Когда левый поворот становится слишком крутым, даже золотые чемоданы собираются в спешке. Лондон вновь рискует потерять своих самых состоятельных гостей — и не только российских.
В воздухе над Туманным Альбионом сгущаются не только облака, но и классовые настроения. Лондон, некогда уютная пристань для глобальных богачей и владельцев активов с «душком», всё активнее размахивает флагом социальной справедливости — и всё громче говорит о налоге на богатство. Теперь это не шутки на задворках профсоюзных собраний, а реальные политические призывы, озвученные в стенах Вестминстера.
В эпицентре этой новой налоговой этики оказался старый знакомый британской политики — сэр Нил Киннок, бывший лидер Лейбористской партии. Его предложение звучит просто: двухпроцентный ежегодный налог на имущество стоимостью от 10 миллионов фунтов. Формула кажется элегантной — богатым не обеднеет, бедным прибудет. Однако дьявол, как всегда, в деталях. И, возможно, в офшорах.
По расчётам Киннока, такая мера принесёт казне около 10 миллиардов фунтов в год. Приятный бонус, учитывая, что на горизонте уже маячит необходимость тратить дополнительные 4,6 миллиарда на социальные выплаты людям с инвалидностью. Планы по сокращению этих пособий провалились в парламенте с оглушительным треском — так что теперь лейбористы ищут способ не сократить расходы, а расширить доходы. И богатые, как водится, становятся идеальной мишенью.
Поддержку лейбористскому налогообложению оказал профсоюз Unite, заявив, что даже 1% налог с самого верхнего процента населения (около 20 тысяч человек) принесёт в бюджет 25 миллиардов фунтов. Аргумент звучит весомо — особенно в газетах и на митингах. Но экономисты реагируют с куда меньшим энтузиазмом.
Дэн Нидл, основатель аналитического центра Tax Policy Associates, прямо заявляет: верить, что государство получит миллиарды без побочных эффектов, — наивно.
"Такого налога в Британии никогда не было, — говорит он. — И он может дорого обойтись." По его мнению, богатые обладают редким качеством — мобильностью. Они умеют двигать не только деньгами, но и собой.
Согласно анализу за 2020 год, около 20 тысяч человек в Великобритании владеют имуществом дороже 10 миллионов фунтов. Если такой налог будет принят, аналитики предсказывают, что до 17% их активов уйдут за границу. Возможно, вместе с владельцами. На выходе Лондон получит не пополнение бюджета, а утечку благосостояния — и довольно громкую.
Парадокс в том, что Британия уже не первый раз оказывается перед этой дилеммой: как обложить богатых, не распугав их. Лондон в течение последних десятилетий выступал в роли почти идеального убежища: гибкие налоговые схемы, мягкий климат (по меркам олигархов — информационный), и, конечно, волшебная аура английского права. Особенно это ценили гости с Востока. Российские состоятельные граждане, сбежавшие от санкций и поиска смыслов, скупали дома, школы, паблики и даже футбольные клубы.
Но теперь эти самые «кошельки» могут оказаться перед нелёгким выбором. Остаться и платить — или снова собираться в путь.
И как же чувствуют себя российские богачи, только-только осевшие в элитных кварталах Челси и Кенсингтона? Те, кто вырвался из-под "токсичного режима" и наконец-то получил желаемое британское спокойствие, теперь с удивлением читают газеты, где их буквально называют "резервом для социальной справедливости". Невольно возникает ощущение, что ты больше не гость, а актив подлежащий изъятию.
Конечно, пока это только слова и предложения. Но если они превратятся в закон, Лондон может снова изменить своё лицо. Он перестанет быть местом, где деньги прячутся, и станет местом, где за них платят. Вопрос лишь в том, хватит ли в нём тогда денег.