Сахалинская нефть имеет богатую историю, которая началась ещё в XIX веке. Первые упоминания о нефти на острове относятся к июню 1880 года, когда купец из Николаевска-на-Амуре Иванов сообщил военному губернатору о находке нефтяных источников на территории Сахалина.
Однако систематические поиски и разведка начались значительно позже, в советский период, в буферном государстве Дальневосточная республика. Практически одновременно с провозглашением ДВР японская армия оккупировала Северный Сахалин, по Портмутскому договору оставшемся под контролем Российской Империи и после революции 1917 года - РСФСР, при образовании ДВР признавшей её суверенитет над Северным Сахалином.
На Сахалине их интересовали прежде всего уголь, рыба и нефть. Сразу же после оккупации действие российских законов было отменено и введено японское военно-гражданское управление. Все учреждения острова должны были передать дела новой японской администрации. Было произведено переименование улиц на японский лад, а день рождения японского императора стал обязательным для всех праздником.
Для выдавливания японцев с Северного Сахалина было решено подключить США. 14 мая 1921 г. правительство Дальневосточной Республики и представитель американской нефтедобывающей компании «Синклер ойл» подписали предварительный договор о концессии на добычу нефти на Северном Сахалине. Позже, 31 мая 1921 года госсекретарь США Чарльз Хьюз в ноте, направленной правительству Микадо, твердо заявил, что Соединенные Штаты
не могут согласиться на принятие японским правительством каких-либо мер, которые нарушали бы... территориальную неприкосновенность России
Северный Сахалин прямо не был назван, но явно подразумевался. В соответствии с договором о концессии американская компания получила концессию на два участка общей площадью около 1000 кв. км для добычи нефти и газа сроком на 36 лет. «Синклер ойл», в свою очередь, обязывалась затратить на разведку и добычу не менее 200 тыс. долл., в конце второго года запустить одну буровую, а к концу пятого — еще одну. Арендная плата устанавливалась в традиционной форме: 5% от ежегодной валовой добычи, но не менее чем на 50 тыс. долл. В качестве обеспечения будущих выплат компания немедленно вносила в Госбанк ДВР 100 тыс. долл. и гарантийное письмо на 400 тыс. Однако, вопреки ожиданиям, американское правительство никаких шагов по давлению на Японию и обеспечению интересов «Синклер ойл» на Северном Сахалине не предпринимала.
Неизвестно, на что рассчитывали американцы, но 7 февраля 1924 года два инженера «Синклер Ойл», МакКаллох и МакЛафлин высадились на западном побережье Сахалина, в районе селения Погиби, где их незамедлительно арестовали японцы и, продержав несколько дней взаперти, выслали. Однако и этот инцидент не вызвал никакой реакции со стороны американского правительства.
Концессии в довоенный период
Поэтому уже правительство СССР вернулось к дипломатическим контактам с Японской Империей - 14 мая 1924 года начались официальные советско-японские переговоры в Пекине. С 20 января 1925 года в Пекине была подписана Конвенция об основных принципах взаимоотношений между СССР и Японией. Она свидетельствовала об окончании оккупации северной части Сахалина японскими войсками и восстанавливала действие Портсмутского мирного договора 1905 года. Конвенция состоит из семи статей протокола «А», пяти статей протокола «Б» и краткой декларации.
В протоколе «А» в статье VI указывается:
В интересах развития экономических отношений между обеими странами и принимая во внимание нужды Японии в отношении естественных богатств, правительство СССР готово предоставить японским подданным, компаниям и ассоциациям концессии на эксплуатацию минеральных, лесных и других естественных богатств на всей территории СССР.
В протоколе «Б» нашли отражение все вопросы концессионных отношений двух сторон. Правительство СССР согласилось предоставить в эксплуатацию угольные месторождения на западном побережье Сахалина и нефтяные месторождения в северной части острова. 14 декабря 1925 года были подписаны концессионные договоры сроком на 45 лет. От имени советского правительства договор подписал председатель ВСНХ Ф. Э. Дзержинский, с японской стороны — представитель военно-морского ведомства Шигецуру Накасато.
