Лена увидела, как Максим прячет телефон, когда она зашла в комнату. Быстро так убрал, будто что-то секретное обсуждал. А лицо виноватое, глаза бегают.
— Кто звонил? — спросила она, ставя чашку с чаем на тумбочку.
— Да так, по работе, — буркнул он, не поднимая глаз.
Лена села на кровать. Знала она этот тон. Когда Максим врёт, голос у него становится деревянный.
— Макс, кто звонил?
— Говорю же, коллега.
— В десять вечера? В субботу?
Он помолчал, потёр лоб.
— Ладно, мать звонила.
Ясно. Опять мать. Лена почувствовала, как внутри всё сжимается. Когда свекровь звонит поздно вечером, это всегда значит одно — нужны деньги.
— И что ей нужно?
— Ничего особенного. Просто разговаривали.
— Максим, не ври. Что случилось?
Он встал, прошёлся по комнате. Остановился у окна.
— У них котёл сломался. Нужно новый покупать.
Лена закрыла глаза. Котёл. Конечно. А ведь только в прошлом месяце они дали денег на ремонт крыши. А до этого на лекарства отцу. А ещё раньше на машину, которая "совсем развалилась".
— Сколько? — спросила она тихо.
— Семьдесят тысяч.
— Семьдесят? — голос у неё сорвался. — Максим, ты понимаешь, что говоришь?
— Понимаю. Но что делать? Зима на носу, они замёрзнут.
— А мы что, не замёрзнем?
— При чём тут мы? У нас отопление работает.
Лена встала, подошла к нему.
— Макс, мы на отпуск копили. Уже почти собрали.
— Ну и что? Отпуск подождёт.
— Подождёт? — она почувствовала, как щёки горят. — Максим, мы уже четыре года никуда не ездили!
— Ездили. На дачу к твоим родителям.
— Это не отпуск! Это работа на грядках!
— Лена, не кричи. Соседи услышат.
— А мне всё равно! — она уже не могла сдерживаться. — Максим, ты им всё отдаёшь, а нам что остаётся?
— Как всё? Мы же живём нормально.
— Нормально? — она засмеялась, но смех получился злой. — Мы платим ипотеку, коммуналку, продукты покупаем, и всё! Никаких развлечений, никаких поездок, ничего!
— Зато у нас квартира есть.
— Которую мы ещё пятнадцать лет выплачивать будем!
Максим повернулся к ней.
— Лена, это мои родители. Они меня вырастили, в люди вывели.
— А мои родители что, чужие? Но я же не таскаю у нас деньги каждый месяц!
— Твои родители не просят.
— Потому что они понимают — у нас своя семья, свои планы!
— А мои не понимают?
— Не понимают! — крикнула Лена. — Они считают, что ты им всю жизнь должен!
Максим сел на кровать, опустил голову.
— Лен, ну что мне делать? Сказать: "Мама, замерзайте, у нас отпуск важнее"?
— Скажи: "Мама, берите кредит, как все нормальные люди".
— Им в их возрасте кредит не дадут.
— Тогда пусть продают дачу. Или машину.
— Какую машину? У них старая развалюха.
— Максим, — Лена села рядом, взяла его за руки. — Слушай меня внимательно. Мы с тобой живём хуже твоих родителей.
— Как это?
— А так. У них дом, дача, машина, пенсия. А у нас ипотека и твоя зарплата, которую мы постоянно им отдаём.
— Не постоянно.
— Постоянно! — она встала опять. — Январь — лекарства папе. Март — ремонт машины. Май — крыша. Август — зубы маме. Теперь котёл!
— Ну бывает же...
— Бывает? Максим, это система! Каждый месяц у них что-то случается!
— Они старые, болеют.
— Мой дед до девяноста дожил и ни копейки у детей не просил!
— Твой дед другой был.
— Да! Он был гордый! А твои родители обнаглели!
Максим вскочил.
— Лена, следи за языком!
— А что не так сказала? Они же знают, что ты им не откажешь! Поэтому и просят!
— Они не просят, они нуждаются.
— Нуждаются? В седьмом котле за пять лет?
— В каком седьмом?
— А ты забыл? Сначала старый чинили, потом запчасти покупали, потом новый ставили, потом этот новый сломался...
Максим замолчал. Видно, вспомнил.
— Может, они не умеют обращаться с техникой, — пробормотал он.
— Или врут тебе постоянно!
— Лена!
— Что "Лена"? Максим, очнись! Они тебя используют!
