С утра Надежда возилась со своими любимыми лилиями. Она недавно вернулась домой после долгого отсутствия и теперь с радостью проводила время с цветами, которые ласково называла своими «подружками». Их она вырастила сама, вкладывая душу в каждый бутон.
Обычно за садом и лужайкой перед домом следил садовник Иван Петрович, но лилии Надежда доверяла только себе. Лишь на время отъезда она просила его присмотреть за ними.
Вчера вечером 40-летняя Надежда Сергеевна Ковалёва прилетела из Санкт-Петербурга, где отмечала день рождения своей давней подруги детства — Марины Викторовны Лебедевой. Время летит незаметно: Марине исполнилось 40, да и самой Надежде недавно стукнуло столько же.
Вспоминая весёлый праздник, Надежда улыбнулась. Жаль, что они с Мариной теперь так далеко друг от друга, но, к счастью, есть телефон, да и навестить подругу не составляет труда.
В родном городе у Надежды осталась ещё одна близкая подруга — Светлана Миронова, с которой они вместе учились в школе. Света — человек, которому можно доверить любую тайну. Надежда вздохнула и решила позвонить ей. На юбилей Марины Светлана не поехала, хотя в детстве они дружили втроём. Но Марина и Света давно не общаются.
Их ссора случилась много лет назад, и с тех пор Марина не хочет даже слышать о Светлане. Надежда старается не вмешиваться в их конфликт, зная, как болезненно для Марины любое упоминание о бывшей подруге. Однажды Марина резко сказала:
— Я давно поняла, какая Светка на самом деле, Надя. Она двуличная, подлая. Держись от неё подальше, иначе намучаешься.
— Мариночка, ну что ты такое говоришь? Мы же с детства вместе. Может, Света и не хотела ничего плохого? Она ведь столько раз извинялась, — мягко возразила Надежда.
— Нет, подруга, — отрезала Марина, — предателей прощать нельзя. Это не случайность, а их натура. Человек либо способен на подлость, либо нет. Третьего не бывает. Кто не способен — никогда не предаст, потому что не умеет.
— Может, всё-таки поговорите? Она просила передать, что очень хочет помириться, даже плакала, — вздохнула Надежда.
— Плакать она умеет, актриса ещё та, — отмахнулась Марина. — Надя, давай договоримся: больше никогда не упоминай при мне Светлану Миронову. Обещай.
— Обещаю, — кивнула Надежда и обняла подругу. С тех пор они больше не касались этой темы.
Надежда всегда поражалась характеру Марины Лебедевой. Та была непреклонна: если что-то решила, то не отступала. Живя в Санкт-Петербурге, она владела небольшим издательским домом и вела обеспеченную жизнь. Семьи и детей у Марины не было — её собственный выбор, о котором она никогда не жалела. Вспоминая, как подруга устроила ей тёплый приём в Питере, Надежда не заметила, как к садовой калитке подошла соседка — 65-летняя Елена Фёдоровна Гришина.
— Надюша, доброе утро! Уже вернулась? — улыбнулась пожилая женщина.
— Здравствуйте, Елена Фёдоровна. Да, вчера приехала. Вот, общаюсь со своими «девочками», — Надежда кивнула на лилии.
— А я-то думаю, кто это в саду шепчется? — рассмеялась соседка. — Надя, надо поговорить. Серьёзно. Можно зайти?
— Конечно, проходите, — Надежда открыла потайную калитку, которую сама попросила установить, когда ставили забор между участками. Елена Фёдоровна обрадовалась этому: она ценила доброту и чуткость соседки. Жила она в загородном доме одна, лишь с прислугой, а сын, 45-летний Павел Гришин, часто бывал в разъездах или жил в городской квартире. Елена Фёдоровна, искусствовед и вдова известного художника, любила беседовать о культуре, но с горничными таких разговоров не заведёшь. Поэтому она часто общалась с Надеждой, которая, хоть и не работала, была образованной и интересной собеседницей.
Надежда пригласила соседку на кофе в садовую беседку. Елена Фёдоровна долго рассказывала о местных новостях, погоде и климате. Надежда не торопила, но ждала, когда же начнётся «серьёзный разговор». Наконец, соседка решилась:
— Надюша, прости, что лезу не в своё дело. Не хочу тебя расстраивать, но молчать не могу.
— Елена Фёдоровна, я знаю, вы желаете мне только добра. Мы ведь давно подруги, — улыбнулась Надежда.
— Правда? Ты правда так думаешь? — соседка прижала руку к сердцу. — Ты мне как дочь, Надя. Я так ценю наше общение, поэтому и боюсь сказать. Но не могу молчать.
— Говорите, я всегда прислушиваюсь к вашим словам, — мягко ответила Надежда.
Елена Фёдоровна глубоко вздохнула и выпалила:
— Твой муж, Олег, тебе изменяет. Пока ты была в Питере, он отпустил прислугу и привёл в дом другую женщину.
