Василий очень любил свою жену Машеньку , называл ее солнышком, отрадой, своей жизнью
- Маша, я прямо ради тебя готов на все, даже на ипотеку.
- Так давай покупать свое жилье, раз готов.
Они взяли кредит в банке «Надежный вклад», купив дом с участком, все отремонтировали, привели участок в порядок и заселились туда.
Маша была довольна, она как раз официально не работала, но без денег не сидела, работала на дому, делала какие-то проекты в компьютере.
Именно в это время мама Маши продала квартиру, доставшуюся ей от бабушки:
- Чтобы сдавать, надо ремонт делать, да и далеко она находится.
Продала она квартиру за 1,4 миллиона рублей, да и отдала все деньги Маше. Но тут подруга у Машеньки, умная Катя вмешалась:
- Вы сейчас договорчик дарения денег напишите, подпишите подписью и расшифровкой.
- Зачем? – наивно похлопала глазками Маша.
- На всякий случай, есть и пить договор не просит, а лишней бумажка не будет.
Маша, получив 1,4 миллиона от мамы, пописала договор дарения денег, даже два экземпляра, сложила в файлик, да у мамы и оставила, а 1,3 миллиона потратила на погашения ипотечного кредита, так что гасить им с Василием осталось меньше миллиона.
И тут ей повезло устроиться в солидную компанию, карьера её резко пошла в гору, а вместе с карьерой росла и зарплата, так что уже через год Маша зарабатывала больше самого Василия, который вдруг ощутил легкий укол зависти.
В своем доме им жилось хорошо, но как только завершили с ремонтами, свекровь, Антонина Сергеевна, стала часто в гости заглядывать, а в последнее время стала прямо конкретно говорить, без намеков:
- Хорошо тут у вас, я бы перебралась в свой дом.
- Так у вас квартира, - улыбалась Маша, - делая вид, что такие прозрачные намеки совсем не понимает и понимать не хочет.
-А в квартире Зиночка бы жила.
- Да жалко, что мы с вами не уживемся, - вздыхала Маша, - Вы у нас как-то переночевали, так мы рассорились и два месяца не общались. Жалко, что не придется вам с нами жить, терпеть нас.
Антонина Сергеевна сердито сопела, да, в той ссоре она так и сказала, погорячилась.
- Кто старое помянет, тому глаз вон.
- А кто забудет – оба. Да и квартира у вас большая, отличная, с хорошим ремонтом, в центре.
У Василия была сестра Зиночка, счастливая мама двух маленьких непослушных сорванцов, которыми преимущественно занималась бабушка – Антонина Сергеевна. С ними она первоначально и зачастила в гости к Василию и Маше. Дети совершенно не слушались, были неуправляемыми, носились, как угорелые по дому, все ломая и переворачивая, слова «нет» и «нельзя» не понимали. Зиночка говорила:
- Мы их по методике воспитываем, личностями, до пяти лет ничего не запрещаем.
Дети рисовали на обоях, ковыряли пальцами в розетках, устраивали настоящий погром.
- Машенька, чего ты такая строгая? Детям нужно побегать, побеситься, - умилялась Антонина Сергеевна.
- Знаете, пусть бесятся у вас дома, и на обоях там же рисуют, а не у нас, - огрызалась Маша, хмуро оглядывая изрисованную прихожую.
- Да и полку тут они оборвали, - задумчиво сказал Василий, стоя рядом с Машей.
- Забирайте детей, Антонина Сергеевна, и уводите их домой, пока не научатся себя вести, нечего им тут делать.
- А мы с ночевкой хотели.
- Нет, таких детей мы с ночевкой не оставим, еще спалят что-нибудь.
Василий вздохнул, понимая, что сейчас ему предстоит непростой разговор с мамой, да и прихожую надо приводить в порядок:
- Не ругайся, Машенька, я все сделаю сам.
Маша купила новые обои, так как оказалось, что такие больше не выпускают, клей для обоев. Василий переклеил всю прихожую, они все убрали.
- Веселенькие выходные, - вздохнула Маша. – Могли бы отдыхать, а пришлось работать.
Василий покрепче приделал полочку, а Маша в это время на кухне посчитала стоимость обоев, стоимость работы по переклеиванию (взяв средние цены в интернете, а они у мастеров кусались, как голодные комары) и стоимость уборки после ремонта, да и клининг всего дома прибавила, так как дети перевернули все, что можно, словно стадо диких кабанчиков пронеслось по комнатам.
