Этот рассказ возник у меня как интерпретация одной из сказок средневекового японского сборника поучительных сказок "Книги песка и камней". Его составил монах буддийского ордена Чистой Земли по имени Мудзю Итиэн в 1279–1283 годах. Сборник большой, из 10 книг-свитков. Мотив одной из сказок стал основой для этого небольшого эссе.
Демон Омико
Демон
Она совершенно точно сошла с ума! Она ведёт себя, как помешанная. Она громко смеётся в храме и публично хулит священников. Эта женщина одержима дьяволом!
Так наперебой говорили простолюдины, пришедшие на поклон и с просьбой к сановнику первого ранга, надзирающему за этой убогой прибрежной провинцией Императорского Владычества.
Он смотрел на них пристально и молча. Они были не столь встревожены, сколь раздражены и рассержены. Эта девушка по имени Омико давно досаждала им, но именно поэтому она уже привлекала внимание сановника.
( 乙美子 японское женское имя, состоит из иероглифов: “о-ми” 乙美 - "утонченная красота"; и "ко" (子) - "ребенок", "девочка")
Она действительно гораздо утончённее большинства местных неотёсанных болванов. Явно умнее, хотя и плохо воспитана. Младшая сестра в семье местного чинуши, похоже, смогла стать заметно свободнее умом, нежели её старшая сестра Тамико.
(民子, по традиции записывается двумя кандзи "тами-ко", и означает "дитя народа")
Та тоже вполне соответствовала своему имени - вся такая правильная, чтущая народные традиции. В отличие от неё Омико одевалась слишком ярко, красилась слишком вызывающе, причёска у неё вечно какая-то причудливая. И выходки разные позволяла себе нередко, однако в этот раз она явно превзошла себя.
Крепкие парни из порта, по команде стариков, связали Омике и отволокли в лекарню - все были уверены, что она просто безумствует после сильной выпивки. Но кто-то из стариков сказал, что это может быть одержимость дьяволом. Что ж, лекарня - самое подходящее место, чтобы выяснить, что же с ней такое.
Однако сам сановник в этих делах ничего не смыслил, поэтому пригласил прийти в дом лекаря известного в городе отшельника с Крутой горы. Люди часто обращались к нему за магической помощью или за духовным наставлением. Пришёл час, когда и сановнику первого ранга понадобилась его помощь.
Отшельник пришёл тотчас, вместе с посыльным. Он явно понимал, что на такого уровня обращение нужно отзываться немедленно.
Горный аскет явно знает, что нужно. Осмотрев привязанную к больничной койке Омико, он долго смотрел ей в глаза - девушка сначала сидела угрюмо, но после этого начала громко смеяться. Тогда отшельник поднял руку с каким-то амулетом и заговорил на непонятном языке.
Впрочем, сановник узнал этот язык, хотя и не понимал его. Похоже, что это язык тех “носатых демонов”, как их называют в народе, что приплыли на больших кораблях откуда-то далеко с Запада и им разрешают высаживаться на берег только в одном порту. Сановник как-то бывал там и даже общался с одним из них через толмача. Интересный то был человек, кстати…
Услышав слова отшельника, Омико внезапно замерла, потом заговорила каким-то сдавленным голосом, с трудом выговаривая слова на том же непонятном языке. Некоторое время они обменивались небольшими фразами, после чего Омико произнесла очень чётко и понятно: “Очень трудно так говорить. Не мучайте бедную девушку”.
Аскет пересказал сановнику, о чём он говорил с девушкой, после чего их разговор продолжился уже на обычном языке и некоторые его части звучали очень странно. И вот что узнал сановник…
Да, Омико одержима, но не “дьяволом”, а демоном.
Демон - это могущественное существо из адского мира.
Он не питает зла к людям. Когда-то он и сам был человеком - профессором буддийской философии. Он был очень хорошим, сильным профессором. Его лекции и выступления оказывали большое влияние на людей интеллектуальной сферы. Он учил их философскому скептицизму. Он учил их сомневаться во всём и ничего не принимать на веру.
Он был хорошим профессором. Но он был плохим буддистом. Грязным в мыслях, нечистоплотным в делах. Поскольку он был хорошим профессором, он хорошо умел объяснять самому себе, почему между его словами на публике и его личной жизнью нет противоречий. Но будучи честным скептиком, он сомневался и в них...
Зачем ты захватил тело этой женщины и подчинил себе её душу?