Надежда замерла. Она подозревала, что у Олега кто-то есть, но гнала эти мысли, считая себя излишне мнительной. А теперь всё подтвердилось.
— Ой, прости, я, наверное, зря… Пойду, — соседка поднялась, но Надежда остановила её, обняла и усадила обратно.
— Нет, не уходите. Расскажите всё. Это важно.
— Я старомодна, Надя, — начала Елена Фёдоровна. — Для меня ложь — это неуважение, а где нет уважения, там нет любви. Измена — это предательство, а его прощать нельзя.
— Марина тоже так считает, — задумчиво сказала Надежда. — Моя подруга детства.
— Мудрая у тебя подруга, — кивнула соседка. — Так вот, Олег приводил женщину три дня. Они приезжали вечером и уезжали утром.
Надежда вспомнила, как созванивалась с мужем, пока была в Питере. Он говорил о делах, а рядом, оказывается, была другая.
— Я их сфотографировала, — тихо добавила Елена Фёдоровна. — Хочешь посмотреть?
— Покажите, — без эмоций ответила Надежда.
Соседка открыла фото на телефоне. Снимок был сделан из окна второго этажа, лица разглядеть было сложно. Надежда увеличила изображение и обомлела. Рядом с Олегом стояла Светлана Миронова — её подруга детства. На следующем фото они целовались, а на третьем Олег что-то шептал ей на ухо.
Надежда побледнела, едва не потеряв сознание.
— Надюша, тебе плохо? — встревожилась соседка.
— Всё в порядке, — с трудом выдавила Надежда и разрыдалась. — Это моя лучшая подруга. Самая близкая. Мы росли вместе.
— Ну-ну, милая, не плачь, — Елена Фёдоровна обняла её, тоже прослезившись. — Так бывает, Надя. Но теперь подумай, что делать: прощать, уйти или отомстить.
Надежда вытерла слёзы:
— Прощать я не буду. Наша дочь Лиза взрослая, живёт отдельно. Пора подавать на развод и уезжать. Но мстить… даже не думала об этом. Пусть живут, если любят друг друга.
— Это ошибка, — строго сказала соседка. — Привести женщину в ваш дом — это не просто измена, это плевок в твою душу. Неужели позволишь так с собой обращаться?
— Нет, не позволю, — всхлипнула Надежда.
— Вот и подумай, — кивнула Елена Фёдоровна. — А я рядом. Если что, помогу. Можешь на меня рассчитывать.
Она поблагодарила за кофе и ушла. Ночью Надежда не спала: ходила по комнате, вспоминала жизнь с Олегом, прислушивалась к звукам в саду и думала о мести. Она плакала, не в силах принять, что разом потеряла мужа и подругу. Олег не ночевал дома, сказал, что уехал в Питер по делам, но теперь Надежда сомневалась в его словах. А Светлана… как она могла? Ведь Марина предупреждала: Светка подлая, не верь ей.
**1989 год.** Надежда Орлова и Марина Лебедева жили в одном дворе и дружили с пелёнок. Им было по 9 лет, и они никогда не ссорились — такая крепкая была их дружба. Во дворе жили либо старшие ребята, либо малыши, а из ровесников — только мальчишки. Поэтому, когда в 41-й квартире появилась новенькая, девочки сразу пошли знакомиться.
В большой квартире жила 40-летняя Анна Георгиевна, директор местного магазина. Недавно она вышла замуж, и у неё появились муж и 9-летняя дочь Света. Историю Светланы Мироновой Надежда узнала от своей мамы, Ирины Павловны Орловой.
Мама, не думая, что дочка всё слышит, обсуждала с подругой по телефону дворовые сплетни:
— Анна совсем рехнулась. Сначала этого бандита приютила, теперь его дочку к себе взяла, — возмущалась Ирина.
— А что с девочкой? Где её мать? — спросила подруга Нина. — Анну понять можно. Сорок лет, ни семьи, ни детей. Одиночество достало.
— Думаешь, этот уголовник ей счастье принесёт? Он на 12 лет младше, да ещё с двумя сроками. Светка родилась, когда её отцу, Сергею, было 19. Мать её, какая-то девчонка, бросила ребёнка. Свету воспитывала бабушка, а потом Сергей вышел из тюрьмы, встретил Анну, и она его приютила. Удочерила Светку, всё как положено.
— И как они живут? — поинтересовалась Нина.
— Пока нормально, но посмотрим. Что-то мне подсказывает, Анна ещё пожалеет. Светка хитрющая, себе на уме. За ней глаз да глаз нужен.
Ирина Павловна, педиатр, знала многих детей в округе. Видимо, Анна приводила Свету на приём, и мама составила своё мнение. Надежда, услышав это, решила: «Бедная Света! Надо её защитить. Мы с Мариной будем её оберегать от дворовых хулиганов».
