Началоhttps://dzen.ru/a/ZgUcJO8Li1pUZC3W
Родители Юлики замерли. Этого они точно не ждали. Толпа притихла. Первым, как ни странно, оправился отец, господин Захар.
- Не понял! А как же Бугай? Мы же с ним условились! - удивился и даже разгневался он.
- Папа, я не люблю Бугая! Я вам уже давно говорила, что не пойду за него! - вскрикнула Юлика.
- Как это не пойду? Мы уже и выпили с ним за это! Да вся деревня уже знает, что ты за него засватана!
- Как сосватали, так и рассватать можно, - встряла я, – а Корней любит Юлику, и она его!
- А ты чего лезешь? - вскинулся на меня господин Захар. - Ты кто такая?
- Я кузина Корнея, вашего будущего зятя! - выпалила я и хитро так добавила. - Ну, если вас не интересует сын князя, то можете с Бугаем родниться!
- Что ты сказала, девонька? - резко спросила меня госпожа Каролина. - Кто это сын князя?
- Корней - сын князя! - подтвердила я свои слова. - Полюбил вашу Юлику, а вы нос воротите!
- Это же как это так? - растерялась госпожа Каролина, оттесняя своими шикарными формами мужа на задний план. - Так чего же вы сразу не сказали? А то я и смотрю, парень-то вроде и хороший, - она смерила Корнея оценивающим взглядом, - но какой-то неухоженный.
- Так у них традиция такая, - вдруг выдала бабка рядом со мной. - Каролина, ты что, не знаешь, что в Третьем Круге все так сватаются? И картошку копают еще лучше, чем Валька Любарова. Мастаки! Благословляй давай!
Госпожа Каролина не знала, что делать. Видно было, что ей очень понравилась информация о сыне князя, но сомнения все-таки были.
- А родители твои где? Так каждый может про князя соврать! -прогудел из-за женственного плеча господин Захар.
- Захар, родители потом приедут, на свадьбу уже, - объяснил за меня усач с друзьями и бутылкой. - Дорого туда-сюда кататься! Благословляй давай!
Родители Юлики заколебались. Вдруг вперед выступил здоровый парень, выше всех на голову, в добротной одежде и с палкой в руках.
- Это что тут за жених объявился у моей Юлики? Я сватался, я и женюсь!
- Бугай, Бугай, - прошелестело в толпе.
Толпа радостно начала переговариваться, ожидая интересного развития событий, возможно, даже драки.
- Я жених Юлики, и я буду ее мужем, - твердо заявил Корней, тоже делая шаг вперед.
- Это мы еще увидим, - нахмурился крепыш.
Очевидно, это был местный разбойник, который, мягко говоря, не отличался особым умом, но был не из бедных, именно поэтому родители хотели девушку выдать за него замуж – за богатого, значит, удачно.
- Драться будем, - решил Бугай, перехватывая палку поудобнее. - Победишь - твоя Юлика.
После этих слов радостно испуганная и в какой-то степени обрадованная толпа отбежала на несколько метров, родители Юлики оттащили ее от Корнея, а я отвела в сторону Вальда со словами: «Не бойся, все будет хорошо». Потому что я хорошо знала Корнея, в том, что он победит – даже не сомневалась.
Корней с Бугаем оказались на небольшой свободной площадке перед воротами избы. Походили кругами, присматриваясь друг к другу. Бугай был, конечно, большим и массивным, рядом с ним Корней, который, в принципе, тоже не был маленьким, казался обычным и даже худеньким. Бугай сделал резкий выпад, размахнувшись своей палкой и метя Корнею в живот. Тот просто и легко увернулся, схватил палку и внезапно и сильно потянул ее вперед. По инерции Бугай пролетел вслед за палкой, которую так и не выпустил из рук, и с размаху влетел головой прямо в закрытые железные ворота. Удар был такой, что аж загудело. В воротах появилась вмятина, а Бугай упал на землю и затих. Все, бой закончился.
- Ура! - почему-то начали кричать мужчины, стоявшие рядом с нами, видимо, бутылка звала их все настойчивей. – Наконец. Благословляйте уже!
Бугая оттащили под забор, какие-то сердобольные женщины нашли и приложили ему мокрое полотенце на огромную шишку на лбу. А родители Юлики, наконец, начали благословлять дочь и нового будущего зятя, который честно завоевал право так называться. Тут же на скамейке у забора мужчины оформили угощение и выпивку, выкрикивая поздравления. Мать Юлики и все женщины прослезились. Корней прижал к себе Юлику, и они были совершенно счастливы. Я поняла, что нам можно потихоньку убираться отсюда, все у них будет хорошо. Я потащила Вальда по улице к центру деревни.
И тут вдалеке затрубили трубы, всполошив людей. К избе подъехала изысканная карета, из нее вышли князь и княгиня Третьего Круга, которых я хорошо знала. Вероятно, получили мое известие о Корнее. Начали обнимать сына, а потом и новоявленную невестку. О, это точно надо было мне брать ноги в руки! Я просила Корнея и Юлику, чтобы никому не рассказывали, как и при каких обстоятельствах парень из гистрикса снова превратился в человека. Обещали держать это в тайне. Потому что я не хотела, чтобы меня здесь кто-нибудь видел, а тем более узнал. И мы с Вальдом ушли. А за нашими спинами гудело сватовство в Федоровке.
