его, потому как запах стоял, как от коней, хотя никаких коней в роте не было, если не считать одно железного, с хоботом, да с гусеницами. И вот, лег я удобнее, на бушлаты молодецкие, да и уснул.
Туловище в сушилке, а ноги наружу, ну, это чтобы совсем не угореть, а только наполовину. И сон снится, что я дома, в кресле сижу, "битлов" слушаю…
И тут меня оторвала от земли неведомая богатырская сила, и я такой тумак в грудь получил, что с первого раза и не проснулся даже. Сон то, тоже был богатырский. Но тот богатырь силушкой не обижен был, оторвал меня сонного от земли, и, еще раз попотчевал тумаком.
Вот тут я и проснулся. И не увидел никого. Думаю, вот приснится же такая небылица. Но тот богатырь видно владел колдовскими чарами. Растворился в воздухе…
Выполз я из сушилки в коридор, а коридор длинный, а в конце на "тумбочке" дневальный стоит, и, по его лицу видно, что спать он совсем не хочет. Я его и спрашиваю, мол, кто был? А он дрожит, как осинка на ветру, и отвечает : "Никого не было".
Задумался я: "Хм, никого". А грудина - то свербит, словно там внутри кости растут. И, тишина такая, что слышно, как в спальном помещении храпят сто молодцов, на разные свирели.
И проходил я до утра по коридору в думах о службе, что скоро уже, скоро, этот "дембель", а завтра праздник великий - "Сто дней до Приказа", и надо бы отпраздновать его как полагается старому воину - постричься наголо, чтобы за сто дней прическа новая отросла, да чтобы предстать во всей красе пред очами матушки.
Посткриптум, то есть, а кто было-то? А приходил добрый молодец, который был дежурным по нашему, значит, батальону. Увидел такое безобразие, и, решил сам, значит, наказать.
Еще подумал, что вот сейчас по селектору, да в штаб, на ковер пред ясны очи дежурного, которые тоже хотят найти теплое местечко, да, каждый должен знать место и время отдыха. Утро наступило нескоро, в раздумьях, что больше так угорать в сушилке не буду.
Дымы развеял дневальный: «Товарищ сержант, вас там товарищ прапорщик зовет» Выглянул в окно, и, правда стоит прапорщик роты, и говорит сладким голосом, мол, спускайся. Быстро слетев с третьего этажа, я предстал во всей красе пред светлые очи прапорщика.
Он сказал только одну фразу, после которой еще целый год я ни разу не уснул на дежурстве:
– Еще один раз уснешь, и, отправлю тебя в трубопроводные войска! Понял?
– Так точно!
Прапорщик был справедливый мужик, и, слов на ветер не бросал. И фамилия у него была, сродни богатырских родов, уходящих вглубь веков. Я бы на картине «Три богатыря», заменил бы Добрыню на прапорщика Драч. Вот и весь Сказ…»
Подписаться или поставить лайк – дело добровольное и благородное…
