Но Глеб не собирался сдаваться. Через день в местной газете появилась статья: “Следователь под подозрением: похищение ребёнка или превышение полномочий?” Сергей знал, что это дело рук Глеба. Его связи работали, как машина, готовая раздавить всё на своём пути.
Но у Сергея была флешка. Была Светлана. И была Варя, которая смотрела на него, как на последнюю надежду. Он не мог её подвести. Он знал, что правда о Маше и о Варе должна выйти наружу, даже если это будет стоить ему всего.
Зал суда был тесным, несмотря на высокие потолки и широкие окна. Сергей сидел на деревянной скамье, чувствуя, как сердце колотится, словно пытается пробить рёбра. Напротив него, за столом ответчиков, сидели Глеб и Анжелика. Глеб — прямой, с каменным лицом, будто всё происходящее было лишь досадной помехой. Анжелика — сгорбленная, с глазами, опухшими от слёз, которые она больше не пыталась скрывать.
Варя была в приёмной суда, под присмотром соцработника, и Сергей знал, что всё, что он сделал, всё, что он рисковал, было ради неё. Но сейчас, в этом зале, где каждый шорох казался слишком громким, он чувствовал, как время замедлилось.
Елена, его адвокат, встала, держа в руках папку с документами. Её голос был резким, но уверенным, как будто она не собиралась оставлять никому шансов.
— Ваша честь, — начала она, — у нас есть доказательства, подтверждающие, что Варя Родионова подвергалась жестокому обращению со стороны Глеба и Анжелики Родионовых. Медицинский отчёт о смерти другой девочки, Маши, удочерённой ими ранее, указывает на подозрительные обстоятельства. Показания бывшей няни, рисунки Вари, её собственные слова и аудиозапись разговора Глеба Родионова, где он признаётся в сокрытии смерти Маши и планах сдать Варю в детский дом или хуже, говорят сами за себя.
Сергей передал судье папку. Медицинский отчёт, пожелтевший от времени, с сухими строками о травме головы Маши. Рисунки Вари, где девочка в клетке смотрела на мир пустыми глазами. Показания Светланы, бывшей няни, которая описала, как Глеб кричал на Варю, запирал её, унижал. И флешка с записью, где голос Глеба звучал холодно и деловито: "Маша была ошибкой. Варя — та же история"...
Судья, женщина с короткими седыми волосами, листала документы, и её лицо оставалось непроницаемым. Сергей смотрел на неё, пытаясь угадать, что она думает, но видел только, как её пальцы задержались на рисунке Вари. Зал молчал, и это молчание было тяжёлым, как воздух перед грозой.
Глеб встал, его адвокат, лощёный мужчина в дорогом костюме, заговорил первым.
— Это клевета, — сказал он, размахивая руками. — Мой клиент — уважаемый бизнесмен, спонсор благотворительных проектов. Обвинения основаны на фантазиях ребёнка и домыслах следователя, который сам нарушил закон, укрывая девочку в своей квартире. Мы требуем закрыть дело и вернуть Варю родителям.
Сергей почувствовал, как в груди загорелось. Он знал, что Глеб использовал все свои связи. В участке уже ходили слухи, что его начальник получил звонок “сверху”, намекавший, что дело лучше замять. Но Сергей не собирался отступать.
Елена повернулась к судье.
— Мы просим вызвать свидетеля, — сказала она. — Анжелику Родионову.
Анжелика медленно поднялась, её руки дрожали. Она посмотрела на Глеба, и в её взгляде было столько страха, что Сергей на секунду подумал, что она откажется говорить. Но она шагнула к трибуне, её голос был тихим, почти сломленным.
— Я… я не хотела, чтобы всё так вышло, — начала она. — Маша… Это был несчастный случай. Глеб был пьян, он толкнул её. Она упала, ударилась. Мы не знали, что делать. Мы спрятали тело, сказали, что она пропала. А позже… мы взяли Варю. Думали, что сможем начать заново. Но мы не смогли. Я не смогла её полюбить, Глеб тем более.
Зал загудел. Судья постучала молотком, требуя тишины. Глеб вскочил, его лицо покраснело.
— Ты врёшь! — крикнул он, но адвокат быстро положил руку ему на плечо, заставляя сесть.
Анжелика посмотрела на Сергея, и в её глазах было что-то, похожее на облегчение.
— Я отказываюсь от прав на Варю, — сказала она. — Она заслуживает лучшего.
Сергей почувствовал, как внутри что-то разжалось. Он посмотрел на судью, которая снова листала документы, её брови были нахмурены.
Заседание длилось ещё два часа. Адвокат Глеба пытался перевернуть всё с ног на голову, обвиняя Сергея в превышении полномочий, но показания Анжелики, запись, слова Светланы и рисунки Вари были слишком тяжёлыми. Судья объявила перерыв, и Сергей вышел в коридор, чувствуя, как ноги едва держат. Варя ждала его в приёмной, её глаза были большими и тревожными.
— Они меня заберут? — спросила она.
— Нет, — ответил Сергей, присев перед ней. — Я сделаю всё, чтобы ты осталась со мной.
Она кивнула, но в её взгляде всё ещё была тень страха. Сергей знал, что этот страх не уйдёт сразу. Но он был готов ждать.
Судья вернулась с решением через час. Её голос был ровным, но в нём чувствовалась сталь.
— На основании предоставленных доказательств, — сказала она, — суд постановляет передать опеку над Варей Родионовой Сергею Николаевичу Ковалёву. Глеб Родионов арестован по подозрению в причастности к смерти Марии Родионовой и сокрытии преступления. Дело передаётся в следственные органы для дальнейшего расследования.
© Copyright: Юлия Лайнус, 2025
Если вам нужен анонимный автор для ваших каналов и проектов, пишите мне в телеграм: yuliarock