— Ты не понимаешь. Слава — он особенный! — мечтательно рассказывала Марина, делясь с подругой Жанной подробностями своей личной жизни. Её глаза, обычно немного уставшие от повседневных забот, сейчас светились нежным, почти детским блеском, а уголки губ чуть заметно подрагивали в лёгкой, счастливой улыбке.
Жанна, в отличие от Марины, не отличалась особой сентиментальностью и всегда была прямолинейна до грубости.
— Интересно! Чем это он особенный? — ухмыльнулась Жанна в ответ. — Мужику давно за тридцать — все они хотят одного! И ты это прекрасно знаешь, Маринка. А ты его маринуешь, как огурцы на зиму. Смотри, дорогуша, так и останешься без сладкого на старость лет, будешь потом локти кусать.
— Ой, Жанка, какие старость лет? Мне всего тридцать пять!
— Маринка, у женщины без кекса — год за три считай! А ты сколько уже себя не баловала мужиком?
Марина опустила глаза, слегка покраснев. Эта тема всегда была для неё болезненной.
— Ну, как Игорь ушёл, так и всё… — пробормотала она, едва слышно, вспоминая давно минувшие дни.
— Пять лет?! — Жанна аж подскочила на стуле, её глаза округлились от удивления.
— Где пять? Четыре! — быстро поправила Марина, пытаясь хоть как-то сократить этот позорный срок, который казался ей клеймом.
— Всё равно!!! — Жанна махнула рукой. — Четыре года! Куда столько? И ты ещё ломаешься, кокетка.
— Я просто не хочу показаться доступной, — тихо сказала Марина.
Две подруги сидели в небольшой кухне у Марины, освещённой одной лишь тусклой лампочкой под потолком, и обсуждали её личную жизнь. Марина была разведёнкой с четырёхлетним стажем, да ещё и с «прицепом» в виде замечательного сыночка-первоклассника по имени Матвей. Мальчик был смыслом её жизни, её главной радостью и бесконечной заботой. Она жила ради него, и любые отношения рассматривала только через призму того, как они повлияют на сына, на его спокойствие и благополучие.
Всё по классике: все родные и близкие друзья совместными усилиями старались выдать одинокую Марину замуж. Бабушки и тётушки настойчиво подсовывали ей фотографии соседей и знакомых, подруги пытались знакомить с «хорошими парнями» из соседних дворов, организовывали какие-то неловкие встречи. Но долгое время девушка и слышать об этом не хотела, отмахиваясь от всех уговоров, словно от назойливых мух. Боль от развода была ещё слишком свежа, да и Матвей был совсем маленьким, требовал всего её внимания и сил. Она просто не представляла, как можно снова кому-то открыться.
Но, годы шли, а оставаться одной как-то не хотелось. Особенно по вечерам, когда Матвей засыпал, а вокруг воцарялась звенящая, давящая тишина. И Марина, сдавшись под натиском одиночества и внутренних перемен, решилась на поиски. Так она и нашла Славу. Познакомились они в соцсетях, на какой-то местной страничке для знакомств, где люди искали себе пару. Уже было несколько осторожных свиданий — в городском парке, в местном, немного обшарпанном кафе, на лавочке у озера, где они часами могли говорить ни о чём, просто наслаждаясь компанией друг друга. Слава не торопил события, был вежлив и внимателен, не давил, что Марине очень нравилось. Марина тоже вела себя сдержанно, пытаясь понять, что он за человек, и стоит ли ему доверять своё сердце, которое было так изранено.
Но слова Жанны, такие простые и грубые, посеяли в голове Марины настоящие сомнения. А вдруг Слава, действительно, хочет от неё только близости, просто воспитание не позволяет об этом сказать, и даже намекнуть? Вдруг он думает, что она недоступна, что она не хочет ничего, кроме дружеского общения, и однажды просто устанет ждать? Эта мысль пронзила её, словно острый осколок льда. Она ведь тоже хотела близости, тепла, ласки, просто до ужаса боялась сделать первый шаг. Боялась быть отвергнутой, боялась снова обжечься, снова пережить разочарование.
