На июльской странице календаря нас встречает вот такой Александр Андреевич Чацкий - главный герой, пожалуй, главного прецедентного текста русской литературы - пьесы “Горе от ума”.
Прецедентный текст - произведение, которое глубоко вплетено в широкий культурный контекст. Ссылки на него включаются в другие произведения, персонажи становятся именами нарицательными, а цитаты узнаются и активно используются таким абстрактным существом, как “средний член лингвокультурного сообщества”.
Жанровое определение “Горя от ума” - комедия, но я не могу до конца согласиться с ним. За замечательным остроумием Грибоедова скрывается трагедия столкновения главного героя, во многом идеалиста, с реальностью. Его любимая девушка не отвечает взаимностью и предпочитает хитрого приспособленца Молчалина. Общество (которое он, впрочем, и сам невысоко ставит) равнодушно к его призывам. Не более счастлива в итоге и Софья. Классическая комедия не могла иметь такого финала.
“Горе от ума” появляется в переходную эпоху, что отразилось на его стилевом разнообразии. Здесь смешались и трансформировались элементы классицизма, сентиментализма, романтизма, салонной комедии и зарождающегося реализма. И вместе с тем, как это часто бывает с лучшими книгами, текст невозможно окончательно отнести ни к одной из традиций.
Несмотря на то, что классицизм, казалось, уже безвозвратно отошёл в прошлое, Грибоедов формально соблюдает три единства: времени, места и действия. Формально, так как благодаря монологам Чацкого о “веке нынешнем и веке минувшем” временные границы пьесы расширяются до эпохи правления Екатерины. Такой себе вариант вечного конфликта поколений отцов и детей.
Здесь ещё есть привычные для классицизма долг и чувства, но нет их конфликта: они как бы создают два параллельных сюжета и мало влияют друг на друга.
Чацкий - идеальная версия героя Просвещения (в России совпало по времени с классицизмом). Человек-философ, стремящийся быть полезным обществу. Даже путешествие его - обязательный завершающий этап просветительского воспитания. Но его попытки проповедовать свои идеалы выглядят смешными, так как и время, и место, и аудитория выбраны крайне неудачно. За это Пушкин вовсе отказывал Чацкому в уме:
В комедии «Горе от ума» кто умное действующее лицо? ответ: Грибоедов. А знаешь ли, что такое Чацкий? Пылкий и благородный и добрый малый, проведший несколько времени с очень умным человеком (именно с Грибоедовым) и напитавшийся его мыслями, остротами и сатирическими замечаниями. Всё, что говорит он,— очень умно. Но кому говорит он всё это? Фамусову? Скалозубу? На бале московским бабушкам? Молчалину? Это непростительно. Первый признак умного человека — с первого взгляду знать, с кем имеешь дело, и не метать бисера перед Репетиловыми и тому подоб.
А.С.Пушкин. Письмо А. А. Бестужеву, январь 1825 года
Разум в классицизме всегда изображается в положительном ключе и всегда побеждает. И от его торжества наступает всеобщее счастье. Примерно как в “Недоросле”, если брать широко известные примеры.
Разум Чацкого же часто ставит его в нелепое положение. Чего стоит окончание монолога про французика из Бордо в самом конце третьего действия:
Москва и Петербург - во всей России то,
Что человек из города Бордо,
Лишь рот открыл, имеет счастье
Во всех княжен вселять участье;
И в Петербурге и в Москве,
Кто недруг выписных лиц, вычур, слов кудрявых,
В чьей по несчастью голове
Пять, шесть найдется мыслей здравых
И он осмелится их гласно объявлять, -
Глядь...
(Оглядывается, все в вальсе кружатся с величайшим усердием. Старики разбрелись к карточным столам.)
Он не выходит победителем ни из одной беседы. Здесь мы встречаем то, что в более поздней литературе будет называться “диалог глухих”.
Эта близость к идеальному герою эпохи Просвещения не всегда играет в его пользу. В Чацком иногда видят обычного резонёра, то есть того, чья единственная функция - обличать других и произносить нравоучительные речи. Якобы его образ не такой живой, полный, как даже у многих второстепенных персонажей.
Легко изобразить ярким и живым тип, целиком состоящий из одной черты. Вот он, весь Скалозуб, - глупый солдафон-карьерист. Но исчерпывается ли Чацкий одной чертой своего “резонёрства”?
