Лидия Петровна сидела в кресле и пересчитывала таблетки. От сердца, от давления, от суставов — целая горка разноцветных упаковок. В восемьдесят четыре года лекарств требуется много, а стоят они теперь как золото. Только одних таблеток от давления на месяц нужно три упаковки, каждая по семьсот рублей.
— Мама, я пришла! — раздался голос дочери из прихожей.
Таисия вошла в комнату, сняла пальто. Шестьдесят лет, недавно сама на пенсию вышла. Лицо усталое, плечи опущены — видно, нелегко ей даётся старость.
— Здравствуй, доченька. Как дела? Как здоровье?
— Да так, мамочка. Болит всё, но живём. А у тебя как?
— У меня тоже не очень. Давление скачет, сердце пошаливает. Врач новые лекарства выписал.
Таисия села на диван напротив матери, заметила кучку упаковок на столике.
— Много лекарств. Дорогие?
— Очень дорогие. За всё больше четырёх тысяч выходит в месяц.
— Мама, а пенсии хватает?
— Не хватает, Тасенька. Пенсия тринадцать тысяч, коммуналка четыре, на еду тысяч пять уходит. На лекарства остаётся мало.
Таисия задумчиво посмотрела на мать.
— А что делаешь? Экономишь на лекарствах?
— Экономлю. Некоторые через день пью вместо каждый день. А некоторые вообще не покупаю.
— Мама, так нельзя! Врач же не зря выписывает!
— Знаю, что нельзя. Но денег нет, что делать?
Лидия Петровна подняла одну из упаковок, показала дочери.
— Вот эти от аритмии. Тысяча двести рублей. Сердце без них колотится, дышать тяжело. А денег нет купить.
— А льготы?
— Льгот мало дают. Самые дорогие лекарства платно покупать приходится.
Таисия встала, прошлась по комнате. Видно было, что она о чём-то думает.
— Мама, а может, попросить кого-нибудь помочь?
— Кого просить? Соседи сами в нужде. Родственников близких нет.
— А... а меня попросить?
Лидия Петровна посмотрела на дочь внимательно.
— Тебя? Тася, у тебя самой пенсия маленькая.
— Маленькая. Пятнадцать тысяч. Но всё-таки больше твоей.
— Больше. Но тебе самой на жизнь нужны деньги.
— Нужны. Мам, а сколько тебе в месяц не хватает?
— Ну... если брать все лекарства, которые врач выписал, то тысячи полторы-две.
— Полторы-две... Это много для меня, мама.
Лидия Петровна кивнула.
— Понимаю, доченька. Не прошу я тебя. Сама знаю — трудно всем.
— Мам, а может, только самые важные лекарства покупать? От сердца, от давления?
— Только их и покупаю. Остальные экономлю.
Таисия села обратно, взяла в руки упаковку таблеток.
— Мам, а эти сколько стоят?
— Эти семьсот рублей. От давления.
— Дорого. А без них никак?
— Никак. Давление подскакивает до двухсот, голова кружится, тошнит.
— Понятно.
Таисия помолчала, потом осторожно сказала:
— Мам, а может, я хотя бы эти куплю? От давления?
Лидия Петровна оживилась.
— Купишь? Тасенька, но тебе же самой трудно!
— Трудно. Но семьсот рублей я найти смогу.
— Спасибо, доченька! Выручишь меня!
— Ладно, мам. Схожу в аптеку, куплю.
Таисия взяла рецепт, ушла в аптеку. Лидия Петровна осталась одна с надеждой — хоть одни лекарства, а будут. Остальные как-нибудь потерпит.
Через час дочь вернулась с пакетиком из аптеки, но лицо у неё было расстроенное.
— Что случилось, Тася?
— Мама, лекарства подорожали. Эти таблетки теперь не семьсот, а тысячу рублей стоят.
— Тысячу? Как же так?
— Фармацевт говорит — курс доллара вырос, поэтому все импортные лекарства дороже стали.
Лидия Петровна расстроилась.
— И что теперь? Ты купила?
— Нет, мам. У меня с собой только семьсот было.
— Понятно. Значит, опять без лекарств.
— Мам, а может, завтра схожу? Домой съезжу, деньги возьму?
— Не надо, Тася. И так трудно тебе. Как-нибудь обойдусь.
— Мам, ну нельзя же так! Давление скачет!
— Скачет. Но что делать?
Таисия села рядом с матерью, взяла её за руку.
— Мама, давай я всё-таки завтра куплю эти таблетки?
