Катя услышала эту фразу, когда мыла посуду на кухне. Голос Марии Васильевны донёсся из гостиной, где та сидела с соседкой тётей Клавой и пила чай.
— Она даже борщ не умеет варить! — возмущалась свекровь. — Представляешь, Клава? Мой Серёжа женился на женщине, которая капусту от свёклы не отличает!
— Да ты что! — ахнула тётя Клава. — А как же он питаться будет?
— Вот и я думаю. Бедный мальчик мой совсем измучается. Пельмени да макароны — вот и весь её кулинарный талант.
Катя сжала губки для мытья посуды так, что из неё чуть не выступила пена. Хотелось выйти и сказать всё, что думает о такой "заботе". Но сдержалась. Ещё неделю назад приехала из Москвы к мужу в его родной город, только начинала привыкать к новой жизни.
Сергей работал допоздна, а днём Катя оставалась с его матерью практически одна. И каждый день начинался с какого-нибудь упрёка.
— Катенька, а почему вы окна не помыли? — спрашивала Мария Васильевна за завтраком. — У нас принято по субботам генеральную уборку делать.
— Я протирала их в среду, — отвечала Катя.
— Протирали? — свекровь поднимала брови. — А мыли ли? Видите, какие разводы остались.
Катя смотрела на окна и никаких разводов не видела. Но спорить не хотела.
— Хорошо, помою ещё раз.
— И ещё, дорогая. Сереже нужно бельё гладить. Он привык к идеальному порядку.
— Я глажу.
— Глажу... — вздыхала Мария Васильевна. — А рубашки-то мятые висят. Видно, что девочка городская, не приучена к хозяйству.
На второй неделе такой жизни Катя решила показать, что умеет готовить. Встала пораньше, купила продукты и приготовила курицу в сливочном соусе с овощами. Блюдо получилось вкусным — дома в Москве Сергей его обожал.
— Ой, как интересно! — протянула свекровь, разглядывая тарелку. — А что это такое?
— Курица в сливочном соусе.
— Курица... — Мария Васильевна осторожно попробовала. — Необычно. А где картошечка? Мой Серёжа без картошки не наедается.
— Здесь овощи. Цукини, морковь, брокколи.
— Брокколи? — свекровь поморщилась. — Это же трава какая-то. Нет, мой мальчик такое есть не будет.
Сергей пришёл с работы голодный и довольный.
— М-м-м! Как вкусно пахнет! — обнял он жену.
— Садись, я разогрею.
— Серёженька, — вмешалась мать. — Может, я тебе котлеток пожарю? Нормальных, мясных?
— Мам, да что ты! Катя прекрасно готовит.
— Готовит... — пробурчала Мария Васильевна. — Непонятно что готовит.
Но Сергей с аппетитом съел ужин и похвалил жену. Свекровь сидела с кислым лицом и молчала.
На следующее утро Катя решила взять быка за рога.
— Мария Васильевна, научите меня борщ варить. Ваш рецепт.
Свекровь удивлённо посмотрела на неё.
— Борщ? А зачем тебе борщ?
— Ну как зачем? Хочу научиться готовить то, что любит Сергей.
— Хм-м... — Мария Васильевна задумалась. — Борщ — это сложно, дорогая. Не каждая хозяйка осилит.
— Попробую.
— Ладно. Но смотри внимательно. Второй раз объяснять не буду.
Они пошли в магазин. Мария Васильевна выбирала овощи, как алмазы для короны — долго, придирчиво, с бесконечными комментариями.
— Вот эта свёкла не подойдёт — мелкая. А эта — переспелая. Капуста должна быть тугая, белая. Не вот эта зелёная ерунда.
В итоге на выбор продуктов ушло полтора часа. Катя устала, но терпела.
Дома началось священнодействие. Мария Васильевна повязала фартук и принялась командовать:
— Мясо в кастрюлю, воды холодной залить. Не тёплой! Холодной! И пену снимать обязательно. Видишь, какая грязь всплывает?
Катя кивала и старалась запомнить каждое слово.
— Лук режешь мелко. Не кубиками — мелко! Морковку на тёрке — но не на мелкой, на средней. Свёклу тоже тереть, но отдельно.
— А почему отдельно?
— Потому что свёкла всё окрасит, если сразу добавить. Ты что, совсем не знаешь?
Катя покраснела, но промолчала.
Процесс приготовления растянулся на четыре часа. Мария Васильевна комментировала каждый шаг, поправляла, вздыхала и качала головой.
— Ой, да что ты делаешь! Капусту так резать нельзя! Вот смотри — соломкой, тонкой соломкой!
— А томатную пасту когда добавлять?
— Томатную пасту? — свекровь удивилась. — Какую томатную пасту? Мы помидоры свежие добавляем.
— Но сейчас же зима, помидоры невкусные.
— Тогда вообще без помидоров. Лучше никак, чем эта химия из банки.