Согласно конвенции, Япония обязалась к 15 мая 1925 года вывести свои войска с территории Северного Сахалина, который немедленно после этого на основании протокола «А» переходил под суверенитет СССР.
24 марта 1925 г. Московский губернский суд вынес решение по делу о расторжении договора с компанией «Синклер ойл», признав его утратившим силу. Также суд признал, что равным образом утратило силу гарантийное письмо, представленное компанией, а внесенные в обеспечение исполнения договора деньги не подлежат обращению в доход СССР.
Японские концессии, созданные на Северном Сахалине, согласно договору, подписанному председателем ВСНХ Ф.Дзержинским и адмиралом Сигецуру Накасато в Москве 14 декабря 1925 года, явились логическим продолжением подписанной 20 января 1925 года Конвенции об основных принципах взаимоотношений между СССР и Японией, установившей дипломатические, консульские и торговые отношения между двумя странами. Вывод японских войск с Северного Сахалина был лишь одним из условий, предшествующих декабрьскому договору.
Сразу же после вывода японских войск с Северного Сахалина советское правительство направило туда крупную горно-геологическую экспедицию ВСНХ под руководством героя Гражданской войны Николая Акимовича Худякова, в состав которой входили несколько геологоразведочных партий, которые возглавляли геологи А.И. Косыгин и А.Н. Криштофович, Н.А. Кудрявцев, С.И. Миронов, горный инженер Н.С. Абазов и другие. А уже в следующем, 1926, году летом в Оху прибыл первый отряд социалистического труда в составе одиннадцати комсомольцев, которые привезли с собой оборудование для строительства кочегарки будущего треста. Правда, еще почти год они работали на концессионном предприятии, поскольку треста еще официально не было. Официальной датой создания треста «Сахалиннефть» считается август 1928 года, когда это решение было принято Советом Труда и Обороны СССР. Неофициально — сентябрь 1927 года, когда на 52-м участке была заложена контора будущего треста.
Работы по межеванию нефтяных участков начались летом 1926 года после прибытия на Сахалин специальной геологической комиссии во главе с инженером Н. С. Абазовым. По Договору японская сторона получила право на разработку восьми месторождений — «Оха», «Эхаби», «Пильтун», «Нутово», «Чайво», «Ныйво», «Уйглекуты» и «Катангли». Общая площадь концессионных участков составила 4807,12 десятин или 5252 га.
В том же году японская нефтяная компания «Кита Карафуто Сэкию Кабусики Гайся» (Северо-Сахалинское нефтяное акционерное общество) начала разведку отведённых ей участков. Из всех участков, предоставленных Японии по договору, нефтепромышленники вели добычу нефти преимущественно на Охинском месторождении, которое было самым перспективным. В 1927 году японские концессионеры добыли 77 тыс. тонн нефти. В последующие годы добыча нефти неуклонно росла и достигла максимума в 1931 году, когда было добыто 200 тыс. тонн.
Согласно декабрьского договора, СССР передавал японцам в эксплуатацию в течение 45 лет нефтяные и угольные месторождения Северного Сахалина. Восемь нефтяных месторождений (Оха, Нутово, Пильтун, Эхаби, Ныйво, Уйглекуты, Катангли, Чайво) в северной части острова общей площадью около 5 тыс. гектар были разбиты в шахматном порядке на участки между СССР и концессионером и разделены между двумя участниками по 50%. В то время это было крайне выгодное для страны соглашение.
Помимо всевозможных платежей концессионер обязался передавать советской стороне все данные геологических исследований. Кроме того, была установлена квота на присутствие иностранных рабочих и специалистов: 75 процентов неквалифицированных рабочих должны были составлять наши граждане, количество специалистов делилось пополам между нашими и иностранцами. Таким образом, советские специалисты, работавшие по договору у концессионера, получали навыки бурения и добычи нефти, осваивали современные по тем временам технологии и создавали задел для собственной нефтедобычи.
