Добрые роботы бывают разными. Кто они такие? Сейчас расскажу… Вот, смотрите! Из окна автомобиля видно, что мы проезжаем под линией электропередач. Или поезд, проносится оставляя за собой мириады опор, подающих электричество через пантограф. Кто они, опоры линий электропередач? Они и есть самые добрые роботы.
Куда уж добрее и бескорыстнее. Они подают ток в поезд, в дом, на фабрику и вокзал. А аэропорт смог мы посадить столько самолетов в один присест если бы не мощные прожектора, которые друг за другом, как будто рукой, приглашают самолет плюхнуться на черный асфальтобетон, с довольным чирканьем. А? Ну вот, что я говорил. Добрые роботы вокруг нас! Чего они требуют взамен? Ничего, эксплуатационные расходы нести, чтобы не снижать эффективности передачи, а так, они просто рядом. Есть те, что нежно, как юные девы поют и жужжат киловольтами, а есть немыслимой силы богатыри-трескачи, гудят мегавольтами. Они живые, они думают и переживают о девичьем и богатырском. У них свое царство.
На станции Выхино стоят, как и на всех вокзалах стоят Тани и Тони. «Таааааанннии», это опоры из Москвы, от вокзала, заставляют мелодично жужжать электромотор поезда, когда он набирает ход. «Тоооооонииии», на пути в Москву, раскинули руки в сторону вокзала, когда поезд тормозит. Они страшно гордятся, что вызывают такие ассоциации. Как выглядят Тани и Тони? Похожи на человека с выставленной рукой вбок. Очень женственные и в правду. Чуть отклонившиеся назад, для создания противовеса и устойчивости. Вот в Европе, чаще встречаются «штаны», такие рамки под которыми две, иногда и четыре линии рельс. При мне электродевочки тихо перешептывались, пока я ждал поезда о том, что и у нас есть такие опоры, но имени их никто не знал. Тани и Тони интересовались вопросом, не только идентификацией иностранцев, но и тем, насколько щекотно им, когда проходят скоростные поезда.
- Уж не знаю, как там в Японии или в США, с ними нет прямой связи, говорят, все совсем не так, есть опоры, как в метро, - шептала Таня.
- Там же нет опор, это контактный рельс, он словно змей вьется по земле, - отвечала Тоня.
Мимо станции с протяжным воем мчался электровоз серии ЧС. Ему вслед кричали и Тани, и Тони, но он жал на газ, опаздывал на Курский вокзал из-за дурацкого товарняка, который вчера слишком долго дремал, а потом спросонья не смог вовремя подцепить все вагоны. Старый чешский электровоз гудел от возмущения. Он уже предпенсионного возраста, а тут такой марафон. Гудел в ответ, что все вопросы на вокзале, когда он успеет.
Электрические девы договорились, что первые, стоящие под стеклянным сводом московской железнодорожной гавани точно узнают, но я уехал на своей электричке, и только через год узнал окончание истории. В Вене, где на подземном вокзале проходящие австрийские поезда со смехом пересказывали вопросы старого чеха о штанах и щекотке.
Один из них, самый зеленый и толстый, двухэтажный, родной брат нашего аэроэкспресса, с характерным австрийским акцентом поведал, что до него докатились смешные истории, как чешский электровоз во Вроцлаве, расспрашивал по заказу Тань и Тонь, имена французиков, особенно девочек интересовало мнение о TGV - самом быстром поезде Европы. Мыслимое ли дело! Что мало наших? Вот ICE, чем не скоростной поезд? Разве у вас там он не ездит, под именем Сапсан?
-Ездит, но пока не так быстро, как у вас – отвечал я.
-Ага! Ну, так надо строить скоростные дороги и опоры,-отвечал надменный зеленый гигант-поезд.
- Мы строим, но любопытно же, как там у TGV во Франции!
-Любопытство- это большое свинство, –отозвался поезд недовольно, подкатывая к очередной станции.
-Герр поезд, продолжайте, ну что вы в самом деле.
- Ну чтож, -говорил он с упором на «ч».
-Мы ваши электровозы, старые, особенно чешские любим, они нам братья. Так вот «Чеслав» узнавать и послать по проводам весточку Таням и Тоням, на станцию Выхино, Курской железной дороги:
«Дорогие Тани и Тони из далекой России. Меня зовут Ив Мон Тан. Вы знаете, что так называют нашего известного певца-шансонье, ведь в нашей дорогой Франсе, все очень поэтично. Даже опоры скоростных поездов носят его имя. Вы спросите почему? Если произносить Ив-Мон-Тан, нараспев, с ноты «до» в сторону «ре», то получиться именно так разгоняется скоростной поезд. Также, если произнести в обратную сторону, получится звук от тормозящего состава перед станцией. Вообще, у нас в Гаскони, на местных линиях есть опоры, которые себя называют Д-арт-та-ньян или Де-тре-виль, нараспев, опять- таки, но я думаю, что они просто неотесанные крестьяне, а звук поезда должен начинаться с гласной мон шери! Вот, что я думаю. Я допускаю, что часть опор возле Парижа, называют себя Джо-Да-Сен, но я прощаю их изысканность, они столичные. Уверяю вас мон ами, что во всей Франсе - Ив-Мон-Тан, нараспев. Это и есть настоящие опоры для скоростных поездов. Однажды мимо нас проходил скоростной TGV на 500 км/ч. О! Незабываемо, но и стандартная скорость прохода нас вполне устраивает, нам и так щекотно.»
-Дикость! – произнес зеленый толстяк. -Мы в Вене, все опоры зовем Ели-За-Бет, в честь нашей старинной императрицы, я ее сам не видел, но старшие братья, особенно сильно чадящие, ну вы понимаете о ком я, помнят! Потому сами, отходя от станции пропевают ее имя.
-Что ответили Тани и Тони? - нетерпеливо произнес я.
-Они сказали, что сначала расширьте вашу узкую колею, а потом посмотрим! Утерли Французиков!
-И вас тоже. У вас же узкая колея!
- У нас не знаю, я вообще только от аэропорта и до вокзала, моя хата, как вы говорите с краю.