Антонина Сергеевна прибыла через день после завершения ремонта, на вечерний чай:
- Ну вот, на выходных с внуками можно приезжать, во дворе побегают.
Маша тут же достала из кармана заранее подготовленную бумажку и протянула свекрови
- Вот, Антонина Сергеевна, только после оплаты стоимости по восстановлению дома после предыдущего их посещения.
- Что это такое? За что такие суммы? У вас золотая прихожая выходит, да и уборка всего дома?
- Обои обычные, но на всю прихожую, и да, недешёвые, у нас и до этого были не копеечные. Опять же обои старые сами не оторвались, новые сами не наклеились, все убрать после ремонта надо. А вы представляете, сколько времени у меня ушло на то, чтобы отмыть все их художества с пола и мебели?
- Это же дети, они не специально.
- За действия детей отвечают родители. Не могут контролировать, пусть платят. А пока не заплатят, то нечего тут делать.
Антонина Сергеевна покраснела от злости, бросила бумажку на стол и, прошипев что-то невнятное, выскочила из дома и уехала. Василий вздохнул и посмотрел на Машу с укоризной.
- Ну вот, Маша, она обиделась. Может, не надо было так резко?
- А с чего я должна терпеть этот бардак и оплачивать хулиганство детей, которым они ничего не запрещают? Пусть учат, как себя вести. Не хотят учить, пусть платят.
После этого Машу родственники Василия считали очень неприятной особой:
- Жадина и скупая, за шалости детей денег пожалела, - кипятилась Зина.
Родственники кивали, но доставали листочки:
- Надо так же делать, а то совсем невоспитанные детки.
Зина с Антониной Сергеевной по очереди все же забегали, без детей, а тут Василий сказал:
- Маша, ты поменьше про свою зарплату и покупки говори при маме и сестре, а то они расстраиваются. У сестры, вон, аж давление поднимается!
- Вася, ты что несешь? Я ни разу про мои доходы с ними не говорила, откуда они про мою зарплату знают? Ты, что ли, болтаешь?
- Ну да, я случайно проговорился, мама спрашивала, а я не мог промолчать.
- Ты сам, похоже, стал завидовать. Комплекс у тебя, что ли, проснулся?
- Да, я тут подумал, мы же вносим на продукты, да на всякое половину зарплаты, у тебя же больше, а вносишь ты столько же, сколько и я.
- А с чего я должна вносить больше? Ровно столько же, сколько и ты, я же вносила в бюджет, даже когда официально не работала, столько же, сколько и ты, что ты тогда сказал? Малый заработок не повод уменьшать бюджет, а мне тогда даже на карманные не оставалось. Я могу вносить половину, но и ты внесешь ровно столько же.
Василий нахмурился, сердито посмотрел на Машу. Через пару месяцев после их разговора на общий счет он внес весьма скромную сумму. Маша внесла ровно столько же, но спросила:
- Вася, а куда делись деньги? Ты же меньше внёс, чем обычно?
- Зинка развелась, помочь ей надо, я часть зарплаты отдал, она же одна, с двумя детьми. Но ты же нормально получаешь, просто внеси побольше и нам хватит.
- Понимаю и сочувствую, но сестре помогай не за счет меня. Да и у Зины очень приличные алименты, зарплата есть, живет в квартире у твоей мамы. С чего это ты ударился в жалость и стал помогать?
Василий покраснел как рак.
- Тебе деньги важнее нашей семьи?
- Я люблю тебя, Вася, но не настолько, чтобы содержать твою сестру и всю её ораву.
- Я с тобой разведусь!
- Да за ради Бога. Меня твоя родня поперек горла встала. И чтобы до момента раздела дома и выделения части, ни одного не было в доме.
Они развелись, а вот имущество делили в суде, но все же договорились, дом и участок поделили пополам, кредит признали общим, подписали в суде мировое соглашение.
Хотя Василий, первоначально, хотел все себе оставить, мама уже готова была переехать, да и в суде он заявлял, что один работал, всех содержал. Но Маша была против, предоставила все документы, да и юрист сказал, что лучше поделить, тут без вариантов.
- Мама будет жить на моей доле, - кричал Василий.
