У большинства всё просто - влюбились, сказали регистратору брака заветное «Да» и живут душа в душу, не выискивая изъянов, не требуют клятвы на крови. Это нормальные люди, существующие в рутинной сутолоке, не мнящие себя ницшеанским Уберменшем. Однако если на вашем пути повстречается девица, например, в первый же день влюбляющая в себя и готовая на любые клятвы и поступки, тут надо быть осторожным, чего плохого, а до добра не доведёт. Или же бултыхнуться в этот омут с головой и будь что будет. Выбор есть всегда, только не всякий это помнит.
Молодой прораб Филипп, неженатый, оттого, наверное, до сих пор живёт с мамой и младшими сёстрами. Правда, одна из них опередила брата, на днях выходит замуж. К тому же родительница решается познакомить детей с ухажёром. В семье начинается светлое движение. После смерти отца оно словно целебная мазь на память фамилии. Да и на работе спорится. Клиенты довольны, патрон хочет сделать партнёром. Филипп на подъёме, только, как и любой находящийся в этом состоянии долгое время, не особенно замечает этого пика, потому и не ценит. Иначе он не стал бы впускать в дом Сенту, ту самую, которая была одной из подружек невесты, кузину мужа сестры. Но когда расслаблен и не ожидаешь туч проблем над собственной судьбой, тогда и становишься заложником тех узелков и петелек, расставленных душевно-дефективными натурами. И концовка такого романа может оказаться более трагичной, чем простое расставание.
Клод Шаброль уникальный режиссёр. Ставящий по примерно одной картине в год, он умудрялся ни в одной из них не схалтурить, дать лодыря. Как отлаженный механизм, но далеко не штамповочный, производил на свет произведения разного содержания и жанровой подоплёки, с годами набиравших интеллекта, крепнущих от неминуемого таланта мастера. В данном случае, француз затрагивает близкую ему тему деструктивных отношений полов, с всё той же подложкой триллера и порядочной долей психологической драмы, с где-то поблизости витающим криминалом. Получается очень таинственное, накуренное фимиамом зрелище, в котором множество отгадок на неочевидным образом заданные вопросы. Посему глядеть кино нужно в самом прямом смысле внимательно, помечая подмеченные и подмечая помеченные детали и нюансы. Тогда удовлетворение наступит не только от привычного улавливания настроения ленты, но и ещё от скрупулёзной работы ума.
В сущности, Шаброль в 2004 году всё такой же, что и тридцать лет назад. Его интересуют человеческие страсти на краю возможностей, когда и проявляются истинные качества натуры. Он, разумеется, с каждым годом становится мудрее, однако на фильмах это сказывается не нудным назиданием обновлённой публике, а, с той же на первый взгляд лёгкостью, наполнением интеллектом не прямолинейными приёмами. Здесь он и вовсе употребляет оттенки греческой трагедии. Сочетает бюст прекрасной дамы, доставшийся семейству от покойного отца, с живой богиней, в которую безумно влюблён Филипп. Его помешательство столь быстро, сколь пагубна кража и хранение скульптуры в шкафу. Молодой человек погибает духовно, он скрыто страдает и в результате этого всё чаще ошибается в правильности принятия решений. Потому и умалчивает о своих терзаниях, что принимает сначала за благо. А когда видит разрушительную силу привязанности, сидя перед следователем, осознаёт серьёзность и невозможность увернуться от карающего меча судьбы.
Это основная поэтика произведения, которая, естественно, дополнена и обогащена прочими сопутствующими деталями, декорациями, событиями. Ведь образ главного героя тщательно продуман, поэтому и не может быть оставлен наедине с собой и губительной страстью. Необходимо проиллюстрировать прежний быт Филиппа, с доброй и милосердной матерью, которая автоматически возложила на него обязанности главы семейства. Двумя сёстрами, сознательной и ветреной, за которой нужен глаз да глаз. Его умением общаться и находить компромиссы с любым, даже наиболее взыскательным собеседником. Всё это выдаёт в нём ответственность за себя и близких. Но мало кто понимает, что таким тоже необходима опора, поскольку если они ошибутся в выборе, дурно станет всем. Таких надо беречь, принимать больше участия в их жизни, тем более, если они живут в соседней комнате. А не пользоваться как банкоматом.
Этим отношением к брату, сыну, партнёру, Шаброль демонстрирует разницу в воспитании трёх совершенно разных слоёв населения. Пусть кавалер матери Филиппа и начал скрываться от неё, он не проявил ни грамма неудовольствия от её появления в окружении детей. Он сдержался и молча, хоть и показалось, что как трус, исчез, купил новый дом, но белее не захотел иметь дела с женщиной, способной без предупреждения явиться с оравой непрошеных гостей. Эта прослойка - буржуа, она часто выступает в качестве базиса для историй постановщика, здесь второстепенна. Второй, основной, средний класс, с работающими в частном секторе экономики членами семьи, не такой высоколобый и намного более простой во всех отношениях. С присущими поступками, нет-нет, да и просачивающимися сквозь ширму благополучия. Они порядочны, однако в полицейский участок разок-другой сходить пришлось. И это характерно для мещан. Третий, самый занимательный и одновременно маргинальный – Сента. Она странная девушка, склонная к манипуляциям и достижению желаемого любым способом. Таких надо избегать, и первая категория – богачи, так и делают. Уж чего-чего, а чутьё на неприятности им прививают с детства. Но Филиппа не уберегли, потому он и попадается в нежданные силки бракованной натуре.
Такая многоплановая зарисовка может показаться чересчур насыщенной. Но во время просмотра таких ощущений не возникает. Автор с умением колдуна ворожит над судьбами персонажей, выявляя то отвратительные черты, а то и одни из лучших. Шаброль никогда не стремился поставить зрителя в неловкое положение, не ставил в тупик. Он наслаждается и нам того же желает. Однако в данном случае любезно просит сосредоточиться только на экране, том, что на нём происходит и что произносят действующие лица. Всё-таки за столь долгую творческую жизнь он заслужил уважительного отношения и хоть раз его проявления во всю насосную завёртку.
Подружка невесты психологический триллер, и типичный для создателя сего творения, и не совсем. Видимо возраст толкает даже самых отпетых весельчаков и балагуров на переосмысление, здесь – собственного стиля. Формально, придерживаясь темпа современного бытия и динамики в кинематографе, Шаброь делает всё как всегда. Лаконично, поэтично и со вкусом. А содержательно, к тому же литературный источник обязывает, плетёт кружева, да непростые, а всё или с социальным подтекстом, то с точки зрения душевной болезни, а то и вместе, да побольше. Автор сооружает некий мираж, отдалённо напоминающий кино Хичкока, при приближении к которому мы понимаем, что это самодостаточная работа, без тени референсов. Да и в определённый момент, финальная кода, фильм влияет на алленовский Матч-Поинт. Не сюжетно, а по замыслу режиссёра, взаимоувязав мельчайшие прихоти судьбы с будущим героя. Зная преклонение Вуди Аллена перед французским коллегой, не мудрено. И вопрос – «кто у кого заимствует?» остаётся чуть приоткрытым.