К вечеру борщ был готов. Катя устала так, что едва держалась на ногах. Но результат понравился — борщ получился ароматный, наваристый.
— Неплохо, — оценила свекровь. — Для первого раза сойдёт.
Сергей пришёл и восхитился:
— Вау! Катя, ты настоящий борщ сварила! Как у мамы!
— Почти как у мамы, — поправила Мария Васильевна. — Но не совсем. Чего-то не хватает.
— Да что ты, мам! Отличный борщ!
— Ты просто голодный, сынок. А так — средненько.
Катя молча ела свой борщ. Вкусный был. Точно вкусный.
На следующий день свекровь снова принимала гостей. И снова Катя услышала знакомую тему из кухни:
— Вчера она борщ варила. Я думала, кухню затопит! Четыре часа мучилась, а получилось так себе.
— А Серёжа что?
— Серёжа хвалил, конечно. Мужчины что понимают? Лишь бы покормили.
— Да уж. А ты что — молчала?
— А что скажешь? Девочка старалась. Но видно же, что не привыкла. В городе-то они все в кафешках питаются.
— Тяжело тебе, Маша.
— Очень тяжело, Клава. Сердце болит за сына. Как он с такой женой жить будет?
Катя поставила чашку в раковину и вышла из кухни. Больше слушать не могла.
Вечером за ужином Сергей заметил, что жена какая-то молчаливая.
— Катя, что-то случилось?
— Всё нормально.
— Точно? Ты грустная какая-то.
— Просто устала.
Мария Васильевна, сидевшая рядом, вмешалась:
— Серёженька, а Катя сегодня блинчики готовила? Я тесто видела.
— Готовила, — кивнула Катя. — Но не получились. Пригорели.
— Ах вот как! — свекровь сочувственно покачала головой. — А я думаю — что за запах по квартире.
— Мам, — нахмурился Сергей. — При чём тут это?
— Да ни при чём, сынок. Просто девочке надо учиться. Блины — дело тонкое.
— Катя отлично готовит! — возмутился муж.
— Конечно, конечно, — согласилась мать. — Я не спорю. Просто... ну, все мы когда-то учились.
После ужина Сергей отвёл жену в спальню.
— Катюш, что происходит? Мама тебя чем-то обидела?
— Нет. Она ничего плохого не говорит.
— Но ты расстроена.
— Просто... — Катя помолчала. — Я чувствую себя неумёхой. Борщ не так сварила, блины пригорели, окна плохо помыла.
— Да брось ты! — Сергей обнял её. — Ты прекрасная хозяйка. А мама... она просто привыкла всё контролировать.
— Она считает, что я не подхожу тебе.
— Глупости! Я тебя люблю, и этого достаточно.
— А если она права? Может, я правда ничего не умею?
— Катя! — Сергей взял жену за руки. — Послушай меня. Мама хорошая, но она привыкла быть главной в доме. Ей трудно принять, что я взрослый.
— Но борщ я действительно варить не умела.
— И что? Научилась ведь! А блины в следующий раз получатся.
— Получатся, — неуверенно согласилась Катя.
На выходных к ним приехал брат Сергея с женой. Алексей был младше, женился недавно. Его жена Лена показалась Кате симпатичной — простая, открытая девушка.
За обедом Мария Васильевна как обычно хлопотала, накладывала еду, всех угощала.
— Лена, дорогая, попробуй мои котлетки. Алёша их обожает с детства.
— Спасибо, очень вкусно!
— А вот Катя у нас городская, привыкла по ресторанам ходить. Готовить только учится.
Катя покраснела. Лена сочувственно на неё посмотрела.
— А я тоже не очень хорошо готовлю, — сказала она. — Алёша постоянно жалуется.
— Жалуется? — ужаснулась свекровь. — Ай-яй-яй! Мужа надо кормить, девочки. Это наша обязанность.
— Мам, — вмешался Алексей. — Лена прекрасно готовит. Я не жалуюсь.
— Не жалуешься... — недоверчиво протянула мать. — А когда в прошлый раз приезжали, рассказывал, что супа дома не едите.
— Мы едим супы в кафе рядом с работой, — пояснила Лена. — Это удобнее.
— В кафе! — Мария Васильевна всплеснула руками. — Господи, что за молодёжь пошла! В кафе супы едят!
Алексей неловко засмеялся:
— Мам, ну не все же любят готовить.
— А что тогда любят? — возмутилась свекровь. — Работать до ночи? А мужья пусть голодные ходят?
— Никто не ходит голодный, — заступился Сергей. — И Катя готовит отлично, и Лена. Просто не так, как привыкли вы.
— Вот именно — не так! — подхватила мать. — Раньше женщины дом держали, семью. А теперь всё карьера да работа.
Катя почувствовала, что больше не выдержит.
— Мария Васильевна, — сказала она тихо. — А можно вопрос?
— Конечно, дорогая.
— Когда вы работали, кто готовил дома?
Свекровь растерялась:
— Как это — когда работала?
— Ну, вы же работали? До пенсии?
— Работала, конечно. Но... это другое дело.
— А в чём разница?
— Разница в том, — начала горячиться Мария Васильевна, — что я всё успевала! И дом держать, и на работе быть!
— А муж помогал?
— Отец мальчиков? — свекровь удивилась. — Да зачем ему на кухне делать? У мужчин другие обязанности.
— Какие?
— Ну... — Мария Васильевна замялась. — Мужские! Гвозди забить, кран починить.
— А если кран не ломается месяцами?
— Катя, — осторожно сказал Сергей. — Может, не стоит...
— Стоит, — твёрдо ответила жена. — Мария Васильевна, вы каждый день говорите, что я плохая хозяйка. Что не умею готовить, убирать, мужа не берегу.
— Я не говорю, что плохая...
— Говорите. И не мне, а соседкам. Я слышу.
Воцарилась тишина. Алексей с Леной смотрели в тарелки. Сергей нахмурился.
— Мам, это правда?
— Серёженька, — заволновалась свекровь. — Я же не со зла! Просто переживаю за тебя.
— За меня? — удивился сын. — Почему?
— Ну... ты худой стал. Не доедаешь небось.
— Мам, я не худой. И доедаю прекрасно.
— А в квартире пыль на полках.
— Какая пыль? — возмутилась Катя. — Я каждый день убираю!
— Убираешь... — вздохнула Мария Васильевна. — Только не так тщательно, как надо.
— А как надо?
— Ну, надо полы каждый день мыть, а не пылесосить. И пыль не просто стирать, а специальным средством.
— Каким специальным средством?
— Есть такое. Антистатическое.
Катя посмотрела на мужа. Тот выглядел растерянно.
— Мам, — сказал он медленно. — Катя нормально убирает. И готовит хорошо. Мне всё нравится.
— Тебе нравится, потому что ты не знаешь, как может быть! — вспылила свекровь. — Вот у Клавы сноха — та умеет! И борщ варит, и пироги печёт!
— А у Клавы сноха работает? — спросила Катя.
— Нет, она домохозяйка.
— Вот видите. А я работаю. Полный день.
— И что с того?
— То, что у меня нет времени печь пироги каждый день.
— Если бы хотела, время бы нашла, — упрямо сказала Мария Васильевна.
— Хорошо, — Катя встала из-за стола. — Тогда давайте так. Я неделю не буду готовить. Вообще. Посмотрим, как Сергей будет питаться.
— Катя! — испугался муж. — Что ты делаешь?
— Показываю, что умею готовить. Просто не так, как хочет ваша мама.
— Но зачем же в крайности ударяться? — заволновалась свекровь.
— А затем, что вы считаете мою готовку непригодной. Значит, пусть Сергей ест вашу.
— Но я же не могу каждый день к вам ездить!
— Почему? Раньше как-то могли всё успевать.
Мария Васильевна открыла рот, но ничего не сказала. Лена тихонько хихикнула. Алексей кашлянул.
— Ладно, мам, — сказал Сергей. — Хватит. Катя готовит прекрасно, и я не собираюсь это обсуждать.
— Но сынок...
— Никаких "но", — твёрдо произнёс он. — Катя — моя жена. И если тебе что-то не нравится, говори ей прямо, а не соседкам.
— Я же не со зла...
— Неважно. Говори прямо или не говори вообще.
Свекровь обиделась и весь вечер дулась. А Катя впервые за месяц чувствовала себя спокойно.
На следующий день Мария Васильевна пришла на кухню, где Катя готовила завтрак.
— Катенька, — сказала она неуверенно. — Может, я правда слишком придираюсь?
— Может быть.
— Просто я привыкла... Серёжа у меня единственный был долго. Всё для него делала.
— Понимаю.
— А теперь он женился, и я... как будто стала не нужна.
Катя посмотрела на свекровь. В глазах стояли слёзы.
— Мария Васильевна, вы нужны. Просто не как главная хозяйка, а как мама.
— А разве это не одно и то же?
— Нет. Мама может советовать, помогать. А главная хозяйка командует.
— Понятно, — вздохнула свекровь. — Значит, я командовала?
— Немножко.
— Прости меня, дорогая. Я не хотела тебя обижать.
— Я не обиделась. Просто расстроилась.
— А борщ у тебя действительно вкусный получился.
— Правда?
— Правда. Может, даже лучше моего.
Катя улыбнулась. Может, они и правда поладят.
— Мария Васильевна, а научите меня пироги печь?
— С радостью! — обрадовалась свекровь. — У меня есть отличный рецепт яблочного пирога.
— Буду благодарна.
Теперь они готовили вместе. Но уже не с командами и упрёками, а с советами и объяснениями. Катя училась, Мария Васильевна делилась опытом. И обе были довольны.
А Сергей вечерами сидел на кухне, смотрел на них и улыбался. Его любимые женщины наконец подружились. И это было самое главное.