Для эксплуатации нефтяных месторождений японские предприниматели создали в 1926 году «Акционерное общество Северо-Сахалинских нефтяных предпринимателей» (Kita Karafuto Sekiyu Kabushiki Kaisha). Основной капитал концессионера составили 10 миллионов иен (100 млн. долларов США в ценах 2014 года) или двести тысяч акций по 50 иен. Акционерами компании были фирмы «Ниппон», «Секию», «Кухара Когио», «Мицуи», «Мицубиси» и др. Председателем общества был избран представитель военно-морского ведомства адмирал Накасато, его заместителем представитель банка «Мицубиси Ногути».
При этом с 1928 года правительство СССР стало проводить политику, направленную на сворачивание концессионных соглашений. На 1 января 1937 года в Советском Союзе оставалось всего пять концессионных предприятий. Четыре из них были японскими: три действовали в нефтяной и угольной промышленности Северного Сахалина, а одна эксплуатировала водные биоресурсы Камчатки.
Добыча нефти на концессиях росла и к середине 1930-х стабилизировалась на уровне 160-180 тыс. тонн в год. Между советскими органами власти и концессионером постоянно возникали разногласия, были случаи нарушения договора, причем обеими сторонами. С началом японо-китайской войны (1937 год) на концессиях начался спад добычи нефти, связанный с резким ухудшением советско-японских отношений (бои у озера Хасан 1938 год, бои у реки Халхин-Гол 1939 год), постоянными требованиями советского правительства ликвидировать концессии, арестами по обвинению в шпионаже работников концессии.
Концессии в период с 1941 по 1944 год
Во второй половине 1941 года внешнеполитическая ситуация в мире резко изменилась. 22 июня 1941 года Германия напала на Советский Союз. 7 декабря 1941 года, атаковав Перл-Харбор, Япония вступила во Вторую Мировую войну. 11 декабря 1941 года Германия объявила войну США. В результате сложилась парадоксальная ситуация, когда Япония, будучи союзником Германии, производила нефтедобычу на территории Советского Союза, который, в свою очередь, являлся союзником Соединённых Штатов Америки и Великобритании. Однако в ситуации, сложившаяся на советско-германском фронте к осени 1941 года, советское правительство не было заинтересовано в обострении отношений с Японией. В сложной военно-политической обстановке Советский Союз не настаивал на ликвидации концессий. В октябре 1941 года японской стороне даже было продлено право на добычу и вывоз нефти до 1943 года. Именно экономическими уступками правительство СССР стремилось избежать войны на востоке.
4 июня 1943 г., принимая посла Японии Наотакэ Сато, В. М. Молотов заявил Протест в отношении невыполнения Токио обязательства ликвидировать японские нефтяные и угольные концессии на Северном Сахалине. Вручая протест, нарком расценил отход японской стороны от своевременного выполнения этого обещания как нарушение условий заключения пакта о нейтралитете. Стремление укрепить отношения с СССР в условиях ухудшения положения держав оси и опасения, что в недалёком будущем под предлогом нарушения обещания свернуть концессии Советский Союз вступит в войну против Японии или, по меньшей мере, предоставит США военные базы на своей территории на Дальнем Востоке, вынудило Токио пойти на уступки Москве. Решение отказаться от концессий было принято 19 июня 1943 г. на координационном совещании правительства и Императорской ставки, а также 26 июня на совещании руководства армии, флота и МИД Японии при условии, что Советский Союз подтвердит свою приверженность пакту о нейтралитете.
В Москве был подписан протокол, по которому японские нефтяные и угольные концессии передавались в собственность СССР. В порядке компенсации СССР выплачивал Японии 5 миллионов рублей и обещал продавать Японии 50 тысяч тонн сырой нефти с Охинских скважин в течение 5 лет «после окончания настоящей войны». Тогда же было принято решение о закрытии генерального консульства в Александровске и вице-консульства в Охе.
Оценка работы концессий
Японские нефтяные концессии на Северном Сахалине просуществовали более 18 лет. За эти годы было добыто около 2 млн тонн нефти. Разработки не прекратились и со вступлением СССР и Японии во Вторую мировую войну. Однако объём добычи нефти снизился по сравнению с довоенным периодом в несколько раз. Так в 1941 году было добыто 51,7 тыс. тонн, а в 1942 году — 17 тыс. тонн нефти. Для сравнения - советский трест Сахалиннефть за четыре военных года дал стране почти 3 млн тонн нефти.