— Не используют. Они действительно нуждаются.
— Тогда почему твоя сестра им ничего не даёт?
— При чём тут Оксана?
— При том, что она тоже их дочь! Но она живёт в другом городе и спокойно тратит деньги на себя!
— У неё муж не разрешает.
— А! Понятно! У неё муж умный, а у меня дурак!
— Лена, хватит!
— Не хватит! — она почувствовала, как слёзы подступают. — Максим, мне надоело! Я работаю наравне с тобой, а деньги идут к твоим родителям!
— Не все деньги.
— Все свободные! У нас нет ни копейки на себя!
— Есть. Вот недавно ты платье купила.
— За три тысячи! В секонд-хенде! — голос у неё дрожал. — А твоим родителям ты семьдесят тысяч даёшь!
— Это разные вещи.
— Да? А по-моему, одинаковые! Все деньги!
Максим сел обратно на кровать.
— Лен, ну что мне делать?
— Сказать "нет".
— Не могу.
— Почему?
— Потому что они родители.
— А я кто? Чужая?
— Ты жена.
— И что это значит?
— Это значит, что ты должна понимать.
Лена почувствовала, как внутри что-то оборвалось.
— Понимать что? Что я для тебя на втором месте?
— При чём тут второе место?
— При том, что родители у тебя важнее семьи!
— Не важнее. Просто они старые, беспомощные.
— Беспомощные? — Лена засмеялась. — Максим, твоя мать в шестьдесят два года выглядит на пятьдесят! Она в спортзал ходит, на дачу ездит, с подругами по магазинам бегает!
— Ну и что?
— А то, что она здоровее меня! Но деньги просит у нас!
— Возраст не в годах измеряется.
— Измеряется! И ещё как! Максим, они молодые пенсионеры! У них куча времени заработать самим!
— Как заработать? Их никуда не возьмут.
— Да брось! Сейчас везде пожилых берут! Консьержи, сторожа, уборщики!
— Мои родители не будут уборщиками работать!
— А! Вот оно что! Они слишком гордые для работы, но не слишком гордые, чтобы деньги клянчить!
Максим встал и пошёл к двери.
— Куда? — спросила Лена.
— На кухню. Не хочу больше это слушать.
— Максим, стой!
Но он уже вышел. Лена осталась одна в комнате. Села на кровать и заплакала. Так устала от всего этого. От постоянных просьб свёкров, от того, что Максим их всегда выбирает, от того, что у них никогда нет денег на себя.
Вспомнила, как они познакомились. Максим тогда казался самостоятельным, взрослым. Говорил, что хочет свою семью создать, детей. А оказалось — он до сих пор маленький мальчик, который мамочке деньги носит.
Пошла на кухню. Максим сидел за столом, пил чай.
— Максим, давай спокойно поговорим.
— Давай.
— Скажи честно. Ты понимаешь, что мы так всю жизнь прожить можем?
— Не всю. Они же не вечные.
Лена замерла.
— То есть ты ждёшь, когда они умрут?
— Я не жду. Просто понимаю, что это не навсегда.
— А сколько им лет? Шестьдесят два и шестьдесят пять. Они ещё лет двадцать проживут!
— Может, и не двадцать.
— Максим, ты слышишь, что говоришь? Ты хочешь, чтобы я двадцать лет ждала?
— Не хочу. Но что делать?
— Сказать им правду!
— Какую правду?
— Что у нас своя семья! Что мы не можем им постоянно деньги давать!
— Лена, я не могу им этого сказать.
— Почему?
— Потому что они обидятся.
— А на меня тебе плевать?
— При чём тут ты?
— При том, что я каждый день обижаюсь! На то, что ты их выбираешь! На то, что мы не можем себе ничего позволить!
Максим помолчал.
— Лен, а если мы возьмём кредит?
— На что?
— На котёл им. А сами потом выплатим.
— Максим, ты издеваешься?
— Почему издеваюсь?
— Мы и так ипотеку платим! Зачем нам ещё один кредит?
— Ну а что делать?
— Пусть они кредит берут!
— Им не дадут.
— Тогда пусть без котла живут!
— Лена!
— Что "Лена"? Люди же как-то жили раньше без котлов!
— Сейчас не раньше.
— Максим, — она наклонилась к нему, — давай я тебе скажу, что будет дальше.
— Что?
— Мы дадим им деньги на котёл. Через месяц сломается холодильник. Через два — крыша опять потечёт. Через три — машина встанет. И так до бесконечности!
