Раньше я считала, что самая отвратительная черта в мужчине — это жадность. Но теперь уверена: ничего хуже мужской ревности не существует. Особенно, когда она совершенно беспочвенна и перерастает в настоящую паранойю.
И ведь как всё было хорошо. Мой муж Игорь — умный, добрый, спокойный, взрослый человек. Мы вместе уже почти десять лет, у нас подрастает замечательная дочка Маша, ей восемь лет. Я всегда считала, что у нас крепкая семья, основанная на доверии. Но в последние месяцы я словно живу с другим человеком — раздражительным, подозрительным, зацикленным на каком-то бреде.
Началось всё, кажется, с переезда. После того как Маша закончила первый класс, я наконец вышла на работу после долгого декретного отпуска. Мы с Игорем решили, что настало время обзавестись собственным жильем — и оформили ипотеку. Нашли хорошую двухкомнатную квартиру в новом жилом комплексе недалеко от старого района. Я давно положила глаз на эту новостройку ещё с фундамента, и когда появилась возможность — сразу решилась. Удобное расположение, чистые дворы, безопасная детская площадка, магазины рядом. Мы были просто счастливы!
Всем на работе я уши прожужжала про то, как мы удачно переехали, в каком шикарном районе теперь живём. Я тогда снова устроилась в отдел документооборота в крупную компанию — вернулась туда, где раньше работала до рождения Маши. Коллектив был знакомый, доброжелательный, мне легко далось возвращение.
Один из сотрудников, с которым я быстро нашла общий язык, — Слава. Весёлый, разговорчивый, семейный мужчина, с женой и двумя кошками. Через пару месяцев после моего рассказа о переезде он как-то сказал:
— Вер, ты, кажется, по призванию риелтор. Наслушались мы с Леной твоих восторгов — и тоже купили квартиру в вашем районе!
— Да ты шутишь? — обрадовалась я. — Вот это совпадение! Мы теперь соседи?
— Ещё какие. Мы прямо в вашем доме будем, подъезд рядом. Ключи получаем на следующей неделе.
Я была искренне рада. Мы с Леной — его женой — потом тоже подружились. А поскольку Слава и Лена в первое время были немного растеряны — то магазинов не знают, то не могут с парковкой разобраться — я стала им помогать. Показывала, где лучше покупать продукты, куда водить кота к ветеринару, где вкусно готовят. Да что уж там — и с переездом помогала: коробки таскала, цветы размещала.
Игорь поначалу никак это не комментировал. Я думала — просто не придаёт значения. Он всегда был уравновешенным, не из тех, кто устраивает сцены. Но потом начала замечать: он стал как-то напрягаться каждый раз, когда слышал имя Славы.
— Ты опять у него была? — спрашивал с ледяным тоном.
— У них. Мы с Машей к ним заходили на чай. Лена испекла шарлотку. — спокойно отвечала я.
Всё было вполне невинно. Мы действительно всей семьёй общались: они к нам, мы к ним, без всяких намёков на что-то большее. Но всё изменилось, когда мы со Славой начали ездить на работу по очереди на одной машине. Ну а зачем гонять два авто, если мы живём в одном доме и работаем в одном офисе? Это же удобно!
Один день он забирает меня с утра, другой — я его. Игорю я всё рассказала сразу, чтобы не было никаких домыслов. Но его реакция меня удивила.
— Это ненормально, — сказал он. — Женщина не должна ездить с чужим мужчиной в одной машине.
— А что в этом ненормального? Мы коллеги. Он женат, я замужем. Удобство и экономия времени. В чём проблема?
Но Игоря стало не остановить. Он начал мрачно шутить, отпускать колкости, смотреть на меня исподлобья. И вот вчера, когда я вернулась с работы — как раз в тот день, когда подвозил Слава — дома меня ждал скандал.
— Ну что, нагулялась со своим любовничком? — с порога бросил Игорь.
— Ты вообще в своём уме?! — я опешила. — Это мой коллега, и мы дружим семьями!
— Дружите, значит? А ты не замечаешь, как часто ты к нему заходишь? Как светишься, когда он звонит? Всё у тебя теперь «Слава да Слава». Даже на работу с ним ездишь — каждый день. Удобно, да?
Он говорил это с таким бешенством, что я впервые испугалась. Не физически — Игорь никогда не поднимал на меня руку. Но в его голосе было столько злости и обиды, что стало жутко. Я пыталась объяснить, пыталась найти в нём прежнего рассудительного мужчину. Но всё было бесполезно.
— Лена как-то спокойно к этому относится, — сказала я. — Она мне доверяет, и Славе доверяет. А ты что? Хочешь запереть меня дома и следить по камерам?
— Да потому что Лена — дура! — закричал Игорь. — И ты, видимо, тоже меня за идиота держишь! Всё ты красиво устроила. И работа рядом, и любовник — через стенку.
Мы наговорили друг другу столько гадостей, что сейчас я даже не знаю, как после этого жить. Уже сутки не разговариваем. Он молчит. Я — тоже. Хотя нет, я не молчу. Во мне всё клокочет. Мне обидно. Я зла.
Я ведь действительно никогда не давала поводов. За все эти годы у меня ни разу даже мысли не возникло посмотреть на другого мужчину. А он взял и перечеркнул всё своим недоверием.
И знаете, я ещё подумаю, стоит ли всё это прощать. Потому что когда любимый человек начинает тебя подозревать в самом худшем — это как предательство. Ревность — это не про любовь. Это про неуверенность, про собственные комплексы. А я не собираюсь быть жертвой ничьей неуверенности. Даже если это мой муж.