Послушайте, в человеческой душе нет ничего особенного. Она точно такая же, как и других существ - например, как у меня, но для вас-то я адский демон, а не человек... Хахаха...
Зачем тебе её душа и тело?
Слушайте, тут ничего личного, просто у меня оплачен олинклюзив! Адская жизнь - она ведь дико мучительна. Гораздо мучительнее вашей, простой человеческой жизни.
Но если в этой адской жизни ты добиваешься успеха, то ты можешь купить себе небольшой отпуск... А на олинклюзиве - лучший отпуск.
Мне просто предлагается немного побыть каким-нибудь человеком, войдя под своим аккаунтом в его тело и овладев его душой. Раньше демоны любили порулить каким-нибудь правителем или героем слухов и легенд, да и сейчас многие это дело любят... Но многим интеллектуалам стало интереснее побыть немного простым человеком. Такой дауншифт на олинклюзиве. Крутая вещь, я вам скажу... Эх, только вы не поймёте всё равно...
В теле простого человека ты гораздо свободнее, хотя и опасностей тоже немало... Но это, знаете ли... Как вот простой человек становится героем психологического романа... Ну, или героем волшебной сказки, чтобы вам было понятнее...
Тут самая большая опасность - чтобы твоего перса... Извините, аватара, конечно. Ох уж этот липнущий к языку сленг, хахаха.... В общем, главное, чтобы тебя просто не грохнули - тогда тур заканчивается досрочно, а плата всё равно взимается полностью... В общем, деньги просто сгорают. Да, такие вот адские правила.
Второй вариант - это вот как сейчас. Вы меня поймали и связали, и я просто попусту тут трачу с вами время. Впрочем, это всё же довольно забавное времяпрепровождение, небольшая интеллектуальная коллизия... Что такое «коллизия»? Нет, ты неправильно произносишь... Надо растянуть "л" и усилить после него "и"... Ладно, пусть так... Буквально это означает столкновение.
Зачем ты мучаешь несчастную женщину?
Вовсе она не мучается. Ну, не больше вашего. Для неё это всё как сон. Ну, да, сейчас он не очень приятный, так и мне это всё тоже не нравится.
Что же нам с ним делать? Как его изгнать?
Оплачено. Я тут до конца тура буду, не дождётесь, чтобы я сам его отменил.
Сановник был серьёзно озадачен всем этим. Ранее он не верил в одержимость, считая, что это просто какое-то проявление болезни после неумеренного потребления всякого мутного самогона. Однако тут всё явно иначе.
Хорошо пообедав с лекарем, сановник вернулся в комнату Омико. Теперь он говорил с ней, вернее - с ним, с тем, кто ему отвечал, уже без аскета.
Ты очень умён. Мы показали тебе три оберега наших магов и ни один из них не подействовал на тебя.
Один немного подействовал. Да из этих трех только один и есть настоящий маг.
Какой? Тот, амулет которого был вторым.
Хочешь поговорить с ним?
Хм... А это будет даже интересно. Похоже, я всё таки неплохой выбор сделал с этой аватаркой...
Второй маг был очень старым, из тех, которым даже на сановников начхать. Маг не хотел никуда идти и сановнику пришлось лично его уговаривать весь вечер. На следующий день он пришёл в лекарню.
Демон сказал ему:
- Хорошую ты строку написал, креативно подошёл к делу. "Гара-гара-портсигара" - мне понравилось. Такой очень творческий шифр. Я понял, что ты говоришь мне "гатэ-гатэ-парагатэ", в смысле, уходи-уходи. Но, раз уж всё так сложилось, то есть у меня к тебе один вопрос: хорошую я выбрал аватарку? Как она тебе? Красивая?
Старый маг, казалось, хотел было тут же уйти, но остановился и после долгой паузы заговорил:
- Я тоже понимаю тебя... я и сам был демоном... немного в другом аду, но это неважно. Я не знаю, что это за о-линк-люза такая у тебя, но я тоже делал нечто такое - я научился подобному эскапизму. Это не требовало много денег, но требовало усилий и осторожности. Получить доступ удавалось ненадолго, но зато это было как временное освобождение.
- О, да! Очень хорошо тебя понимаю. У вас тогда всё было не так технически круто, как у нас сейчас, но зато всё было более аутентично. Андерграунд, контркультура...
- Знакомые слова. Давненько я их не слышал.
- Так что насчёт моей аватарки? Я её очень долго выбирал, минут 20, наверно.
