Не устану повторять, что прелесть Москвы в ее эклектичности. Что Москва живой город, а не музей городского типа. Что Москва – учебник Истории, по улицам её можно как исследовать прошлое, узнавая не только о знаменитых, но и безвестных москвичах, повлиявших на судьбу города, так и знакомиться с настоящим. А если постараться, то и попробовать заглянуть в будущее.
Мой сегодняшний архитектурный герой – еще один дореволюционный «тучерез» высотой в восемь этажей, для тех времен высота чрезвычайная. Он вплотную примыкает к сталинской постройке, о которой я писал вчера, и удивительно, насколько эти два дома смотрятся гармонично друг с другом, в то время как между ними, с одной стороны, всего каких-то тридцать с небольшим лет, а с другой – целая эпоха.
Его построили в 1912-1914 годах по проекту художника-архитектора Ивана Андреевича Германа. То был автор множества прекрасных домов, о некоторых я писал раньше, к примеру, о доходном доме Юлии Крестовниковой на углу Покровского бульвара и Большого Трехсвятительского переулка.
Казалось бы, это всего лишь еще один псевдоготический доходник, каковых не счесть. Но есть у него одна особенность…
…Его явственная устремленность ввысь
И не просто из-за количества этажей. Дом этот совсем невелик по площади, но именно благодаря своей компактности он создает ощущение полета, словно пущенная вверх стрела.
Он и сам подобен стреле благодаря своей треугольной вершине, украшенной замысловатым барельефом, словно гербом. Трудно сказать, что он символизирует, но взгляд привлекает несомненно. Благо, что Садовое кольцо широко и рассмотреть его можно издалека.
И рядом с основным объемом такая же стройная «башня» лестничной клетки с лифтовой шахтой.
(6 фото)
Заказчиком постройки стал государственный и политический деятель, член Госсовета Российской империи, храмоздатель и щедрый благотворитель Алексей Борисович Нейдгардт, по материнской линии праправнук Александра Васильевича Суворова.
Множество церквей в Нижегородской губернии и не только в ней было возведено его заботой, за что был известен как «ревностный созидатель Божьих храмов». Строил он и гражданские здания, являлся попечителем приютов и учебных заведений.
Правда, как это водится в москвоведении, известен сегодня этот дом под именем жены Алексея Борисовича Любови Николаевны, урожденной Трубецкой.
К слову сказать, однажды я упоминал благотворительный приют, носивший имя его отца, Бориса Александровича Нейдгардта.
А может быть, и неспроста смотрится таким устремленным в небеса доходный дом, коль уж и сам его основатель стремился к небесному.
В 1918 году Нейдгардт участвовал в подписании воззвания, протестующего против закрытия церквей и монашеских обителей, против изъятия церковных ценностей. За это был арестован и казнен 6 (а по другому мнению 7) ноября 1918 года. А вместе с ним были расстреляны его сын Борис и одна из дочерей. «В ознаменование первой годовщины победы большевизма», так сказать.
В 2000-м Алексей Борисович Нейдгардт был причислен к лику святых вместе с проходившими по тому же делу епископом Лаврентием (Князевым) и священником Алексеем Порфирьевым, настоятелем Нижегородского кафедрального собора.
Дом же на Садовой-Каретной стал коммунальным. В одной из его комнат жила переводчица Ника Николаевна Глен, у которой в 1930-х останавливалась ее подруга Анна Андреевна Ахматова.
Остается жилым он и по сей день. И, быть может, о ком-то из его современных жильцов напишутся через какое-то время уже новые истории.
* * *
Большая и искренняя благодарность каждому, кто дочитал до конца.
Если статья вам понравилась и вы хотите отблагодарить автора делом, это можно сделать, нажав на кнопку «Поддержать» ниже.
И конечно, не пропустите новые истории, ведь продолжение следует!