— Не надо, доченька. Жалко мне тебя. Сама на копейки живёшь.
— Живу. Но ты же моя мама!
— Мама. Только не хочется тебя обременять.
— Не обременяешь. Просто... мне самой тяжело сейчас.
— Знаю, что тяжело. Тася, а что у тебя самой с деньгами? Хватает?
— Не очень, мам. Коммуналка дорогая, продукты тоже. Еле концы с концами свожу.
— А лекарства себе покупаешь?
— Покупаю только самые необходимые. От сердца да от суставов.
— Тоже дорогие?
— Дорогие. Тысячи полторы в месяц уходит.
Лидия Петровна задумалась.
— Получается, у нас одинаковые проблемы. Только у меня больше лекарств нужно.
— Больше. Мам, а может, к врачу сходить? Попросить подобрать что-то подешевле?
— Ходила. Говорит — импортные лучше помогают. А отечественные дешёвые, но слабые.
— Понятно.
Они посидели молча. Каждая думала о своём. Лидия Петровна — о том, как прожить без лекарств. Таисия — о том, где взять деньги на мамины таблетки.
— Мам, а что если мы попробуем экономить по-другому?
— Как по-другому?
— Ну... на продуктах экономить. Покупать самое дешёвое.
— Тася, я и так только хлеб с маслом ем. Мясо по праздникам покупаю.
— А я тоже не богато питаюсь. Каши, макароны, иногда курицу.
— Значит, экономить больше некуда.
— Получается, некуда.
Таисия встала, подошла к окну.
— Мам, а ты не думала к социальным службам обращаться? Может, какая помощь положена?
— Думала. Ходила в соцзащиту. Говорят — пенсия выше прожиточного минимума, помощь не положена.
— А прожиточный минимум сколько?
— Одиннадцать тысяч. А у меня тринадцать.
— И это считается достаточным для жизни?
— Считается. На бумаге.
— А в реальности?
— В реальности не хватает даже на лекарства.
Таисия вернулась к матери, села рядом.
— Мам, слушай. Давай я всё-таки буду помогать тебе с лекарствами?
— Тася, но как? У тебя же самой денег мало!
— Мало. Но кое-что отложить смогу. Хотя бы тысячу рублей в месяц.
— Тысячу? Тасенька, это для тебя много!
— Много. Но ты же моя мама. Не могу смотреть, как ты мучаешься.
Лидия Петровна обняла дочь.
— Спасибо тебе, доченька! Выручаешь меня!
— Ладно, мам. Только пообещай — будешь все лекарства принимать, которые врач выписал.
— Обещаю. Если ты поможешь, то буду.
Они договорились — Таисия будет давать матери тысячу рублей в месяц на лекарства. Для неё это была существенная сумма, но она понимала — мать без лекарств долго не протянет.
Прошла неделя. Таисия пришла к матери с деньгами и пакетом продуктов.
— Мам, вот тысяча рублей на лекарства. И молоко купила, творог, мясо немного.
— Спасибо, доченька! Ты для меня как ангел-хранитель!
— Не ангел, а дочь. Мам, а как самочувствие? Лучше стало?
— Стало. Лекарства принимаю все, которые врач выписал. Давление стабилизировалось.
— Хорошо. Главное — здоровье.
Лидия Петровна взяла деньги, пересчитала.
— Тысяча рублей. Тася, а тебе самой хватает?
— Пока хватает. Экономлю потихоньку.
— На чём экономишь?
— На всём понемногу. Одежду не покупаю, в кино не хожу, такси не беру.
— Тасенька, а может, мне не всю тысячу давать? Хватит и восьмисот?
— Мам, ты же говорила — лекарств на четыре тысячи нужно в месяц?
— Нужно. Но не хочется тебя разорять.
— Не разоришь. Тысячу рублей я найду.
Через месяц Таисия пришла к матери уже не такая бодрая, как раньше. Видно было — устала, замучилась.
— Тася, что с тобой? Плохо выглядишь.
— Да так, мам. Устала немного.
— От чего устала?
— От всего. От жизни.
— А деньги как? Хватает?
— Не очень. Мам, у меня к тебе разговор.
— Какой разговор?
— Мне стало очень трудно давать тебе тысячу рублей каждый месяц.
Лидия Петровна насупилась.
— Трудно? А что изменилось?
— Коммуналка подорожала, продукты тоже. А пенсия та же.
— У меня тоже всё подорожало!
— Понимаю, мам. Но мне реально трудно стало.
— И что ты хочешь?