— Не до бесконечности.
— До бесконечности! Потому что они знают — ты дашь!
— А если не дам?
— Тогда найдут способ!
— Какой способ?
— Любой! Кредит возьмут, продадут что-то, попросят у других детей!
— У Оксаны не попросят.
— Попросят! Просто ей не говорят, что она отказывается!
Максим поднял голову.
— Ты думаешь?
— Уверена! Максим, позвони сестре. Спроси, просили ли её на котёл.
— Зачем?
— Чтобы правду узнать!
— Неудобно.
— Почему неудобно? Она сестра!
— Мы редко разговариваем.
— Ещё лучше! Она честно скажет!
Максим помолчал.
— А если они правда нуждаются?
— Тогда пусть государство им помогает! Для этого пенсионный фонд есть, соцслужбы!
— Лена, ты жестокая.
— Жестокая? — она почувствовала, как снова злость поднимается. — А ты что, добрый? Ты свою жену на хлеб и воду посадил, а себя добрым считаешь?
— Никого я не сажал.
— Сажал! Максим, мы не можем себе даже в театр сходить! Потому что все деньги твоим родителям!
— Преувеличиваешь.
— Не преувеличиваю! Когда мы последний раз в ресторан ходили?
— На твой день рождения.
— Это было полтора года назад! И то в кафешку за триста рублей!
— Ну и нормально. Зачем переплачивать?
— А за котёл семьдесят тысяч не переплата?
Максим замолчал.
— Лен, а если мы просто дадим тридцать? Половину?
— Зачем?
— Ну чтобы помочь хоть как-то.
— Максим, ты не понимаешь! Если дашь тридцать, завтра попросят ещё сорок!
— Откуда знаешь?
— Потому что так всегда было! Помнишь, как крышу чинили? Сначала попросили пятьдесят, ты дал. Потом оказалось, что нужно ещё тридцать!
— Ну так работа дороже оказалась.
— Или они с самого начала знали, что будет дороже!
— Лена, они не обманывают.
— Обманывают! Максим, очнись! Они тебя используют!
— Не используют!
— Используют! — крикнула она. — И ты им позволяешь!
— Лена, хватит орать!
— Не хватит! Мне надоело! Максим, я устала жить ради твоих родителей!
— Ты не живёшь ради них.
— Живу! Все наши деньги, все планы — всё подчинено их потребностям!
— Не все.
— Все! Максим, мы не можем ребёнка завести, потому что нет денег! А деньги нет, потому что ты их родителям отдаёшь!
— При чём тут ребёнок?
— При том, что на ребёнка нужны деньги! На коляску, кроватку, одежду! А у нас денег нет!
— Заведём ребёнка, найдём деньги.
— Где найдём? У твоих родителей попросим?
Максим встал.
— Лена, я устал от этого разговора.
— А я устала от этой жизни!
— Тогда что предлагаешь?
— Предлагаю выбирать!
— Между чем?
— Между мной и родителями!
Максим посмотрел на неё долго.
— Это ультиматум?
— Это правда жизни!
— Лена, я не могу бросить родителей.
— А меня можешь?
— Ты не старая, не больная.
— Зато я твоя жена! Которая с тобой живёт, работает, планы строит!
— И что?
— А то, что жена важнее родителей!
— Не важнее.
Лена почувствовала, как мир рушится.
— Понятно.
— Что понятно?
— Что мне здесь делать нечего.
— Куда собралась?
— К своим родителям. Хоть там меня ценят.
— Лена, не уходи.
— Почему? Чтобы дальше смотреть, как ты им деньги носишь?
— Мы же обсудим ещё.
— Обсуждать нечего. Ты выбор сделал.
— Какой выбор?
— Выбрал их.
Лена пошла в комнату собираться. Максим не пошёл за ней.
Когда она выходила из квартиры с сумкой, он сидел на кухне и разговаривал по телефону.
— Мам, да, конечно дам. Завтра же переведу.
Лена закрыла дверь тихо. Пусть живёт со своими родителями. А она будет жить для себя.
В автобусе достала телефон, написала подруге: "Всё. Хватит быть дойной коровой."
Ответ пришёл сразу: "Наконец-то! Приезжай, поговорим."
Лена убрала телефон и посмотрела в окно. Впервые за долгое время на душе было спокойно. Больше не надо считать чужие деньги и ждать, когда муж опять что-то родителям пообещает.
Пусть теперь сам выкручивается. А она займётся собой.