Несмотря на огромные человеческие потери в ходе монгольских завоеваний, у них была, по крайней мере, одна положительная сторона. Чингисхан и его наследники из необходимости управления разрозненными тюрко-монгольскими племенами, многие из которых придерживались несторианства, буддизма, манихейства и мусульманства, проводили политику веротерпимости.
Закономерно, что ее разделяли и ханства, возникшие из единой Монгольской империи. Однако, по политическим или личным причинам со временем в мировые религии стали обращаться даже ханы. У среднеазиатских и ближневосточных монголов в этом плане царила настоящая чехарда. Так, например, Олджейту, правитель государства Хулагуидов, за свою не очень длинную жизнь успел побывать христианином, буддистом, суннитом, шиитом.
В Золотой Орде в этом плане было попроще. С тех пор, как Берке, брат и наследник Батыя, обратился в суннитский ислам, многие из его преемников также выбирали именно эту религию. Причина состояла в высоком влиянии мусульманских купцов и военный союз с египетскими мамлюками.
Но лишь Узбек-хан, правивший в 1313-1341-х годах, сделал ислам обязательным для своих кочевых подданных. Однако, с его решением были согласны не все: «Ты ожидай от нас покорности и повиновения, а какое тебе дело до нашей веры и нашего исповедания и каким образом мы покинем закон и устав Чингисхана и перейдём в веру арабов?»
Эти слова произнес двоюродный брат великого хана Кутлуг-Тимур, который ранее помог взойти на трон своему родственнику. На тот момент он являлся наместником Хорезма, издревле мусульманской страны. И, тем не менее, не пожелал изменить вере предков.
Что же сделали с теми монголами и татарами, которые отказались принять ислам?
В результате провозглашения ислама государственной конфессией Золотой Орды началось доселе невиданное дело в постмонгольских государствах, а именно религиозная война. Но сначала оппозиция попыталась решить дело «мирно»: три знатных князя чингисхановой крови, некие Тунгуз, Таз и уже упомянутый Кутлуг-Тимур составили заговор против своего повелителя и хотели лишить его жизни на пиру.
Но Узбек был предупрежден об этом своими сторонниками. Он покинул празднество и собрал войска. Когда стороны сошлись на поле боя, сторонники веротерпимости оказались побеждены. Рашид ад-Дин, придворный историк и министр Хулагуидов, сообщает, что великий хан отправил на небо 120 Чингизидов – сторонников языческой веры.
Следующие несколько лет он потратил на то, чтобы умиротворить свое государство. Несмотря на расправу над лидерами, язычники продолжали оказывать сопротивление. Поэтому, в отличие от многих предшественников, которые кочевали и жили в окрестностях столицы, ставка Узбека подолгу находилась в северной и восточной части Золотой Орды.
При нем кочевники с европейской стороны Волги в своей массе стали мусульманами хотя бы формально. Но население восточной части государства в большинстве своем не заметило обращения в ислам – новую веру приняли только Чингизиды и вожди племен. Так, например, даже в 19-м веке многие казахи оставались язычниками.
Размеры империи, объективные сложности в управлении феодальным государством и необходимость сохранять повиновение своего народа защитили кочевников от масштабных репрессий. В основном, они затронули ордынскую знать, которая с того времени стала переселяться в соседние земли.
С 14-го века начинается длительный по времени процесс переселения знатных Чингизидов и татарских мурз в Литву и Московскую Русь. Надо полагать, многие из них поменяли место жительства по религиозным причинам. Самым известным из «трудовых мигрантов» первой волны стал некий мурза Чет – родоначальник Боярских семей Сабуровых, Вельяминовых и Годуновых.
От отправился на Москву в правление Ивана Калиты, то есть, во время религиозных войн Узбек-хана. Принял крещение, получил земли, стал одним из соратников великого князя. Но этот человек оказался лишь первой ласточкой – в дальнейшем подобных ему стало больше.
Вместе с тем, репрессии Узбека затронули только кочевников-тенгриан. Достаточно многочисленные татары христианского вероисповедания, сохранили свое имущество и влияние. Вероятно, в мусульманство в дальнейшем перешли их потомки, а не желавшие этого выехали на Русь.