Я сидела за кухонным столом и сортировала документы на работе через ноутбук, когда зазвонил телефон. На экране высветилось: «СВЕКРОВЬ». Уже по буквам казалось, что звонок будет не из разряда приятных.
Я вздохнула и нажала «Принять».
— Да, Людмила Степановна, здравствуйте.
— Здравствуй, — протянула она своим немного скрипучим голосом, в котором уже читалась не просто любопытность, а какая-то ехидная издёвка. — А скажи-ка мне, милая, почему это своей мамочке вы забронировали отель пять звёзд, а мне всего четыре? Это что за дискриминация такая?
Я даже глаза закрыла, чтобы не закатить их вслух.
— Подождите, вы что-то перепутали. Мы всем одинаково предложили вариант четыре звезды. Это был наш общий выбор с Антоном. Просто моя мама захотела улучшить условия и сама доплатила за номер в пятизвёздочном отеле. А ваш тур мы оплатили полностью.
— А-а-а… — протянула свекровь, и я представила, как она сейчас сидит у себя на кухне, пальцем ковыряет край скатерти и готовится к нападению. — То есть получается, что на мне ты экономишь, а своей мамочке всё самое лучшее? Пять звёзд ей, понимаешь ли, а мне... Так и скажи: не жалко денег на свою мать, а на свекровь — жалко.
— Нет, вы неправильно поняли. Мы одинаково предложили четыре звезды для всех. Моя мама просто сама захотела переехать в отель получше и доплатила за это разницу. Мы никого не заставляли.
— То есть, если я захочу жить в нормальных условиях, а не на каких-то там «минималках», я должна тоже платить? Вы позвали меня с вами отдыхать, а теперь ещё и 40 тысяч сверху? Это нормально, да?
— Мы никого не заставляем доплачивать. Но если вы хотите отель пять звёзд, то да, можно изменить бронь, но тогда разницу оплачиваете вы. Это абсолютно ваше решение.
— Вот значит как... — она даже присвистнула. — Я думала, наконец-то отдохну как человек. А теперь получается, что я, свекровь, еду как обслуживающий персонал в эконом-класс, пока твоя мамочка в люксе. Так, что ли?
— Людмила Степановна, если для вас четыре звезды — это прям уж «эконом», и вы считаете, что это унижение, тогда вы можете отказаться от поездки. Никто никого силой не тащит. Но если хотите пять звёзд — пожалуйста, это ваше решение и ваши расходы.
— Ну конечно! — она уже почти закричала. — Так бы сразу и сказала. «Хочешь жить нормально — плати!» Прекрасная забота о свекрови, просто пример для подражания. Знаешь, вы мне этим отдыхом испортили настроение ещё до его начала. Я рассчитывала на достойный вариант, а не на какой-то эконом для свекровей. Не удивлюсь, если вы меня там ещё и за покупками пошлёте.
— Это уже какие-то ваши фантазии. Мы вообще-то с Антоном планировали вместе проводить время, поездки, экскурсии, море. Если вам не нравится наш вариант — решайте сами. Мы никого не принуждаем.
— Вот так вот, значит. Своей мамочке всё, а мне ничего. Хорошо, Марина, я подумаю, ехать ли мне вообще. Но ты не переживай, я всё Антону расскажу. Посмотрим, что он скажет на такое отношение к его матери.
— Пожалуйста, рассказывайте. Мы это всё уже обсуждали с ним. Он согласен, что мама сама сделала свой выбор. Мы одинаково предложили вам, а дальше вы сами решаете.
— Да-да-да, конечно. Уж как бы он тебя не защищал, всё равно видно, кто у вас в доме главный. Ладно, не буду больше отрывать тебя от твоих... ноутбуков.
— До свидания.
Я положила трубку и выдохнула так, будто только что пробежала стометровку. Как же устаёшь от этих звонков. Свекровь всегда умела превратить даже самые простые решения в трагедию века. А уж когда дело касалось моей мамы — это вообще был отдельный фронт.
В этот момент в квартиру вошёл Антон. Он сразу понял по моему лицу, что разговор был не самый приятный.
— Опять мама? — спросил он, ставя сумку с продуктами на кухонный стол.
— Ага. Сказала, что мы с тобой экономим на ней и балуем мою маму, потому что ей достался тур с пятизвёздочным отелем, а ей только четыре. Хотя её поездку оплатили мы полностью, а моя мама сама за себя доплатила.
— Ну вот что я тебе говорил? — Антон сел рядом и взял меня за руку. — Её не устроит даже золотой дворец, если она решит, что там твоей маме отведён лучший зал.
— Она сказала, что теперь чувствует себя как обслуживающий персонал в экономе.
— Боже... Скажи спасибо, что она вообще согласилась ехать. Обычно же ей всё не так. Марина, слушай, если она передумает и не поедет — не расстраивайся. Мы прекрасно проведём время вдвоём, а моя мама пусть тогда сидит дома и ругает нас по телефону.
— Ну да. Но готовься, она тебе всё это перескажет в своей интерпретации. Будто я ей чуть ли не сказала: «Хочешь жить не в хлеву — плати!»
— Пусть пересказывает. Я-то знаю, как всё было. И знаю, что у меня самая адекватная жена.
Он улыбнулся и поцеловал меня в висок. Я даже немного расслабилась. Хорошо, что хотя бы муж у меня не в маменькиных лапах. С ним всегда можно договориться. А вот со свекровью...
На следующий день, конечно же, Антону позвонили. Слышно было даже из спальни — голос у Людмилы Степановны был звонкий и злобный. Он говорил спокойно, кивая и поднимая глаза к потолку. Потом вошёл ко мне.
— Ну, в общем, она обиделась, но ехать всё равно хочет. Сказала, что не позволит вам с мамой устроить отпуск без неё. Но пять звёзд брать не будет — гордость не позволяет. Так и поедет в «эконом», будет потом всем рассказывать, как её унизили.
— Да пусть рассказывает. Главное, что у нас с тобой всё честно.
— Всё честно, — улыбнулся Антон. — А если что, я свою маму сразу в море за буйки отведу и объясню, кто тут эконом.
Я засмеялась. Слава богу, что в нашей семье с чувством юмора всё в порядке.