Из приоткрытой двери кабинета психолога

Из приоткрытой двери кабинета психолога.

Мама, не уезжай: вдруг без тебя всем понравится.

Когда женщина говорит: «Я не могу уехать в отпуск без детей», это звучит как забота. Ответственная, крепкая такая материнская забота, под которой удобно прятать тревогу.

Причём тревогу не за детей — а за свою собственную (НЕ)значимость.

С виду — бытовая ситуация. Муж, дети, чемоданы, билеты и внутренний голос: «Ну не могу. Он не справится, он даже макароны съедобные "сотворить" не сможет - спалит все, а мне потом исправлять».

А в кабинете у психолога вдруг выясняется, что дело вовсе не в макаронах и даже не в мужчине.

Когда мы докапываемся до сути, всплывает настоящая причина:

«А вдруг дети полюбят папу больше? А вдруг без меня им понравится? А вдруг я стану не нужна?»

Вот оно — ядро.

Убеждение, что любовь нужно заслуживать, удерживать, контролировать. Быть любимой просто так — это роскошь, которую тебе никто не предложит.

А значит, надо быть незаменимой. Всегда на посту. С тряпкой, рецептом, на двух работах и тревожной мыслью наперевес.

Ирония в том, что когда человек живёт в таком режиме, он как будто идёт по жизни в костюме функционала: «Я — сервис. Я — многозадачность. Я — никто, если не нужна.»

И здесь уже не про любовь, и не про заботу, и даже не про отпуск.

Это про фундаментальное: если от меня не зависят, значит, меня не существует.

И тогда человек начинает  устраивать себе полную занятость без отпуска, чтобы не встретиться с этой пустотой.

Компенсаторное поведение строится аккуратно, как музейная экспозиция:

— быть нужной везде, где только можно;

— держать всё под контролем, потому что «иначе никто не справится» (а ты проверяла?);

— делать всё на «отлично», не потому что хочется, а потому что страшно расслабиться.

— работать на двух работах, садик, школа, кружки, быт.

Парадокс: чем больше стараешься быть необходимой, тем сильнее размывается чувство собственной ценности.

И находится в руках  других — и никак не внутри.

Самое обидное, что такая женщина часто остаётся без благодарности. Потому что роль спасательницы — незаметная.

Её все воспринимают как норму.

Ну а если вдруг она попытается выйти из роли и, страшно сказать, уехать одна — запускается тревога: а что, если без меня обойдутся?..

Обойдутся. И это нормально.

Но признаться себе в этом без внутреннего краха — задача не из лёгких. Легче обрасти компенсациями и ждать обглесения. Вот только сколько ждать - неизвестно.

Но, если заинтересоваться своими "не могу и нельзя", то появляется возможность разобраться работа — с глубинными убеждениями, с тем, как человек выстраивает самоценность и за счёт кого.

С этим идут не к гадалке и не к мотивационному спикеру, а туда, где умеют копать — в системную терапию - с холодной головой и тёплой поддержкой и без фраз «вселенная тебя услышит».

Потому что вместо вселенной слышу я. И я спрашиваю: «А кто ты, если в тебе никто не нуждается прямо сейчас и могут временно побыть без тебя?»