— Хочу попросить — может, не каждый месяц давать деньги? А через месяц?
Лидия Петровна резко встала.
— Через месяц? А я что, через месяц болеть буду?
— Не через месяц болеть. Через месяц помощь получать.
— Помощь! Тася, ты же обещала помогать!
— Обещала. И помогаю! Но мне стало очень трудно!
— Трудно! А мне легко, по-твоему?
— Не легко. Но, мам, ты же понимаешь — я сама пенсионерка!
— Понимаю! И что с того?
— А то, что у меня тоже проблемы с деньгами!
— Проблемы! Тася, я тебя растила, поднимала на ноги!
— Растила. И я за это благодарна.
— Благодарна! А на деле жадная!
— Мам, я не жадная! Просто мне реально трудно!
— Трудно! А когда мне трудно было тебя растить?
— Было трудно. Но то было давно!
— Давно! А теперь моя очередь от тебя помощи получать!
— Получаешь! Я же помогаю!
— Помогаешь! Месяц дала денег — и уже жалуешься!
— Не месяц, а три месяца подряд давала!
— Три месяца! За тридцать лет, что я тебя содержала!
Таисия сидела, опустив голову. Мать продолжала наступать.
— Я на себе экономила, чтобы тебя в институт отправить! Последнее отдавала!
— Отдавала. Я помню и ценю.
— Ценишь! А на деле даже лекарств мне купить не можешь!
— Могу! Три месяца покупала!
— Три месяца! И хватит? А дальше что?
— Дальше... не знаю, мам.
— Не знаешь! Я тебя двадцать лет растила, кормила, одевала! А ты мне даже помочь не можешь!
— Могу, но не каждый месяц!
— Не каждый месяц! А я не каждый день болею?
— Болеешь. Но у меня нет столько денег!
— Нет! А где ж они, деньги-то?
— На жизнь трачу! На коммуналку, на еду!
— На еду! А я что, воздухом питаюсь?
— Не воздухом. Но у тебя хоть пенсия есть!
— Пенсия! Тринадцать тысяч! А твоя пятнадцать!
— Пятнадцать. Но мне тоже жить нужно!
— Жить! А мне умирать?
— Не умирать! Мам, ну почему ты так говоришь?
— Потому что правду говорю! Без лекарств долго не проживу!
— Проживёшь! Врачи хорошие сейчас!
— Хорошие! Только лекарства выписывают дорогие!
— Дорогие. Но, мам, я же не бесконечно богатая!
— Не богатая! Зато неблагодарная!
— Мам! Как можешь так говорить?
— Легко могу! Потому что это правда!
— Не правда! Я тебе помогаю!
— Помогала! А теперь отказываешься!
— Не отказываюсь! Прошу понимания!
— Понимания! Тася, я тебя всю жизнь растила! На себе экономила!
— Знаю. И я благодарна.
— Благодарна! А показать благодарность не можешь!
— Могу! Но не в ущерб себе!
— В ущерб! Ты мне в ущерб помогаешь?
— Да, в ущерб! У меня самой денег не хватает!
— Не хватает! А мне что, хватает?
Лидия Петровна села в кресло, достала платок, стала вытирать слёзы.
— Вырастила неблагодарную дочь! Всю жизнь на неё потратила!
— Мам, ну перестань плакать!
— Плачу! От обиды плачу!
— От какой обиды?
— От того, что дочь родная помочь не хочет!
— Хочу! Но не могу каждый месяц!
— Не можешь! А я могла тебя двадцать лет содержать!
— Могла. Но то было твоей обязанностью!
— Обязанностью! А твоя обязанность что?
— Не знаю...
— Не знаешь! Обязанность детей — родителей в старости поддерживать!
— Поддерживать. Но по возможности!
— По возможности! У тебя нет возможности тысячу рублей в месяц дать?
— Есть. Но мне самой трудно становится!
— Трудно! А мне легко в восемьдесят четыре года?
Таисия встала, взяла сумку.
— Мам, давай не будем ссориться. Я подумаю, что можно сделать.
— Думай! А я умирать буду без лекарств!
— Не умирай, мам. Что-нибудь придумаем.
— Придумаем! Ты уже придумала — бросить мать в беде!
— Не бросаю! Просто ищу возможности!
— Ищи! А я буду ждать, пока найдёшь!
Таисия ушла, оставив мать в слезах и обиде. Обеим было тяжело — одной просить, другой отказывать. Но жизнь диктовала свои жёсткие условия, и от них никуда не деться.