***
Марина и Слава встречались уже больше месяца. Их свидания всегда проходили на нейтральной территории. Слава как-то обмолвился, что с ним жила его мама, поэтому вариант напроситься в гости к нему домой Марина не рассматривала. Оставалось одно — позвать Славу к себе. Эта мысль зрела в её голове несколько дней, вызывая одновременно волнение и лёгкую панику.
В начале недели, когда они вместе обедали в том самом кафе, где обычно встречались за чашечкой кофе и десертом, Марина решила действовать.
— Что ты делаешь в эту пятницу? — прямо спросила она.
Слава поднял глаза и задумчиво погладил подбородок.
— Не знаю, — протянул он, словно взвешивая все свои планы. — Вроде пока ничего не планировал.
— Тогда я тебя приглашаю к себе в гости! — Марина старалась говорить максимально заманчиво, чтобы у Славы не возникло и мысли отказаться. — Запеку курицу. Возьмём вина хорошего. Посидим по-домашнему. Посмотрим какой-нибудь интересный фильм. Как тебе такая идея? — Она улыбнулась ему своей самой обворожительной улыбкой, пытаясь передать всю теплоту и уют домашнего вечера, который она для него представляла.
Слава слегка нахмурился, его взгляд стал задумчивым, словно он обдумывал что-то важное.
— Даже не знаю, — сомневался он. — Ты же говорила, что у тебя сынишка… вроде… Тимофей, кажется?
— Матвей, — поправила его Марина. — Его не будет на выходных. Он ночует у моей подруги. Наши дети — друзья, и учатся в одном классе, так что им вдвоём веселее, чем дома.
— Ох, это хорошо, — выдохнул Слава, и его лицо заметно просветлело. — А то я боялся… думал, как ты ему меня представишь?
— Что ты, что ты! — Марина энергично замахала руками. — Я бы сама не хотела ему говорить. Раньше времени.
— Да, верно, — согласился Слава, кивнув головой. — Ты права. Абсолютно. А так, я согласен. Почему бы и нет — у тебя! Это круто.
Марина почувствовала огромную волну облегчения. Она едва сдержала счастливый вздох, чтобы не выдать всей своей радости.
— Значит, ты придёшь? — переспросила она, чтобы убедиться окончательно.
— Однозначно!
— Ну вот и славно! С меня ужин и вино.
— Давай, с тебя ужин, с меня — вино.
— Замётано! — Марина счастливо улыбнулась.
***
Наконец, наступила такая долгожданная для Марины пятница.
Сразу после работы, почти бегом, она отвезла своего сыночка Матвея к подруге Жанне. Заехала в магазин, где тщательно выбирала самые свежие овощи, отборную курицу и, конечно, креветки — Слава обмолвился как-то, что любил морепродукты. После этого, вернувшись домой, затеяла грандиозную готовку.
Завершив приготовления и убедившись, что всё доведено до совершенства, Марина посмотрела на часы. Стрелки неумолимо приближались к назначенному времени. Слава должен был прийти с минуты на минуту. Она зашла в спальню, где царил полумрак, рассеиваемый лишь мягким светом ночника. Кровать, ещё утром застеленная свежим, самым красивым и нежным постельным бельём с тонким рисунком, манила своим обещанием. Она поправила подушки, одёрнула покрывало, убедившись, что всё идеально. Затем, подойдя к шкафу, достала из заветного пакетика эротическое бельё — кружевное, полупрозрачное, цвета тёмного вина, которое приобрела в специальном магазине накануне. Она аккуратно разложила его на кровати, прямо поверх покрывала, так, чтобы оно было невозможно не заметить. Она сделала это намеренно, тщательно просчитав каждый шаг. Ей хотелось, чтобы Слава, осматривая квартиру, обязательно заметил этот пикантный элемент. Так, у него не останется вопросов, зачем он здесь, и вечер обретёт недвусмысленное направление.
Закончив все приготовления, Марина встала перед кроватью, оглядывая свой «плацдарм». Сердце замерло в груди от волнения и предвкушения. Как же давно у неё не было этого всего — близости с мужчиной, нежных прикосновений, страстных ночей. Четыре года одиночества казались вечностью. Она уже и не надеялась, что это вновь вернётся в её жизнь, что она снова почувствует себя желанной и любимой. И вот она стоит на пороге исполнения своих самых потаённых, страстных желаний, которые так долго томились внутри. Каждая клеточка её тела дрожала от нетерпения.
