В психологии есть такое направление — провокационная терапия. Подходит не всем, и уж точно не ко всем случаям. Мне нравится её смелость, но я — не она.
В сериале "Триггер" была сцена: женщина потеряла мужа и не могла отпустить. Спала в обнимку с его рубашками. Терапевт повёл её закапывать эти рубашки в землю, но она не смогла. Позже они всё-таки сожгли их у реки. Было больно, страшно. И, наверное, правильно — но не для всех.
Я бы так не смогла. Я свои гештальты закрываю на тихой скорости. Иногда даже с аварийкой. Это мой темп.
Но я не про это. Я — про то, что мы часто не обсуждаем: что делать с вещами ушедших?
Когда в 10 классе у моей сестры погибла лучшая подруга, её мама прямо на поминках продавала её вещи одноклассницам. Не из нужды. Просто — так решила.
Сестра была в шоке.
Обычно ведь раздают «на память» — фото в рамках, значки, браслеты, карандаш с автографом.
А тут — рубашка за 300, куртка за 800.
Это не осуждение. Это факт. Каждый проживает утрату как может. Но вопросы остаются.
Что оставить? Что выбросить? Что продать?
У меня вот до сих пор лежат мужнины плавательные очки. Я их у него когда-то отобрала — потому что с диоптриями и с солнцезащитой. До сих пор мои любимые.
Буду ли плакать, если надену? Возможно. Оставлю ли? Да.
Дети вначале что-то брали — куртку, кроссовки. Сейчас не трогают.
А я потихоньку складываю, чтобы отнести в коробку добра. У нас она стоит рядом, в ТЦ. Это мой универсальный способ «передать дальше», когда не могу хранить, но и выбросить — не поднимается рука.
Я знаю точно, что не буду устраивать прощальных костров. Что не обязана раздавать, держать, прятать или обнимать. Я буду делайть так, как не больнее.
И всё таки я спрошу: А как вы поступили бы с вещами?
