Вот оказываешься ты на материнской земле. Где очень давно никто не был, не заходил в огород, не полол траву не прибирал дом. Материнская земля вобщем-то хорошая метафора пространства родового поля, наследия не только материального но и внутреннего. Со всеми постройками, кустами ягод и вековыми сорняками. И вот ты тут полноправная хозяйка. Все твое. Все будет по-твоему. Делай что хочешь. Травы по пояс. Все заросло. Под зарослями, посаженные бабушкой еще в твоем детстве, кусты малины и смородины. Сейчас их не видно за крапивой и вьюном, но ты помнишь примерное место где их искать. И вот сидишь и слышишь внутри зов. Иди сюда. Очисти малину. Идешь. А там сперва заросли жгучей крапивы выше тебя ростом. Но зов сильнее. Рубашку потолще, перчатки прорезиненные. Тоже бабушкины. Секатор и вперед. Крапива жалит все равно даже через рубашку. Но это уже неважно. Потому что вычищаешь ты не крапиву. Вычищаешь то что жалит душу и сердце. Обжигает руки, ревешь, но эти слезы вскрывают далеко не тел