В центре Федоровки тоже стояло здание почтовой ветряной мельницы, небольшой магазинчик, корчма и дом сельского старосты, все типично, как во всех селах. Но если ветряк, магазин, а особенно (никто даже не сомневался!) дом старосты имели нормальный добротный вид, то корчма здесь была заброшена. Заброшена и почти всегда закрыта. Хозяин корчмы года два назад ударился в религию, активно начал посещать храмы, молиться первым Нагу и Нагайне, всегда облачаться в синюю одежду, символизировавшую цвет воды, основной стихии нагов, и носить на голове специальную шапочку, которую в храмы надевали самые ревностные последователи религиозного учения. Шапочка была круглая, плотно прилегала к голове, а по периметру висели длинные густые кисти, свисавшие вплоть до кончика носа. Как можно было что-то разглядеть за такой густой бахромой, оставалось загадкой. Он почти забросил свою корчму, и ходили слухи, что хочет ее продать, уехать в город и стать служителем в местном храме.
Поэтому молодежь, а часто и старшие федоровчане, ходили или ездили в корчму или в Девятнадцать Круг, или в нашу деревню: и на танцы, и на спектакли странствующих актеров, и просто отдохнуть, выпить и перекусить, отвлекшись от ежедневных забот. Поэтому у нашего корчмаря дела шли хорошо.
Почему я об этом рассказываю? Потому как раз корчма меня и поразила, когда мы с Вальдом ее увидели. Она была открыта, и оттуда слышался говор, смех и даже пение! Те, кто сейчас не присутствовали на сватовстве у Юлики, сидели здесь. И это были не федоровчане. У входа толклись двое охранников, которые о чем-то разговаривали, в рубашках, похожих на ту, которая была на Вальде, когда я его нашла.
- Надвинь шляпу на глаза! - прошипела я ему. - Сейчас зайдем в корчму и все выясним. Но лица не показывай, ни слова не говори, и ничему, я повторяю, ничему не удивляйся! Понял?
Я глянула на Вальда, который недовольно покрутил головой:
- Чего это я должен молчать?
- Так, Вальд, давай сразу решим - ты хочешь в тюрьму?
- Нет, - поморщился наг, - но почему ты решила...
- А выяснить, кто ты и почему оказался у меня на огороде хочешь? - перебила я мужчину.
- Да, но...
- А вспомнить свои потерянные воспоминания хочешь?
- Ну, конечно, но...
- Никаких но! Лучше бы я сама пошла, хлопот бы меньше было! Или ты слушаешься меня и делаешь так, как я сказала, или сразу же разворачиваемся и идем домой. Выбирай! - я знала, что такая постановка вопроса всегда будет в мою пользу.
- Хорошо, - обреченно вздохнул Вальд.
- Тогда запомни - все время молчишь и ничему не удивляешься!
- Как дурак какой-то, словно и говорить не умею, - покачал неодобрительно головой Вальд.
- Отлично! - обрадовалась я. - Ты гений! Будешь моим...
Да, я не знала, кем назвать Вальда, а потом прокрутила в голове варианты и обреченно вздохнула:
- Будешь моим немым и глухим на одно ухо мужем.
- Почему это на одно ухо? - удивился Вальд.
- А ты хочешь на два? Иногда надо и кивнуть, если это целесообразно. Полуглухим удобно притворяться: что хочешь слышишь, а что не нравится – пропускаешь мимо ушей.
- Василиса, ты полна сюрпризов! - сказал Вальд, в его глазах заблестели смешинки. - Очень хороший совет. Я когда-нибудь воспользуюсь.
- Вот сейчас и воспользуешься, - кивнула я.
Оценивающе оглядела мужика, а потом сняла с талии широкий пояс, похожий на шарф, дала нагу и приказала:
- Обмотай вокруг шеи, чтобы тому, кто имеет острое зрение, не кидались в глаза твои жабры. Их почти не видно, но на всякий случай.
Вальд пожал плечами, но шею обмотал, шляпу надвинул аж к носу, и мы пошли в корчму.
Корчмарь Роман стоял за стойкой со страдальческим выражением лица. Если бы я была таким посетителем, который зашел в корчму с целью выпить и повеселиться и увидела такого хозяина, я бы на месте этого посетителя быстро убежала оттуда, ища более веселого места. Роман наливал пиво в кружки на стойке и кривился от отвращения – его высокие моральные принципы и добродетели, сформированные с недавних пор религиозным служением первым Нагу и Нагайне, не признавали крепких напитков, они принадлежали к когорте грехов и запретов. Но, видимо, военное начальство или сами охранники, приказали корчму держать открытой. Вот Роман и терпел их присутствие здесь.
Шапочка с бахромой была у него на голове, и он иногда дул вверх, на кисти, которые, вероятно, щекотали нос. А может, он так продувал себе дырочки между кистями, чтобы хоть что-нибудь увидеть? Потому что его глаз видно совсем не было. Он морщился, дул, наливал пиво в кружки и демонстрировал на лице презрение ко всему, что его окружает.
Из четырех столиков, стоявших в корчме, два были заняты охранниками. За третьим сидели какие-то влюбленные, которые не видели никого и ничего, кроме друг друга, а за четвертый сели мы с Вальдом.
К нам подошла дочь корчмаря рыжая Роза и спросила:
- Привет, Василиса, что будете заказывать?
- Мне кружку березового сока, а моему мужу кружку пива, - проговорила я, громко подчеркнув слова «моему мужу», чтобы Розка не лезла к Вальду, а то знаю я ее.
Читать дальшеhttps://dzen.ru/a/aH9I040cLVkQ2D0L