Михаил Тариелович Лорис-Меликов — фигура редкая и в чём-то трагическая для российской истории. Армянин по происхождению, без знатного рода, без богатого покровителя, он прошёл путь от офицера до главы Министерства внутренних дел, став фактически вторым человеком в государстве. Его называли диктатором, но диктатором либерального толка — человеком, пытавшимся соединить твёрдость власти с элементами народного представительства. Именно ему принадлежала инициатива реформ, вошедших в историю как «конституция Лорис-Меликова». Судьба этой «почти конституции» — ещё один потерянный шанс России.
Угроза сверху и снизу
Последние годы царствования Александра II были отмечены растущей волной террора. Попытка революционера Соловьёва убить императора в 1879 году стала не просто эпизодом, а символом кризиса. На страну надвигалась буря, а методы, которыми до того пользовалась власть — карательные, изолированные, — перестали работать. Положение требовало не просто реакции, а пересмотра курса.
Апогей напряжённости наступил в конце 1879 года, когда в самом Зимнем дворце прогремел взрыв. Революционеры заложили бомбу под покои царя. Император, его семья и гости чудом не пострадали. Однако это был громкий сигнал: на престол охотятся не где-то на окраинах, а в сердце империи. Александр II понял, что Россия стоит на грани и действовать надо немедленно.
Верховная распорядительная комиссия
8 февраля 1880 года император созвал экстренное совещание. Он принял решение, беспрецедентное для монархии: создать временный орган, наделённый полномочиями, близкими к верховной власти. Так родилась Верховная распорядительная комиссия — нечто среднее между министерством и чрезвычайным штабом. Её задачей была не только борьба с терроризмом, но и — что важнее — поиск путей к стабилизации страны.
Руководить этим органом был призван Михаил Лорис-Меликов — генерал, прославившийся взятием Карса в русско-турецкой войне 1877–1878 годов, а также борьбой с чумой в Астраханской губернии. Человек твёрдый, но не жестокий, он прекрасно понимал, что репрессиями проблему не решить.
Реформатор с жандармским мандатом
На новом посту Лорис-Меликов начал с наведения порядка — централизовал репрессивные структуры, подчинил их одной логике и избавился от чрезмерного произвола на местах. Но, в отличие от предшественников, он не ограничился борьбой с «крамолой». Он предложил программу умеренных, но системных реформ, рассчитанных на 5–7 лет. Главными пунктами стали:
- расширение полномочий земств и других общественных институтов;
- унификация и реформирование полиции;
- повышение самостоятельности местных властей;
- сенаторские ревизии для изучения состояния губерний;
- допуск умеренной критики в печати;
- привлечение общества к законотворчеству.
Особый акцент делался на взаимодействии власти и общества — без революций, но и без глухих стен. Он стремился к тому, чтобы высшие чиновники слышали страну, а не только друг друга.
«Конституция» без конституции
Сам Лорис-Меликов никогда не говорил о «конституции» в западном смысле. Более того, он считал невозможным введение парламентской системы в России — слишком различны были исторические и социальные реалии. Но он всё же искал форму, при которой государство не оставалось бы глухо к мнению образованных слоёв.
28 января 1881 года он представил Александру II проект, который в будущем назовут «конституцией Лорис-Меликова». Суть его заключалась в следующем:
- Создание редакционных комиссий, состоящих как из государственных чиновников, так и представителей общества — земских деятелей, профессоров, публицистов.
- Обсуждение и разработка законопроектов этими комиссиями.
- Передача документов в общую комиссию, включающую экспертов с мест.
- Финальное рассмотрение в Государственном совете, куда включались бы 10–15 выборных представителей общества.
Это был осторожный, пошаговый путь к участию общества в управлении государством. Не парламент, но совет. Не революция, а эволюция. И именно потому проект казался реалистичным.
Шанс, которого не стало
1 марта 1881 года Александр II должен был утвердить реформу. Она уже лежала на его столе. Но этим же днём в Санкт-Петербурге он погиб от руки террориста Игнатия Гриневицкого. Бомба, брошенная на Екатерининском канале, оборвала не только жизнь «царя-освободителя», но и его последнюю — и, возможно, самую зрелую — реформу.
С приходом к власти Александра III курс резко изменился. Лорис-Меликов, хоть и остался некоторое время на посту, вскоре был отправлен в отставку. Его проект был забыт, а место диалога вновь заняли указы и запреты.
Уроки несостоявшейся реформы
Проект Лорис-Меликова стал, пожалуй, самой близкой попыткой в истории империи подступиться к формам ограниченного самодержавия. Он не предлагал свергать трон, не звал к баррикадам, не разрушал основ. Он предлагал слушать общество — не толпу, но и не только бюрократию.
Почему проект провалился? Часть историков винит в этом нерешительность самого Лорис-Меликова. Другие — несовместимость реформ с самодержавной логикой. Но, скорее всего, роковую роль сыграла сама судьба: убийство Александра II перечеркнуло всё.