Иногда я задумываюсь: откуда вообще берётся тяга к творчеству? Почему одним хочется рисовать, лепить, варить мыло, собирать открытки или писать стихи, а другие на это смотрят с недоумением — мол, у тебя что, дел больше нет?
Так вот, чем старше я становлюсь, тем больше понимаю: почти всё творческое в нас начинается с детства. А точнее — с тех самых детских привычек, которые тогда казались просто «забавными», а сегодня незаметно стали основой нашей взрослой самости.
Привычка придумывать — это не просто фантазия, а навык
Помните, как в детстве мы придумывали целые миры? У каждой куклы было имя, у палки — суперсила, у карандаша — характер. Это не было «баловством». Это была репетиция. Мы учились строить образы, связывать сюжеты, оживлять предметы.
Если ребёнку никто не мешал фантазировать, не прерывал: «Ну что за ерунду ты выдумываешь!» — то, скорее всего, во взрослом возрасте этот человек легко находит вдохновение. Потому что у него не отбили навык воображать, а значит, и создавать — тоже не отбили.
Привычка копаться и рассматривать — корень внимания к деталям
В детстве мы могли часами рассматривать коллекции марок, бусинки в коробочке, крапинки на листочке. Тогда взрослым казалось, что это — трата времени. А теперь я понимаю, что именно тогда формировалась способность замечать красоту в мелочах.
Удивительно, но те, кто в детстве был “медленным” — копался в мозаике, перебирал карандаши, складывал всё по цветам, — во взрослом возрасте часто оказываются внимательными творцами. Именно они потом делают работы, где всё гармонично: и цвет, и композиция, и настроение.
Привычка играть — та самая смелость, которую не купить
Творчество — это игра. Не в смысле “взять игрушки и разложить по полу”, а в смысле разрешить себе делать что-то не по инструкции. Когда взрослый человек берёт в руки краски и не знает, что получится — он, по сути, играет. Он пробует. Игра — это безопасная попытка.
Если ребёнку в детстве позволяли играть свободно, не контролируя каждый шаг, не требуя, чтобы всё было “аккуратно”, “по делу” и “с результатом”, то у него остаётся ощущение, что творить можно без страха. И такие люди потом легко берут в руки глину, кисточку, камеру или мыльную основу — и просто делают, не боясь “плохо”.
Привычка быть одному с собой — опора в творческом процессе
Многие творческие вещи происходят в одиночестве. Не потому, что мы не любим людей, а потому что именно в тишине рождается глубина. Если ребёнку разрешали “уходить в себя” — строить шалаш, сидеть под столом с книжкой, закрываться в комнате и мастерить, — у него не вырастает панического страха остаться один на один с собой.
Во взрослом возрасте такие люди легко садятся за работу — не потому что их кто-то хвалит, не ради одобрения, а потому что им просто хорошо в этом процессе.
А если всё было не так?
Не у всех детство было наполнено поддержкой. Кому-то запрещали пачкаться красками, кому-то говорили “не выдумывай ерунду”, кому-то не давали заниматься «ненужным». И что тогда?
Это не приговор. Творчество возвращается. Иногда неожиданно. Через мягкие занятия. Через то, что “всегда хотелось, но не разрешали”. Через тот самый момент, когда вы вдруг решаете: а теперь я могу делать, как хочу.
И взрослые люди начинают рисовать. Варить мыло. Делать украшения. Создавать открытки. И главное — чувствовать себя живыми.
С вами была Саня — человек, который в детстве мог часами играть с бусинами, вырезать, переплавлять пластилин и придумывать имена игрушкам, а теперь делает из этого профессию и удовольствие одновременно.
А как у вас? Есть ли что-то из детства, что привело вас к творчеству? Или, может, наоборот — вам пришлось возвращать себе то, что когда-то не дали? Расскажите. Мне правда интересно читать такие истории.