- А какая доля твоя? – ехидно спросила Маша. – У нас дом еще не разделен в натуре, так что каждая комната – пополам, в туалет я ей запрещу ходить, и в ванну тоже, каждый сантиметр участка – половина моя, так что пусть за забором стоит, по моим сантиметрам ходить не разрешаю.
Когда свекровь пришла с ключами в их отсутствие, Маша приехала раньше, вызвала полицию, заявив, что эту женщину она не знает, наверное, воровка. Василий маму забрал из участка, больше свекровь не приходила, а Маша уже готовила план, как разделить дом на две половины, с отдельными входами.
Мама Маши спросила:
- Машенька, а ты не забыла про мои деньги? Я же тебе деньги на квартиру отдала, а ты этот кредит им погасила, больше половины.
- Я помню, мама, иск мы готовим с юристом.
- Давай-ка взыскивай часть денег с Василия, пусть вернёт, что должен, нечего его жалеть. Он будет всех родных содержать, а мы оплачивать?
Маша подала иск в суд:
- Мама мне подарила деньги от продажи квартиры, вот договоры продажи квартиры, вот документы о перечислении денег от мамы на мой счет, вот договор дарения. 1,3 миллиона я внесла в счет кредита, так что половину этой суммы Василий мне должен вернуть.
Василий возражал:
- Никто ничего ей не дарил, она обманывает, а у меня и свои деньги были, я мог сам погасить.
- Мог бы – погасил, а так до сих пор оплачиваешь ипотеку. Это деньги мамы, подаренные мне.
Была назначена экспертиза договора дарения, которая зафиксировала:
…Установить давность выполнения подписей с расшифровками от имени М.В. и М.А., имеющихся в акте передачи денег от 09 декабря 2021 года, заключенном между М.В. ("даритель") и М.А. ("одаряемый"), и ответить на поставленный вопрос не представилось возможным ввиду их непригодности для решения поставленных задач: в штрихах указанных рукописных реквизитов растворитель (2-феноксиэтанол) содержится лишь в следовых количествах.
Признаки агрессивного светового, термического, химического воздействий на реквизиты и основу и вышеуказанного договора дарения денег от 09 декабря 2021 года отсутствуют.
- Это они нарочно какие-то не такие ручки брали, - кричал Василий.
- Какие были, такие и брали, - ответила Маша. – откуда я знаю, какие надо.
Суд иск Маши удовлетворил, с Василия взыскал 650 тысяч рублей.
Тот не согласился, обжаловал, но жалоба осталась без удовлетворения.
- Все, Вася, сейчас я с тебя деньги взыщу, а потом в суд подам на раздел дома и участка в натуре, еще будем за все это платить.
- Что ты хочешь?
- Давай я выкуплю у тебя половину дома, в счет оплаты пойдут 650 тысяч, а платежи по кредиту мы сейчас внесем, целиком, закроем кредит, там мало осталось.
- Давай, а ты мне отдашь сумму, которую я назову, рыночную стоимость половины уменьшим на мой долг.
- Ты долю-то сильно дорого не продашь, не загибай цену.
- Мне еще заново строиться.
- Не мои проблемы, у тебя же денег нет моб половину выкупить.
- Только позволь пожить, пока я участок куплю готов в бане жить, и маме не говори, что я половину тебе продам.
- Да чего в бане-то, живи в своей комнате, с мамой твоей я не общаюсь. Срок тебе год, но ты завтра выписываешься, я делаю тебе временную регистрацию.
Василий купил маленький участок недалеко от Маши, по весне сделал фундамент, поставил дом из клееного бруса, небольшой, на две комнаты и маленькую кухню, отделку сделал сам: спальню и кабинет.
Маше понравилось:
- Классно, свет есть, а туалет? Душ?
- На следующей неделе делают и я съеду. В гости придешь на новоселье?
- Приду, конечно. Я теплицу за домом решила поставить, поможешь?
- Помогу, чего бы не помочь. Я своим про новый дом не говорил, и говорить не буду, мне еще кредит отдавать. Пока говорю, что ипотеку плачу, да долг тебе отдаю, денег нет. А мне зарплату повысили.
- Вот и отлично, быстрее рассчитаешься с кредитом.
*имена взяты произвольно, совпадения событий случайно. Юридическая часть взята из:
Апелляционное определение Нижегородского областного суда от 19.11.2024 по делу N 33-15469/2024