Совсем не такой он в отношениях с Софьей: здесь его ум оставляет его. Он в упор не замечает ни её явного равнодушия, ни её чувств к Молчалину. Вот как об этом пишет И.А.Гончаров:
Пушкин, отказывая Чацкому в уме, вероятно, всего более имел в виду последнюю сцену 4-го акта, в сенях, при разъезде. <...>Здесь изменяет ему не только ум, но и здравый смысл, даже простое приличие. Таких пустяков наделал он! Отделавшись от болтовни Репетилова и спрятавшись в швейцарскую в ожидании кареты, он подглядел свидание Софьи с Молчалиным и разыграл роль Отелло, не имея на то никаких прав. Он упрекает ее, зачем она его «надеждой завлекла», зачем прямо не сказала, что прошлое забыто. Тут что ни слово — то неправда. Никакой надеждой она его не завлекала. Она только и делала, что уходила от него, едва говорила с ним, призналась в равнодушии, назвала какой-то старый детский роман и прятанье по углам «ребячеством» и даже намекнула, что «бог ее свел с Молчалиным». А он, потому только, что —
...так страстно и так низко Был расточитель нежных слов, —
в ярости за собственное свое бесполезное унижение, за напущенный на себя добровольно самим собой обман, казнит всех, а ей бросает жестокое и несправедливое слово:
С вами я горжусь моим разрывом, —
когда нечего было и разрывать! Наконец просто доходит до брани, изливая желчь:
На дочь, и на отца. И на любовника глупца, —
и кипит бешенством на всех, «на мучителей толпу, предателей, нескладных умников, лукавых простаков, старух зловещих» и т. д. И уезжает из Москвы искать «уголка оскорбленному чувству», произнося всему беспощадный суд и приговор! Если б у него явилась одна здоровая минута, если б не жег его «мильон терзаний», он бы, конечно, сам сделал себе вопрос: «Зачем и за что наделал я всю эту кутерьму?» И, конечно, не нашел бы ответа.
И.А.Гончаров. Мильон терзаний
Слишком многого мы не знаем о Чацком, чтобы исчерпать его в нескольких сценах. Это герой романный, а не драматический, и уж точно не комедийный. Раскрытие сложных характеров, проигрыш положительного героя - всё это указывает на приближение эпохи реализма, хотя первым полноценным реалистическим произведением считается пушкинский “Борис Годунов”.
Пара слов об элементах других стилей. Образ Софьи наследует некоторые черты шаблона сентиментальной барышни: она падает в обморок, читает романы, влюбляется и сидит вздыхает с Молчалиным всю ночь до рассвета.
От салонной комедии, достигшей расцвета в 1810-е годы, в “Горе от ума” переходит набор традиционных амплуа: девушка на выданье, строгий отец, женихи, бойкая остроумная служанка. Оттуда же приёмы подслушивания и подсматривания.
Набирающий в эти годы популярность романтизм напоминает о себе противостоянием “личность-толпа”, критикой света, стремлением к борьбе. Трагическая любовь и знаменитое: “Бегу, не оглянусь, пойду искать по свету” также очень понравились бы романтикам.
Но Чацкий, конечно, совсем не романтический “изгнанник”, которые наводнят нашу литературу в том же десятилетии, когда была написана пьеса. Вот как их сравнивал всё тот же Гончаров:
И Онегин и Печорин оказались неспособны к делу, к активной роли, хотя оба смутно понимали, что около них все истлело. Они были даже «озлоблены», носили в себе и «недовольство» и бродили как тени с «тоскующею ленью». Но, презирая пустоту жизни, праздное барство, они поддавались ему и не подумали ни бороться с ним, ни бежать окончательно. <...>
Чацкий, как видно, напротив, готовился серьезно к деятельности. Он «славно пишет, переводит», говорит о нем Фамусов, и все твердят о его высоком уме. Он, конечно, путешествовал недаром, учился, читал, принимался, как видно, за труд, был в сношениях с министрами и разошелся — не трудно догадаться почему.
Служить бы рад, — прислуживаться тошно, —
намекает он сам. О «тоскующей лени, о праздной скуке» и помину нет, а еще менее о «страсти нежной», как о науке и о занятии. Он любит серьезно, видя в Софье будущую жену.
Не покидает ощущение, что в чём-то он оказался сильнее, зрелее более поздних героев. Возможно, поэтому Чацкий и стал долгожителем.
Сумма всех этих разностилевых элементов, бойкого, живого языка, остроумия, более глубокой по сравнению с привычными шаблонами проработки образов даёт тот результат, который не устаревает (а так бы хотелось, чтобы некоторые описанные Грибоедовым проблемы ушли в прошлое) уже более двухсот лет.
По ссылке ниже можно почитать о самом Грибоедове, а ещё лучше открыть и перечитать пьесу.
---------------------------------------
Телеграм-канал для тех, кто хочет читать книжки хотя бы по цитатам: