Статья была найдена в интернете в 2012 году.
Редакция Переклички предлагает Вашему вниманию очерк о пути Астраханской армии в годы Гражданской войны 1917-1922 гг. Мнение автора может не совпадать с позицией РОВ Союза
В начале 1918 г. на широких просторах калмыцких степей, раскинувшихся в междуречье Волги и Дона, царило безвластие, сопровождавшееся периодическими вспышками доходящих до кровавой резни конфликтов между казачьими станицами, калмыцкими кочевьями и русскими селами. Эти конфликты были вызваны накопившимися этническими, социальными, политическими и экономическими противоречиями.
К лету 1918 г. калмыцкая степь продолжала оставаться своего рода "диким полем", ничейной пограничной территорией, зажатой между большевистским Поволжьем и Северным Кавказом, являвшем собой арену ожесточенной борьбы между Добровольческой армией, Советами, казачьими властями и национальными правительствами. Здесь переплелись интересы германской армии, оккупировавшей часть Донской области, Добровольческой армии, ведущей кровопролитные бои за Северный Кавказ, и Всевеликого войска Донского. Кроме того, политически влияли на события независимые государственные образования, фактически подчиненные немцам (Украина, Грузия и Азербайджан), а также стремившиеся к "самостоятельной исторической роли" монархические организации и группы, приютившиеся в Киеве и ориентирующиеся на Германию.
( Свернуть )
Главными участниками драматической истории Астраханской армии стали астраханские казаки и калмыки. Астраханское казачье войско, одно из самых малых казачьих войск России (к 1914 г. - около 40 тыс. чел.), в конце 1917 г. перед лицом угрозы со стороны большевизированного населения Нижнего Поволжья, заключило военно-политический союз с калмыцкой верхушкой и приняло в свой состав около 200 тыс. астраханских калмыков. Однако основная масса казаков и калмыков не захотела участвовать в вооруженной борьбе с большевиками и заявила о признании Советской власти. В итоге казачья и калмыцкая верхушка и созданные ими добровольческие вооруженные формирования из казаков, калмыков и офицеров Астраханской губернии в январе – феврале 1918 г. были разбиты и рассеяны красногвардейскими отрядами Астрахани, а их остатки нашли приют в станицах Донского, Уральского и Оренбургского казачьих войск.
К лету 1918 г., когда на территории большинства казачьих войск полыхнули антибольшевистские восстания, и на юге России развернулась широкомасштабная гражданская война, возникли предпосылки для возникновения военно-политических формирований и у астраханского казачества. Основным инициатором и организатором Астраханской армии стал наследственный глава астраханских калмыков 27-летний нойон (князь) Данзан Давидович Тундутов - бывший адъютант вел. кн. Николая Николаевича, принадлежавший к придворным кругам, имевший репутацию энергичного и говорливого, но недалекого авантюриста. При образовании объединенного Астраханского казачье-калмыцкого войска он был избран калмыками главой калмыцкой части войска и утвержден объединенным Кругом вторым помощником войскового атамана с возведением в чин полковника. Во время вооруженной борьбы казаков с астраханскими большевиками в январе - феврале 1918 г. нойон Тундутов был все время в центре событий, хотя сам активного участия в боевых действиях не принимал. После разгрома бежал в степь, всю весну скитался по югу России, дважды попадал в плен к большевикам и оба раза освобождался верными калмыками. А в конце мая 1918 г. объявился в Грузии, представившись "атаманом Астраханского казачьего, объединенного с калмыцким, войска".
Здесь Тундутов завязал деловые и дружеские отношения с представителем германского правительства - "королевско-баварским генерал-майором" фон Лоссовом, вместе с которым выехал 28 мая 1918 г. из Поти на немецком торговом судне "Mina Horn" в Германию. При содействии фон-Лоссова, Тундутов надеялся добиться от немцев материальной и моральной помощи для организации под своим началом вооруженной борьбы с большевиками на юге России. 3 июня они прибыли в Берлин, откуда 5-го отправились в ставку императора Вильгельма II. Продолжительная аудиенция у императора и беседы с офицерами германского Генштаба дали Тундутову обнадеживающий результат: он договорился о создании на немецкие деньги в калмыцкой степи антибольшевистской армии из астраханских калмыков и казаков, которая станет главной союзницей и блюстительницей интересов Германии на юге России.
Подразумевалось, что, при первом же появлении Тундутова в Поволжье, астраханцы дружно поднимутся на борьбу, и в самые короткие сроки из них будет сформирована мощная многочисленная Астраханская армия, которая развернет наступление на большевиков из калмыцкой степи в сторону Ростова-на-Дону, навстречу германской армии. А на границах с германской зоной оккупации будет организовано контролируемое астраханцами буферное казачье-калмыцкое государство. Германская сторона обязалась выделять для организации и снабжения армии деньги, вооружение, боеприпасы и обмундирование. За это Тундутов должен был придерживаться в своей деятельности определенной политической программы, куда, кроме прогерманской ориентации и монархизма, входил план раздела России на четыре независимых государственных образования: Великороссию, Украину, Сибирь и Юго-Восточный союз с Кавказом. То есть и здесь, как и в случае с Украиной, Доном и Грузией, основным условием, на который можно было получить помощь от Германии, была поддержка ее планов расчленения России.
Из описания встречи в мемуарах Вильгельма II видно, что Тундутов рисовал перед немцами антибольшевистскую борьбу астраханских казаков и калмыков как национально-освободительную, утверждая, что "казаки, не считая себя русскими, чувствуют к большевикам непримиримую вражду". Получив желанные заверения, Тундутов в сопровождении немецкого офицера отправился через Варшаву и Киев в Новочеркасск, к Донскому атаману П.Н.Краснову, куда прибыл 11 июня в компании одного из лидеров киевских монархистов герцога Н.Н.Лейхтенбергского и своего старого соратника, бывшего представителя Астраханского войска при Каледине и Корнилове, И.А.Добринского, обретшего прочную репутацию авантюриста еще в период корниловского выступления.
В Новочеркасске Тундутов сразу же принялся организовывать Астраханскую армию и Юго-Восточный Союз. Уже 11 июня состоялась встреча Тундутова, Лейхтенбергского и Добринского с Красновым. Во время встречи они предъявили ему ноту фельдмаршала Эйхгорна, командующего германскими войсками на Украине, о желательности скорейшего образовании Юго-Восточного союза, удалении с Дона Добровольческой армии (или удалении из ее частей германофобского командного состава), и о возможности поддержки немецких частей против войск Антанты в случае активизации Восточного фронта на Волге.
Астраханскую армию по обоюдному соглашению было решено сформировать на Дону, в районе станции и окружной станицы Сальского округа Великокняжеской (на границе Донского войска и Астраханской губернии). Причем в политическом отношении армия должна была в конечном итоге обрести статус общероссийской монархической организации и воевать под лозунгами "За Веру, Царя и Отечество" и "Единая, Великая, Неделимая Россия". Эта политическая программа, принятая вопреки первоначальной договоренности с немцами, стала плодом переговоров Тундутова с другой заинтересованной стороной - киевскими монархическими организациями, - проведенных в ходе той же самой поездки.
Таким образом, задуманная нойоном Тундутовым "Астраханская казачья армия" должна была стать вооруженной силой нового независимого государственного образования - Астраханского объединенного казачье-калмыцкого войска, а в ходе развертывания превратиться во всероссийскую добровольческую монархическую армию, призванную сыграть главную роль в освобождении России от большевиков, и включить в свой состав всех желающих восстановления империи и монархии. Путанность и несовместимость поставленных задач не смущали деятельного Тундутова. Обосновавшись в Новочеркасске, в гостинице "Европейская", он достаточно быстро сгруппировал вокруг себя находившихся на Дону членов астраханского и калмыцкого войсковых правительств, офицеров обоих войсковых штабов, и, насколько возможно, всех вообще астраханских казаков и калмыков. Уже в середине июня выделилась инициативная группа "астраханцев" в составе Д.Д.Тундутова, И.А.Добринского, есаула Г.В.Рябова-Решетина (офицера астраханской полусотни Лейб-гвардии Сводно-казачьего полка, старшего адъютанта штаба Походного атамана всех казачьих войск вел. кн. Бориса Владимировича) и Б.Э.Криштафовича ("Заведующего калмыцким народом", "комиссара Калмыцкой степи" и председателя калмыцкого войскового правительства). В течение июня на полученные от немецкого командования суммы из имевшихся кадров ими были организованы астраханское войсковое правительство и войсковой штаб. Возникла и возможность формирования воинских частей, так как все больше астраханских казаков и калмыков, недовольных политикой большевиков, искало спасения на Дону. Фигура Тундутова стала пользоваться в Новочеркасске определенным политическим весом и популярностью. Сам он как бывший помощник атамана И.А.Бирюкова получил признание в качестве легитимного главы астраханских казаков и калмыков и статус "Временного Астраханского атамана"
В конце июня - начале июля князь Тундутов вместе с Красновым выступил одним из инициаторов создания замышляемого еще при А.М.Каледине Юго-Восточного союза. Теперь - под видом нового федеративного суверенного "Доно-Кавказского союза", в который должны были войти Донское, Кубанское, Терское и Астраханское войска, "вольные народы степей" и горцы Северного Кавказа. Это государство мыслилось как союзное Германии и именно с ее помощью Краснов и Тундутов надеялись добиться его международного признания. 28 июня в Новочеркасске в Атаманском дворце под председательством Краснова состоялось первое совещание по вопросу об образовании союза. На нем присутствовали от Астраханского войска - князь Тундутов, от Кубанского - П.Л.Макаренко, от горцев Северного Кавказа - П.Коцев, от Донского - А.П.Епифанов и А.П.Богаевский. Совещание высказалось против изложенного Красновым проекта, поскольку он слишком явно устанавливал лидирующую роль Дона в союзе, и никакого решения принято не было. 4 июля было созвано второе совещание для ознакомления с проектом декларации Доно-Кавказского союза. Астраханское войско представляли, кроме Тундутова, Криштафович и Рябов-Решетин. Опережая ход событий, Краснов заранее послал письмо императору Вильгельму II, сообщая об уже достигнутой договоренности между "высокими сторонами" о желании создать свое государство, и обратился с просьбой о поддержке. После второго совещания, столь же бесплодного, текст декларации был разослан для подписи представителям сторон. Однако никто, кроме Тундутова, декларацию не подписал. Даже немцы в итоге отказались поддерживать эту несостоятельную идею.
Независимую "Казакию", как суверенного субъекта международных отношений, никто всерьез не воспринял. Единственным лицом, с которым Краснов заключил свой "союз", стал князь Тундутов. Так провалилась первая из вынашиваемых нойоном Данзаном авантюр.
С Астраханской армией дела у новоявленного Астраханского атамана развивались не многим лучше. Получив от немцев часть обещанных средств, инициативная группа Тундутова в конце июня 1918 г. приступила к формированию в Сальском округе первых астраханских частей. При этом всевозможные штабы, учреждения и прочие бюрократические атрибуты армии росли как грибы после дождя, тогда как формирование боевых частей не спорилось. К середине июля из находящихся на Дону казаков-астраханцев ими был создан только двухсотенный Астраханский казачий дивизион, который сразу же стал привлекаться донским командованием к отдельным операциям. Причисленный к Задонскому отряду полковника Быкадорова, он отличился в совместных с донцами боях под станцией Куберле 19 июля - 8 августа 1918 г. На его базе к концу августа удалось развернуть конную казачью бригаду в составе 1-го казачьего, 2-го и 3-го калмыцких полков.
Необходимо отметить, что Тундутов начал формирование армии не на пустом месте. К моменту его появления в Новочеркасске в составе Донской армии уже действовали отряды астраханских казаков. Астраханская дружина - первое формирование астраханского казачества на юге России - возникла еще весной 1918 г. в Сальском округе из бежавших на Дон участников Астраханского восстания, прежде всего из остатков отряда Сахарова - Тундутова, рассеянного в конце февраля 1918 г. на границе Сальского округа и Астраханской губернии. Этот добровольческий партизанский отряд состоял в основном из казачьих офицеров, примкнувших к ним офицеров регулярных частей и интеллгенции ("вольных казаков") Астрахани. Калмыки до середины 1918 г., как и рядовые станичники, в антибольшевистской борьбе в массе своей не участвовали.
До июля 1918 г. дружина не превышала 200 бойцов и периодически пополнялась казаками, бегущими в восставшие донские станицы от произвола Советов, и являлась единственным боевым формированием Астраханского войска. Она и стала основой для организации конных казачьих частей армии. Вооруженная борьба астраханского казачества с большевиками началась именно на Дону, а не в Поволжье. Произошло это потому, что существовавшие к началу гражданской войны два десятка малочисленных астраханских станиц с хуторами, разбросанных на огромных пространствах трех поволжских губерний, частью находились в крупных промышленных городах (Саратов, Царицын, Астрахань), являвшихся опорой большевиков, или рядом с ними, а частью - вкраплены в почти сплошной массив типичных для данного региона крупных крестьянских поселений, тянущихся вдоль Волги до Каспийского моря, традиционно враждебных казакам и симпатизировавших большевикам. Поэтому любая, даже хорошо скоординированная, попытка антибольшевистского выступления астраханских казаков без посторонней помощи сколько-нибудь реальных шансов на успех не имела. Зато в соседних большинству астраханских станиц землях Донской области уже в апреле 1918 г. полыхнуло мощное антибольшевистское восстание и туда, скорее за помощью, чем на помощь "старшему брату", потянулись наиболее воинственно настроенные астраханцы.
В этом отношении в самом выгодном положении находился 2-й отдел Астраханского войска (от Царицына до Саратова), где русла Волги и Дона максимально сближаются. Генерал И.А.Поляков, описывая бои в междуречье Волги и Дона в начале июня, упоминает о неожиданной помощи, полученной донцами при освобождении станиц Каргальской и Романовской со стороны партизанских отрядов "казаков-камышинцев". То есть, при внешнем спокойствии астраханские станицы являлись горючим материалом в тылу у советских формирований, готовым моментально вспыхнуть при приближении донских частей, что и происходило неоднократно летом - осенью 1918 г.
В течение 1918 г. в районе боевых действий Донской армии разновременно находились Александровская, Александро-Невская, Николаевская, Пичужинская и Царицынская станицы 2-го отдела, c общим населением около 14 тыс. человек. Периодические мобилизации населения этих станиц проводились как в части Красной армии, так и в Донские части, воевавшие на их территории. Район боевых действий и дислокации астраханских соединений находился далеко от станиц и 2-го, и 1-го отделов войска, поэтому целенаправленные мобилизации астраханских казаков не приняли широких размеров, однако командиры донских частей обязаны были направлять, и часто действительно направляли, попавших к ним астраханцев в Сальский округ, в формировавшуюся Астраханскую армию. Некоторый приток коренных казаков в части шел во время наступлений Донской армии на Царицын, когда астраханцы приближались к Волге, но их процент был незначительным даже в конных полках.
Официально комплектование астраханских частей на занятых белыми территориях было возложено астраханским правительством на командира 2-го Астраханского князя Тундутова полка полковника Суворова, который именовался "командующим северным районом Астраханского казачьего войска". Ему как "атаману северного района" были подчинены 2-й Саратовский и Малодербетовский отделы. Проведение мобилизаций, формирование частей и передача их донскому командованию в отделах носили случайный характер и зависели от перемещения линии фронта. Конные казачьи части армии формировались непосредственно в Сальском округе, в основном за счет откочевавших сюда летом - осенью 1918 г. калмыков: 2-й Астраханский князя Тундутова полк - из астраханских, 3-й Зюнгарский калмыцкий полк - из донских и ставропольских; калмыками отчасти пополнялся и 1-й Астраханский казачий полк. Калмыцкая молодежь в целом охотно откликалась на мобилизации, получала астраханскую форму, проходила курс обучения под руководством офицеров и урядников. На смотрах они выглядели вполне пристойно, но по боевым качествам заметно уступала казакам, поэтому конные астраханские полки не представляли из себя серьезной боевой силы и за всю историю существования армии ничем особенным себя не проявили.
Пехотные части формировались контрактным набором русских офицеров-добровольцев на Украине, в Грузии и на других территориях, оккупированных Германией, или занятых Добровольческой и Донской армиями. Первое вербовочное бюро астраханцев было открыто уже в начале июля 1918 г. в Киеве. Затем "Бюро записи в Астраханскую казачью армию" были открыты в Ростове-на-Дону, Новочеркасске и других южных городах, где подальше от большевиков скапливалось "безработное" российское офицерство.
Кадровые русские офицеры монархических убеждений сыграли заметную роль в создании Астраханской армии. Один из активных участников политической жизни белого юга кн. Г.Н.Трубецкой приводит в своих воспоминаниях ряд отрывков из деловых и дружеских бесед с офицерами-"астраханцами", из которых следует, что еще в период формирования добровольческой бригады М.Г.Дроздовского на Румынском фронте значительная часть вступавших в нее офицеров стремилась к созданию именно монархического соединения. Однако в тогдашних условиях это оказалось неосуществимо. Бригада Дроздовского, включавшая офицеров-добровольцев весьма различной политической ориентации, как самостоятельная боевая единица просуществовала недолго. Она шла на Дон на соединение с армией Корнилова и в конце мая 1918 г. влилась в Добровольческую армию А.И.Деникина, где была переформирована в 3-ю дивизию. Но не все офицеры согласились служить под началом "демократа" Деникина. Многие из них, последовательные монархисты, откликнулись на предложение киевских монархических организаций, и, покинув ряды Добровольческой армии, вступили в формируемую под монархическими лозунгами и на немецкие деньги, Астраханскую армию, став костяком ее пехотных частей. Летом 1918 г. Дроздовский был основным посредником в переговорах между Астраханской и Добровольческой армиями, связанных с переходами офицеров из одной в другую. Наиболее широко вербовку офицеров для Астраханской армии удалось, при помощи германского командования и киевских монархистов, поставить на Украине. Первоначально, в июле - сентябре 1918 г., на Украине существовало множество независимых пунктов набора в армию и отдел снабжения, который возглавлял полковник Гавдзинский. Штаты этих учреждений были несоразмерно велики, наполняющие их "темные личности" получали на свое содержание очень крупные по тем временам суммы, а эффект от их деятельности был весьма мал. Формирование частей шло чрезвычайно медленно.
В октябре - ноябре 1918 г., когда немецкое снабжение прекратилось и астраханские части перешли в ведение донского командования, все украинские бюро (кроме киевского) были ликвидированы. По ходатайству председателя астраханского правительства Криштафовича, представительство Астраханского войска и ведение дел по укомплектованию армии на Украине взял на себя атаман Донской зимовой станицы (посольства) в Киеве генерал А.В.Черячукин, после чего вербовка офицеров пошла несколько успешнее. Черячукин добился выделения некоторых сумм на комплектование армии от гетмана Скоропадского, наладил относительно регулярную отправку офицерских пополнений в Сальский округ. Однако, едва приведя дело комплектования в порядок, Черячукин в связи с уходом немцев и неминуемым падением гетманской власти вынужден был быстро сворачивать и эвакуировать астраханские организации в Новочеркасск. В начале декабря украинская армия Петлюры заняла Киев, Скоропадский бежал и все структуры Астраханского войска сосредоточились на Дону.
