Ассоциация крестьянских (фермерских) хозяйств Новосибирской области (АККОН) находится сегодня на острие решения насущных задач малого бизнеса на селе. А их с каждым годом у фермеров все больше. И фермеры уже бьют тревогу: начинает пробуксовывать господдержка аграриев, возрастает административная нагрузка, требует серьезных корректировок система агрострахования, при существующей ценовой политике фермерство во многих случаях становится нерентабельным… Эти и множество других проблем заставляют людей бросать налаженное сельхозпроизводство и подаваться в города в поисках стабильного заработка.
Задачу защиты интересов малого бизнеса на селе фермер в одиночку не решит. Нужен согласованный подход с учетом различных мнений. Поэтому конструктивный диалог с властью, государственными органами по силам только отраслевому объединению. АККОН – сообщество людей, объединенных общей целью создания условий успешного развития фермеров и сел России.
– Работая с 1990 года, ассоциация все эти годы старается не просто увлечь фермерством молодежь, но и оказывать крестьянским хозяйствам всестороннюю помощь. Вижу нашу задачу и в том, чтобы фермеры не наступали на грабли прежних ошибок, грамотно использовали опыт своих более старших товарищей по сельскохозяйственному производству, – рассказывает председатель Совета Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств Новосибирской области Алексей Сальников.
Алексей Сальников вырос на селе и фермерством занимается всю жизнь. Сегодня в его хозяйствах обрабатывается пять тысяч гектаров земли. На трех отдельно расположенных площадках его специалисты занимаются и растениеводством, и мясным животноводством, и даже коневодством – 75 конематок приносят потомство в конюшнях фермера. В ближайших планах – открыть кумысолечебницу. Как удается справляться со столь разветвленной сельскохозяйственной деятельностью?
– Все в сельском хозяйстве взаимосвязано, – отвечает на этот вопрос Алексей Сальников. – Растениеводство – базис сельского хозяйства. Если мы занимаемся выращиванием различных растений, то, считай, уже обладаем кормовой базой. И тогда грех не заняться животноводством. Так и получается, что одно дело поддерживает развитие других направлений сельхозпроизводства. Это, между прочим, создает и некую финансовую подушку безопасности при неудачных сельхозсезонах. Признаюсь, многие фермеры считают, что лучше заниматься одним более выгодным направлением. В последнее время поэтому, кстати говоря, некоторые аграрии стали отказываться от молочного и мясного животноводства. Но я считаю, что это неверно: фермер должен развивать все виды сельхозпроизводства.
По мнению Сальникова, важнейшая проблема сегодняшнего фермерства в Новосибирской области и других регионах страны – неадекватное снижение закупочных цен на сельхозпродукцию. Согласно официальной статистике, в 2024 году растениеводство по стране достигло практически нулевой рентабельности. В Сибири при средней урожайности 20 центнеров с гектара закупочная цена составляет 11-12 тысяч рублей за тонну зерна, что на 4-5 тысяч рублей дешевле средних показателей по стране. С учетом разницы в урожае в полтора раза, соответственно, и доходность с гектара ниже на 8-9 тысяч рублей, чем в среднем по России.
Цены на продукцию аграриев формируются, как правило, от потребности. В минувшем году в Сибири собрано порядка 16 миллионов тонн зерновых культур, что значительно выше того, что необходимо для внутреннего потребления. Закупочные компании объясняют аграриям, что излишки значительно влияют на цену, якобы работают рыночные отношения – превышение предложения к спросу. Напрашивается очевидный вывод: излишки нужно продавать за пределами региона. Но трейдеры сетуют на то, что доставка из Сибири до потребителя слишком дорогая.
Да, государство решило поучаствовать в процессе выравнивания ценовых параметров на зерно и предложило компенсировать железнодорожные тарифы. На этом фоне цены на зерно должны по логике расти, но этого, увы, не происходит. Ведь трейдеры закупают у крестьян зерно с учетом стопроцентной стоимости тарифа, а полученную после субсидию плюсуют к своему доходу, заложенному еще при закупе. И делиться с крестьянами у них нет никакого желания. Вот и получается, что забота государства о выравнивании ценовых параметров на зерно проплывает мимо аграриев и оседает в карманах перекупщиков. В итоге крестьяне вынуждены отдавать выращенное зерно за бесценок, чтобы рассчитаться по обязательствам, надеясь, что когда-нибудь всё же наступят другие «правила игры» на зерновом рынке, выгодные для всех участников продовольственной цепочки. Вот так, что называется, «по полочкам» разложил сегодняшнюю ситуацию с ценообразованием директор ООО «АгроШеф» Станислав Давыдов, чье хозяйство специализируется на выращивании зерновых и зернобобовых культур.
