О новых жалобах Михаила Веллера* – обозреватель «Абзаца» Игорь Караулов.
Полузабытый писатель-иноагент Михаил Веллер вновь напомнил о себе. В эфире какой-то релокантской помойки этот скукоженный тип в клоунской MAGA-бейсболке своим злобно-гнусавым голосом посетовал, что в литературе нынче нет свободы – той самой, которая была, когда в Москве расстреливали Белый дом.
И вот в результате этого отсутствия свободы, этой нехватки воздуха страна лишилась якобы своих лучших писателей, титанов и корифеев. Далее последовал привычный реестрик иноагентов, таких как Борис Акунин**, Дмитрий Быков*, Людмила Улицкая*, Дмитрий Глуховский*. Не забыл оратор и себя любимого.
По утверждению Веллера, нам в России очень не хватает всех этих персонажей и их творений. Полки книжных опустели! На ярмарки никто не ходит! Счастливые обладатели книг уехавших авторов выдают их знакомым на одну ночь со строгим требованием возврата! Видимо, что-то подобное рисуется в воображении Веллера.
Себя и своих товарищей по русофобии он сравнивает с эмигрантами прошлого века: Буниным, Куприным, Набоковым. Нелепость этого сравнения очевидна не только в силу разницы масштабов таланта. Достаточно вспомнить, что Куприн все-таки вернулся в Россию, а Бунин при всей нелюбви к большевикам поддерживал свою страну в военное время.
Но вернемся к проблематике свободы. Веллер нисколько не сомневается в том, что именно атмосфера свободы сделала его и прочих несчастных лишенцев звездами российской литературы. Что именно свободная конкуренция обеспечила им процветание. А вот у меня на этот счет возникают вопросы.
Видел я эту «свободу» и в девяностые, и в нулевые, и позже. И пришел к выводу, что под маркой «свободы» действовала либеральная машинерия, которая раз за разом выталкивала наверх «нашего мальчика», «нашу девочку», «нашего дяденьку» – в общем, своих людей, идейно и по происхождению, которых никак нельзя было обнести пряниками. А когда эти человечки, уверовавшие в свою незаменимость, сиганули за границу, то оказалось, что без навязчивого продвижения они никому особо тут не нужны.
Разухабистую поделку Акунина «История государства российского», по которой льет слезы Веллер, вообще могли выпустить в свет только по большому блату. Были востребованы акунинские детективы, но их место пустовало недолго: откуда ни возьмись явился некий Виктор Дашкевич и наводнил прилавки романами про графа Аверина. Чем одно хуже другого? Подозреваю, что ничем.
Дмитрий Быков перестал быть поэтом лет десять назад; его сатирический проект «Гражданин поэт» пользовался успехом, но в его раскрутку были, говорят, вложены такие суммы, которых хватило бы на поддержку всей современной литературы в течение года. Вот и свободная конкуренция. Его лекции о литературе, нафаршированные неточностями и домыслами, насаждались как кукуруза. Стоило перекрыть фонтан агрессивного пиара, и выяснилось, что в России и кроме Быкова есть кому поговорить о книжках.
Да, с книжного рынка убрали Улицкую, но, увы, скучных и бездарных романов на нем меньше не стало. Если в издании таких книжек заключается свобода, то слухи о ее кончине в России преувеличены. Да и постапокалиптику в духе Глуховского есть кому писать: с этой задачей справится каждая третья выпускница курсов «креативного райтинга».
Однако сходство между послереволюционной ситуацией и сегодняшним днем все-таки есть. И тогда, и теперь большинство талантливых литераторов никуда не уехало. В России спокойно пишут и издаются люди самых разных взглядов: Виктор Пелевин и Алексей Иванов, Леонид Юзефович и Дмитрий Данилов, Захар Прилепин и Герман Садулаев, Сергей Лукьяненко и Эдуард Веркин.
А вот те, кто бросил страну, достижениями похвастаться не могут. Ничегошеньки они за границей не создали, не предъявили ни единого текста, о котором можно было бы сказать, как Ленин о книге эмигранта Аверченко: «Интересно наблюдать, как до кипения дошедшая ненависть вызвала и замечательно сильные, и замечательно слабые места этой высокоталантливой книжки». Нам неинтересно, извините.
Зато очень интересно следить за тем, как развивается наша литература, наконец-то начавшая выходить из-под либерального пресса. Здесь, в России, она находит и истинную свободу, и целебный воздух.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.
*Признаны Минюстом РФ иностранными агентами.
**Признан Минюстом РФ иностранным агентом, внесен в реестр террористов и экстремистов Росфинмониторинга.