Не дослушав, Надежда побежала к Марине, чтобы всё рассказать. Марина жила с бабушкой, Клавдией Ивановной Лебедевой, актрисой местного театра. Родителей у Марины не было: мать отказалась от неё сразу после рождения, а отец, Виктор Лебедев, воспитывал дочку один, пока не умер от тяжёлой болезни, когда ей было шесть. С тех пор Марина жила с бабушкой.
Девочки часто бывали в театре, играли за кулисами и помогали декоратору Михаилу Сергеевичу. Надежда так увлеклась, что поступила в художественную школу. Марина тоже записалась, но быстро бросила, увлёкшись литературным кружком. Надежда же окончила академию искусств, но работать не стала: муж, выйдя замуж и родив дочь Лизу, настоял, чтобы она занималась семьёй.
Однажды девочки позвали Свету в театр, где бабушка Марины играла в спектакле. Но Света неожиданно вспылила:
— Не пойду! Вы надо мной издеваетесь! Думаете, я не знаю, что Анна — не моя мама, а мачеха? А я, по-вашему, Золушка? — Света чуть не кинулась на подруг с кулаками.
— Да что с ней? — удивилась Надежда, когда они отбежали.
— Не знаю, — ответила Марина. — Странная она. Я бы до такого не додумалась. Как с такой дружить?
— Найдём подход, — решила Надежда. — Ей, кроме нас, и не с кем.
Больше Свету не звали, хотя она вроде и не возражала против общения. Однажды, когда Надежда болела, Марина возвращалась из школы одна. Её догнала Света:
— Эй, Лебедева, давай вместе. В одну сторону же идём.
Марина кивнула, и они пошли молча. Наконец Света сказала:
— Ты не замечала, что мы с тобой похожи, а Надька — нет?
— О чём ты? — удивилась Марина.
— У неё есть родители, а мы сироты. Вот о чём, — буркнула Света.
— И что? У каждого своя судьба. У Надежды родителей двое, но бабушек нет, а у нас есть, — улыбнулась Марина.
— Кому нужны эти бабки? — скривилась Света.
— Что ты сказала? — переспросила Марина.
— Ничего, — отмахнулась Света. — Я к тому, что мы с тобой одинаковые, а Надька — чужая. Ты должна со мной дружить, а не с ней.
— Ты что, завидуешь? Мы же звали тебя с нами, а ты сама отказалась! — возмутилась Марина.
— Не хочу втроём. Лучшие подруги — это двое. Третий всегда лишний, — заявила Света.
Они чуть не подрались, но тут вышла бабушка Марины и позвала обеих на обед. Света стала чаще бывать у Лебедевых, а Надежда ела дома. Ей это нравилось: она чувствовала себя ближе к Марине, а Надежду за глаза называла «третьей лишней».
Надежда ничего не замечала, всегда защищая людей. Когда Марина рассказала о разговоре со Светой, Надежда снова вступилась:
— Она несчастная, Марин. Столько пережила. Со временем поймёт, что мы искренние, и изменится.
— Не изменится, — вздохнула Марина. — Хорошо, что я у тебя есть. Не дам тебя в обиду.
---
Вспомнив детство, Надежда подумала о Марине: «Как же тебя не хватает, моя дорогая». Она набрала подругу:
— Доброе утро, не помешала?
— Надюша, ты что, с ума сошла? Когда ты мне мешала? Я в аэропорту, на отдых лечу, — рассмеялась Марина.
— Есть минутка? — серьёзно спросила Надежда.
— Конечно, до регистрации ещё время. Что случилось? — встревожилась подруга.
— Ты была права про Светку, — вздохнула Надежда. — Она предательница.
— Наконец-то ты прозрела! — усмехнулась Марина. — Что стряслось?
— Она любовница Олега. Пока я была у тебя, они три дня провели в моём доме, — коротко объяснила Надежда.
— Вот это поворот! — воскликнула Марина. — Хотя, знаешь, я не удивлена. Помнишь, как она поступила с Анной?
---
Когда им было 16, Сергей Миронов, аферист по кличке «Мирон», восемь лет прожил с Анной Георгиевной. Ей было уже под 50, и она понимала, что для молодого мужа уже не так привлекательна. Анна старалась удержать его подарками: машиной, украшениями. Света тоже была одета как кукла. Анна воспитывала её строго, боясь, что девочка пойдёт по кривой дорожке.
Свете это не нравилось. Она мечтала о свободе и внимании парней, но мать запрещала поздно гулять и требовала скромности. Вскоре Сергей завёл любовницу — 27-летнюю Ксению, дочь богатого бизнесмена. Когда Ксения забеременела, её отец настоял на свадьбе, и Сергей бросил Анну.
Анна впала в депрессию, но ещё больнее ей было от предательства Светы. Та, не задумываясь, ушла жить с отцом и его новой женой, оставив приёмную мать одну.
Продолжение следует.