Ежегодно для аграриев региона выделяются многие миллионы рулей государственной поддержки и различные субсидии. Но в этом отношении, как выясняется, тоже далеко не всё так гладко, как хотелось бы. В мае этого года в Новосибирске прошел круглый стол, посвященный роли аудита в обеспечении целевого и эффективного использования бюджетных средств, направляемых на поддержку сельского хозяйства региона. Мероприятие, организованное Новосибирским государственным аграрным университетом, собрало представителей власти, банков, аудиторских и страховых компаний для обсуждения актуальных вопросов поддержки агропромышленного комплекса. В работе круглого стола принял участие и министр сельского хозяйства Новосибирской области Андрей Шинделов.
Генеральный директор АККОН Алла Хмелева в своем докладе акцентировала внимание на том, что устойчивое финансовое состояние аграриев должно стать главным показателем оценки эффективного расходования бюджетных средств:
– Господдержка для малых хозяйств является ключевым фактором для их устойчивого развития. Сегодня производство во многих МФХ убыточно, – заявила она. – При сложившемся диспаритете цен фермер вынужден продавать продукцию по себестоимости или даже ниже. Господдержка должна быть доступна для сохранения хозяйств и объемов производства.
Алла Хмелева обозначила основные проблемы, с которыми сталкиваются фермеры Новосибирской области при получении государственной поддержки. Одна из главных – слабая информированность фермеров о доступных мерах поддержки. Сроки проведения конкурсов, размеры субсидий, условия их предоставления – эта информация часто остается недоступной или труднодоступной. Фермеры не могут учитывать средства государственной поддержки при экономическом планировании, что делает их бизнес более уязвимым.
– Для того, чтобы узнать об объявлении конкурса, нужно зайти на портал мер господдержки и в общем объеме всех объявленных конкурсов найти информацию. Увидеть условия можно только тогда, когда конкурс уже объявлен, или изучив объемные и постоянно меняющиеся нормативные документы, такие как Постановление 37-п, содержащее более 350 страниц. Очевидно, что для обычного фермера, занятого ежедневным трудом, это практически нереально, – подчеркнула Алла Хмелева.
Малые формы хозяйствования на селе часто не имеют достаточных средств для выполнения требований по софинансированию при получении субсидий. Обязательное софинансирование, достигающее 40 процентов в гранте «Семейная ферма» и 25 процентов в «Агротуризме», является неподъемным для многих фермеров. Некоторые субсидии предполагают предварительное финансирование со стороны фермера с последующим возмещением затрат. Это создает дополнительную финансовую нагрузку и не гарантирует получение компенсации. Кстати, снижение объемов производства и реализации, вызванное неурожаем прошлого сезона, также является причиной отказа банков в кредитовании с господдержкой.
Усугубляют ситуацию сложные процедуры оформления документов. Подготовка заявок на портале мер господдержки требует специальных знаний и опыта, что делает процесс трудоемким и затратным для агрария. Аутсорсинг, хотя и является решением этой проблемы, не всегда доступен и эффективен. В период приема заявок, который обычно ограничен, даже специализированные компании и специалисты в районах не могут обработать все поступающие запросы. Самостоятельная подача заявки, особенно в разгар сельскохозяйственного сезона, практически невозможна.
Хмелева отмечает также, что одни и те же правила по выделению господдержки для малых форм хозяйствования (МФХ) и среднего и крупного бизнеса приводит к неравной конкуренции. Крупные предприятия, обладающие большими ресурсами и возможностями, где в разгар заявочной кампании работают целые финансовые отделы, получают большую часть государственной поддержки, оставляя МФХ в конце списка заявителей, на которых уже не хватает бюджетных средств.
– При таких условиях господдержки фермеры предпочитают не рассчитывать на субсидии, а надеяться только на свои силы, – говорит Алексей Сальников. – Необходимо наладить ценообразование на сельскохозяйственную продукцию фермеров таким образом, чтобы не приходилось выживать лишь за счет господдержки. Снижение закупочных цен на протяжении последних трех лет привело к тому, что фермеры прекратили покупать новую технику в необходимом количестве. Не рискнет крестьянин, не имея возможности заработать необходимые деньги, тратиться на развитие хозяйства в расчете на субсидии.