В начале августа 1918 г. была сделана попытка открыть вербовочное бюро Астраханской армии в Тифлисе. Города Грузии весной - летом 1918 г. наводнили офицеры бывшего Кавказского фронта, что являлось предметом недовольства и беспокойства социалистического правительства Н.Жордания. Несмотря на посредничество немцев, правительство официально отказало астраханцам в открытии вербовочного бюро, не желая осложнений с большевиками, однако фактическому набору и вывозу офицеров в Сальский округ не препятствовало. Русское офицерство охотно массами вербовалось в новую армию. Большинство - потому что желало просто вернуться в Россию. Других привлекали монархические лозунги и вообще возможность вооруженной борьбы с большевиками. Третьих - высокие денежные оклады (самые высокие по сравнению с другими антибольшевистскими формированиями на юге России). В Тифлисе из завербованных офицеров составляли партии, которые отправлялись через Поти и Керчь в Ростов. В течение всего августа шла регулярная оживленная пересылка офицерства на Дон. К концу сентября, в виду нехватки средств она прекратилась.
Астраханская армия задумывалась Тундутовым очень широко: пехотные, конные, пластунские, охотничьи, партизанские, инженерные, тракторные, авиационные, артиллерийские, броневые и всевозможные гвардейские части, речные и морские флотилии и т.д. и т.п. Был даже издан приказ о формировании в составе армии отдельной Текинской сотни во главе с Ханом Хаджиевым, бывшим адъютантом генерала Корнилова. Для каждой части уже в начале июля приказами Тундутова была установлена своя форма - весьма вычурная и претенциозная. Предполагалось, что к осени 1918 г. армия будет насчитывать в своем составе не менее 60 тыс. бойцов. В соответствии с монархическим духом армии всем ее чинам уже в первые дни формирования было предписано снять добровольческие бело-сине-красные, национальные, нарукавные шевроны и заменить их бело-желто-черными, "романовскими", шевронами, нашитыми углом к плечу. Однако на деле формирование некалмыцких частей армии, с первых до последних дней ее существования, было поставлено очень плохо.
К концу июля 1918 г., кроме двухсотенного Астраханского казачьего дивизиона, из всех задуманных на бумаге частей был сформирован только один офицерский пехотный батальон в 400 штыков, на основе которого к концу августа была развернута двухполковая пехотная бригада неполного состава.
Одной из серьезных причин нехватки офицерских кадров для Астраханской армии стала конкуренция с Добровольческой Армией. Штаб А.И.Деникина развернул целую подпольную войну против руководства Астраханской армии за "души и тела" офицеров. Считая эту организацию своим потенциальным противником, штаб Добровольческой армии регулярно собирал информацию о деятельности и состоянии "астраханцев", по мере сил дискредитировал их, препятствовал попаданию завербованных офицеров в Великокняжескую, всячески переманивал их к себе. То есть эта война сводилась в основном к политическим интригам и отбиванию присланных для Астраханской армии пополнений. Добровольцы добились в своей "антиастраханской" деятельности серьезных результатов: в среднем около 75% астраханских пополнений, не доезжая до Великокняжеской, попадали в состав Добровольческой армии. Да и сам Тундутов, изначально бестолково поставив все дело формирования и уже в июле 1918 г. собрал вокруг себя бесчисленную свиту из всякого рода кутил и выжиг, вместе с которыми активно растрачивал немецкие суммы, ведя праздный образ жизни. Как свидетельствует современник, в штабах и учреждениях Астраханской армии "царил дух Царского села". Это также отталкивало от астраханцев потенциальные офицерские кадры.
Основная масса офицеров и казаков Астраханской армии относилась к Тундутову и его затеям безразлично или отрицательно. Сам он не пользовался уважением среди подчиненных; куда большим "уважением" пользовались те крупные средства, которые он получал от немцев. Когда же немецкие средства иссякли и несостоятельность затеи стала вопиюще очевидной, начальник штаба армии подполковник Рябов-Решетин и генерал-квартирмейстер подполковник Полеводин от имени астраханских офицеров и казаков попытались через генерала Е.Ф.Эльснера, представителя Деникина в Новочеркасске, наладить контакт с командованием Добровольческой армии и неоднократно обращались с просьбами о переходе в ее состав. Однако Деникин неизменно отвергал ходатайства астраханских частей, исходя из политических соображений.
Николай Суренский
Продолжение следует...
http://pereklichka.livejournal.com/