От этих мыслей её отвлёк резкий, но такой желанный звонок домофона. Марина вздрогнула, словно пойманная на горячем, но тут же поспешно поправила своё лёгкое, почти невесомое платьице — самое откровенное, что она нашла в своём гардеробе, с глубоким вырезом, выгодно подчёркивающим пышную грудь и тонкую талию. Быстро провела ладонью по волосам, приводя в порядок причёску, и пошла открывать дверь, чувствуя, как волнение нарастает.
Поднявшись на лифте, Слава вошёл в квартиру. Марина в своих фантазиях, рисуемых Жанной, ждала его с огромным букетом ярко-красных роз, символом страсти и предвкушения. Но Слава пришёл без цветов. В его руках был дешёвый тортик — такой, который Марина ни за что не купила бы в магазине, потому что «химия и консерванты», но она усилием воли подавила лёгкое разочарование. Она жила с мужчиной раньше, и знала, что большинство из них и понятия не имеют, что нужно женщинам для романтики. Их представления о знаках внимания часто расходились с женскими.
Но, несмотря ни на что, Марина была искренне рада видеть Славу. Её глаза загорелись, когда она заметила, как его взгляд задержался на её откровенном платье, скользнув по глубокому вырезу, выгодно открывающему её красивую, высокую грудь.
«Погоди, — думала Марина. — Это только прелюдия. Самая красота ждёт тебя в спальне».
Она пригласила Славу сесть за стол, накрытый в гостиной. Тот, прежде чем пройти, спросил, где помыть руки, и, как бы между прочим, обошёл квартиру. Марина внутренне улыбнулась — всё было так, как она планировала. В спальне, куда Слава заглянул, полупрозрачное бельё на кровати сделало своё дело. Она видела, как его глаза расширились, когда он заметил его. Он даже смотреть на Марину стал по-другому — не просто с интересом, а с явной, едва сдерживаемой жаждой.
— Мило у тебя здесь, уютно, — заметил Слава, возвращаясь из ванной и садясь за стол. Он старался казаться непринуждённым, но его взгляд продолжал скользить по её фигуре.
— Уютно, — кивнула Марина, порхая вокруг гостя, словно бабочка, каждый жест её был продуман, чтобы усилить его возбуждение. Она чуть наклонилась, когда ставила перед ним тарелку. — Вот только одиноко, когда одна остаюсь.
По взгляду Славы можно было подумать, что он готов отказаться от вкусного ужина, от всех этих накрытых яств, лишь бы пойти сейчас в спальню с хозяйкой этой уютной квартиры и этого неприлично большого выреза на платье. Его глаза буквально пожирали её, скользя по каждой открытой части её тела. Казалось, будто пульс его становится всё чаще от этого, а кровь стучала в висках. Он облизнул пересохшие губы.
Марина заметила это, и, подавая ему вино, наклонялась всё ниже, всё ближе к нему, так, чтобы он мог почувствовать аромат её духов. Она дополнила этот физический намёк глазами — в них светился нескрываемый огонь желания, обещание наслаждения, которое она была готова подарить.
— Выпьем, — предложил Слава, чтобы хоть как-то продлить прелюдию, оттянуть неизбежное, и не наброситься на Марину сразу же, не дожидаясь окончания ужина.
Марина боялась заводить разговоры, чтобы не отвлекать Славу от трапезы и вина. Она наблюдала за ним, за тем, как он ест, как пьёт, и когда увидела, что мужчина немного подкрепился и выпил ровно столько, чтобы это не помешало процессу, но достаточно, чтобы ослабить внутренние барьеры, она плавно встала. Её движения были медленными, но уверенными, полными предвкушения. Она прошла рядом с ним, игриво задевая его бёдрами, заставляя его тело вздрогнуть. Затем повернулась, остановившись прямо перед ним, и сказала чуть слышно:
— Я в спальню. Ты со мной! — это был не вопрос, а скорее утверждение, приказ, от которого у него перехватило дыхание.
Окончание этой длинной истории опубликовано в Премиум - уровень пятый - Делюкс. (жми). О таких вещах, описанных в рассказе, не говорят вслух, потому что... Об этом вы узнаете, прочитав рассказ полностью 😉
Глава 2