- Да. Твоя аватарка... Честно скажу тебе, выглядит она весьма вульгарно. Но, как бы там ни было, твоя аватарка - это ключ. И сейчас это ключ к твоему освобождению - не только к освобождению из вот этого весьма неприятного положения, в котором ты тут оказался, но и к освобождению из твоего собственного ада.
- Ничего себе?! Вот это крутой замес получился... Я уже горю желанием всё узнать.
- Это естественно, ты же демон - ты как горшок, наполненный горящим углями, тебя постоянно изнутри жгут желания. Но сейчас тебе нужно... превратить этот жар в тепло... тебе нужно направить своё желание на другого, а именно - на твою аватарку. Помоги ей. Сделай всё, что сможешь, чтобы помочь ей. Сейчас её душа тебе полностью открыта и ты даже управляешь её телом. И это тело сейчас связано и приковано. Никогда не будет у тебя лучшей возможности помочь ей. Сделай всё, что можешь, чтобы помочь ей. Освободи её. Освободи себя…
Омико
Омико открыла глаза, сон как рукой сняло. Голова была тяжёлая, как обычно бывает с похмелья, но мысли текли спокойно и в них была какая-то необычная ясность. Несомненно, эта китайская настойка стоила своих денег...
Она захотела провести руками по лицу, но поняла вдруг, что оба мизинца и указательные пальцы её охвачены какими-то маленькими удавками и крепко держат руки, позволяя делать лишь очень маленькие движения. Ноги и вовсе охвачены матерчатым ремнём с большой пряжкой.
В голове пролетела мысль, о том, что всё это очень пугающе, и даже немного похолодело от этого в груди, но что-то тёплое и спокойное тут же поглотило этот холодок, и она поняла, что всё не так уж страшно.
Полусидя на странном ложе, она внимательно рассмотрела удавки на пальцах. Они показались ей странно знакомыми. Трубочки, сплетённые из тонких жгутиков, плотно охватывали фаланги пальцев и при малейшей попытке вытянуть из них пальцы они захватывали их ещё плотнее.
Не надо пытаться вытягивать пальцы, надо наоборот, - такая чёткая мысль как будто бы сама собой возникла в её уме. И в этой мысли был резон. Омико мягко двинула пальцы как будто бы внутрь трубочки - и жгутики действительно ослабили свою хватку. Через пару минут она освободила руки, затем развязала ремень и встала с койки.
Бежать? Нет. Ей очень хочется пить. Рядом с койкой - сиденье, рядом с сиденьем столик с кувшином воды и тазиком. Похоже, это для гигиенических нужд, но пить так хочется, что уже не до того…
Поставив кувшин на место, она передвинула скамейку к окну и спокойно сидела, глядя на прыгающих по веткам птичек, когда в комнату вошла её старшая сестра в сопровождении какого-то старика в заплатанной рясе из некрашеной конопляной ткани.
Танико удивлённо уставилась на неё, явно не зная, что нужно делать - то ли возмущаться, то ли беспокоиться. Она оглянулась на старика. Тот сделал успокаивающий жест и слегка посторонился, чтобы она могла выйти.
Глядя на спокойно сидящую Омико, старик одобрительно покачал головой.
- Хорошо. Очень хорошо.
- Что же хорошего? - буркнула в ответ Омико, но потом взяла себя в руки и стала говорить вежливо. - Я понимаю, что плохо себя вела. Но я ведь ничего по-настоящему плохого не сделала, это было, скорее, просто весело.
- Да, ничего по-настоящему плохого ты не сделала. И, судя по тому, что ты сидишь у окна, а не лежишь связанная на койке, с тобой всё в порядке. Но скажи мне, что ты чувствуешь сейчас, понимая, где и почему оказалась?
- Я…, - Омико немного замялась, и потом, с какой-то решимость в голосе, произнесла, - Я чувствую... горечь.... Мне жаль, что всё так вышло, я не хотела никому зла.
- Хорошо, хорошо. Однако ты ведь понимаешь, что тебе придётся пробыть в этой лечебнице ещё две недели. Так просто тебя отпустить отсюда никто не может, даже сановник первого ранга, хотя он явно лучше всех в этом городе понимает тебя.
- Да, я понимаю. Благодарю вас.
- Что ж… Тогда… Прежде чем я уйду, ты можешь спросить меня о том, что больше всего хотела бы узнать.
Омико задумалась. Похоже, что она была немного в растерянности, но потом, как будто внезапно поняв, что надо спросить, произнесла: “А что такое гара-гара-портсигара?”