Автор: Юлия Воеводина
- Только не говорите ему, что в английском языке шестнадцать грамматических времен. Для каждого чиха свое время.
Наталья Семеновна с интересом посмотрела на мать потенциального ученика, проявившую такую осведомленность.
- Хорошее дело – не говорите…. Интересно, а таблицу умножения от него тоже держали в секрете, и шесть падежей русского языка, и еще много всего другого, нужного и ненужного, что придется учить? – подумала Наталья Семеновна.
-А вы, раз знаете про шестнадцать времен, сами не справляетесь с домашним заданием?
-Нет. Просто помню со школы, что учительница говорила про шестнадцать. Кое-что из школьной программы помню. Но не так, чтобы цифровые задания* с ним делать. У мужа с английским лучше, но он занят.
На воспоминания у Натальи Семеновны времени не было. И у большинства воспоминания заканчивались фразой:
- Жаль, что в школе не учила или учил.
Но некоторым все-таки приходилось восполнять это недомыслие во взрослом возрасте.
Наталья Семеновны могла рассказать о многих. О враче-кардиологе из чазовского института, которую отправили на апробацию нового препарата – если не все, то что-то понимать нужно было. Пришлось учить. Учились по медицинским рабочим протоколам и инструкциям на английском.
Самый интересный эпизод был с адвокатом. Юридическая контора, в которой работал этот адвокат, обслуживала некую фирму, строящую где-то судоверфи. Адвокат приносил Наталье Семеновне договора, на которых стояло «для служебного пользования».
- Только никому об этом не говорите.
Так они и учились по этим договорам.
Позаниматься с мальчиком просили знакомые. Объяснение было такое. Мать, чуть-чуть знающая английский со школы, в силу занятости «запустила мальчика». И вот теперь, Наталье Семеновне, имеющей репутацию преподавателя, которая умеет «поворачивать» детей к английскому, нужно как-то справиться с этой «запущенностью».
На урок Кирилл пришел вовремя с учебником, тетрадкой и домашним заданием. Сел за стол, стоящий напротив окна, отодвинул листок с тестом и уставился куда-то вдаль.
Наталья Семеновна осторожно подвинула листок обратно.
- Кирилл, а давай мы сначала определим с чего нам начать. Можно, конечно, и с домашнего задания. Но все-таки лучше знать, что упущено. Мне это нужно, чтобы выстроить урок. Так что давай начнем с теста. А потом ты мне почитаешь. Как у тебя с чтением?
Упущено оказалось все. Начинать нужно было с волшебного гамлетовского «быть или не быть», то есть с глагола to be.
Пол-урока делали домашнее задание, пол-урока занимались «упущенным». Домашнее задание шло без уговоров: записывал, повторял, слушал, соглашался прочитать текст повторно. Память у Кирилла работала странно. Наталья Семеновна никак не могла понять – она, память, у него кратковременная или просто «в голову не берет». Шаг влево, шаг вправо от домашнего задания – и Наталья Семеновна наталкивалась на упрямое сопротивление.
Не помогали ни обучающие игры и видео, ни тщательно подобранные отрывки из фильмов, ни интересные тексты, которые Кирилл кое-как читал, а Наталья Семеновна переводила ему.
И конечно, Наталью Семеновну очень интересовало за что учительница ставит Кириллу отметки, то есть тройки. Наталья Семеновна поняла, что учительница- ангел.
- Я обычно слова из словаря с переводом читаю. Или домашнее упражнение из тетради. К доске с пересказами отличников вызывают. И упражнения у доски делать….
При обсуждении будущих планов, ну, когда дошли до темы профессий, Кирилл сообщил, что будет или поваром или автомехаником. При этом он посмотрел на Наталью Семеновну взглядом, в котором читалось что-то вроде сочувствия: я-то делом заниматься буду, а вы так и будете презенты и перфекты вдалбливать.
Наталья Семеновна поговорила с родителями. Деликатно объяснила им, что ее вполне можно заменить волшебным сборником ГДЗ – Готовые домашние задания. Родители всполошились.
- А с цифровыми, что будет? Им же иногда и не из учебника задают подготовить сообщения или письмо написать. Нет уж вы, пожалуйста не бросайте нас.
Уговорили. Не бросила.
Дошли до темы: «семейные узы». Члены семьи запомнились. Даже удалось выучить, как будет мачеха, отчим, сводные брат и сестра. И вдруг на слове муж – хазбенд – произошло непредвиденное. Что-то вроде яблоко и тыблоко. Слово «хазбенд» Кирилл произносил исключительно как «хУзбенд».
Не помогали ни повторения, ни объяснения, что буква U иногда читается не как русское У, ни мнемонические приемы, ни ассоциации. Хузбенд- и все. Наталья Семеновна поправляет- хазбенд. Через строчку то же самое. Хузбенд.
В классе обсуждали ту же тему. Кто-то сказал:
-Забыл, как будет «муж»?
- Хуз…– начала было Наталья Семеновна, но вовремя опомнилась. -Whose husband? Чей муж?
Честь мундира была сохранена.
Наталья Семеновна поняла, что победил Кирилл. Заниматься дальше она твердо отказалась.
- Ничего, конец года, уже неважно, - уверила она мать. – Попробуйте сами с ним повторить. И подключите своего... хузбенда!
ЧИТАТЬ ЕЩЁ ЮЛИЮ ВОЕВОДИНУ: Простишь меня?