Ассоциация крестьянских (фермерских) хозяйств старается устранять административно-правовые перекосы в сельском хозяйстве. И конкретные результаты есть. Вот только на то, чтобы добиться их, порой уходят годы. Тесно взаимодействуя с федеральной ассоциацией крестьянских хозяйств, представители АККОН выносят на рассмотрение Госдумы РФ самые животрепещущие вопросы развития регионального агропрома. Так было, например, с разрешением строительства фермерам своего жилья на собственной земле.
– До недавнего времени на участках, используемых для нужд крестьянского хозяйства, строить жилье запрещалось, – поясняет Алексей Сальников. – И как раз по инициативе новосибирских фермеров удалось добиться справедливости: Госдумой был принят соответствующий закон. И сейчас фермер может строиться и жить в том месте, где он работает, а не покупать дом в близлежащем поселке. Удалось нам немного смягчить требования к фермерам, которые возложены на них в связи с новым законом о побочных продуктах животноводства. Ну не осилит фермер строительство гигантских навозохранилищ, которые требуются по этому закону. Мы добились того, что малые хозяйства, до двухсот коров, все-таки могут утилизировать отходы животноводства в упрощенном виде.
Сейчас самый острый вопрос для малых форм сельского хозяйства, по утверждению Сальникова, – подключение к цифровым платформам. И федеральная ассоциация крестьянских (фермерских) хозяйств (АККОР) даже обратилась в Министерство сельского хозяйства РФ по проблемам цифровизации малых форм хозяйствования. Никто не отрицает – сегодня информационные системы стали неотъемлемой частью работы фермера. Однако внедрение большого количества новых государственных информсистем, в то время как малые хозяйства еще не адаптировались к уже существующим, создает для них серьезные трудности, отмечается в обращении.
– Для КФХ использование цифровых программ требует значительного количества времени, влечет дополнительные финансовые затраты на оплату специалистов, на программное обеспечение, более мощную компьютерную технику, – подчеркивают в АККОР. – В наиболее сложной ситуации – фермерские хозяйства семейного типа, которые в большинстве являются многопрофильными, а значит, должны работать сразу в нескольких ФГИС. Серьезных доработок требуют федеральные государственные информационные системы «Зерно», «Семеноводство», «Сатурн», «ВетИс» (компоненты «Цербер», «Меркурий», «Хорриот»), ЕФИС ЗСН, а также их интеграция друг с другом. Единое мнение фермеров – растущее количество информационных систем может привести к массовому закрытию хозяйств.
В Минсельхозе РФ ответили, что все информационные системы, присоединение к которым стало для фермеров обязательным, преобразуют в «Единое окно» – площадку, объединяющую все ФГИСы. Фермеры ждут этого с нетерпением.
Ждут крестьяне много лет и разумных преобразований в системе агрострахования. Если в системе страхования при ЧС регламент действий более-менее понятен, то при страховании по мультирискам аграрии сталкиваются с информационной неразберихой. Казалось бы, данный вид страхования охватывает большее количество рисков, но при этом доказуемость наступления страхового случая сложна и малопонятна. А вся процедура взыскания страховой выплаты является длительной, сложной документально и достаточно дорогостоящей. И понятно, что не каждый фермер имеет ресурсы на тяжбы со страховыми компаниями.
Фермеры уверены, что не следует «привязывать» всю господдержку к наличию полиса по страхованию урожая. Такие меры не позволяют правильно оценить степень заинтересованности сельхозпроизводителей в страховании, искажают реальную ситуацию, складывающуюся на страховом рынке. Не секрет, например, что некоторые фермеры покупают самый дешевый страховой полис, даже не особенно интересуясь условиями страховых выплат – ради получения максимально возможной субсидии на компенсацию затрат на производство и реализацию зерновых культур.
Таковы реалии сегодняшнего фермерства в Новосибирской области и стране в целом. Отвечая на вызовы времени крестьянским хозяйствам, конечно же, придется менять свою работу, обучаться использованию новых цифровых платформ, искать эффективные пути технического перевооружения. Малый бизнес АПК региона, как видите, может вполне рассчитывать при этом на помощь Ассоциации крестьянских (фермерских) хозяйств.