— Он детей к себе забрал, а ты сидишь как ни в чем не бывало! — всплеснула руками Тамара Ивановна, врываясь в кухню дочери.
— Мама, Игорь их отец и имеет полное право, — спокойно ответила Елена Михайловна, не отрываясь от проверки тетрадей. — Чего ты так переживаешь?
— Переживаю? — голос матери взлетел на октаву выше. — Да они сами к нему побежали, стоило только позвать! Что за мать такая, скажи мне?
Елена отложила красную ручку и внимательно посмотрела на мать. В этом взгляде было что-то такое, что заставило Тамару Ивановну немного сбавить обороты.
— Мама, у нас всегда было разделение ролей. Я — строгая, он — добрый. Ничего удивительного, что мальчишки выбрали папу, — Елена усмехнулась. — Хотя знаешь, мне их сейчас даже жалко.
— Если ты от горя рехнулась, то скажи честно, я врача вызову! — Тамара Ивановна плюхнулась на стул. — Он же в суд подавать будет! Требовать, чтобы дети с ним жили постоянно! А тебе алименты платить заставит!
— Как же его Вера натаскала, — покачала головой Елена. — За двенадцать лет брака я до такого не додумалась.
— Какая еще Вера? — опешила мать.
— Та самая, из-за которой мы развелись. Неужели ты про нее ничего не знаешь? — Елена вернулась к тетрадям. — Она там теперь главная.
— Как это главная? Вы же всего три месяца назад развелись!
— Мама, они уже полгода встречались до развода. Думаешь, я слепая? — Елена не поднимала глаз от тетради. — Просто тогда говорить об этом было бесполезно.
— А сейчас легче стало? — нахмурилась Тамара Ивановна.
— Сейчас интереснее, — Елена наконец подняла голову. — Эта Вера такого навытворяет, что Игорь скоро сам к нам ползком приползет.
— Да хоть на коленях приползет! — возмутилась мать. — Если суд детей с ним оставит, что тогда делать будешь?
— Не оставит, — уверенно сказала Елена. — Вера слишком много на себя взяла, а про детей понятия не имеет.
Тамара Ивановна смотрела на дочь так, словно видела ее впервые. Где была та женщина, которая рыдала три месяца назад, узнав об измене мужа? Где были истерики и бессонные ночи?
— Лена, ты что, правда не переживаешь? — тише спросила она.
— Переживаю, — честно ответила дочь. — Но знаешь что? Когда понимаешь, что будет дальше, легче становится. А я точно знаю, что будет.
Конец семейной жизни начался с обычного ужина. Игорь вернулся с работы позже обычного, слегка навеселе после корпоратива. Сел за стол, посмотрел на поданную еду и сказал:
— А Вера к картошке всегда огурчики подает. Соленые.
Елена замерла с вилкой в руке. Муж продолжал есть, словно ничего не произошло. Но воздух в кухне стал густым, как перед грозой.
— Кто такая Вера? — тихо спросила она.
Игорь поднял глаза, понял, что сказал лишнее, и начал выкручиваться. Врал неуклюже, путался в словах, краснел. За двенадцать лет Елена изучила все его привычки, включая манеру лгать.
— Коллега по работе, — бормотал он. — Мы иногда обедаем вместе в кафе...
— Которая к картошке огурчики подает, — сухо заметила Елена.
— Ну да, мы... то есть, она заказывает... — Игорь окончательно запутался.
В ту ночь они не разговаривали. Елена лежала и думала не о том, что муж ей изменяет, а о том, что все кончено. Потому что он не просто встречается с другой женщиной. Он ужинает с ней дома. А это уже серьезно.
Через неделю Игорь сам признался. Сказал, что полюбил и хочет создать новую семью. Елена выслушала спокойно.
— Создавай, — кивнула она. — Только как быть с нашими детьми?
— Я их не брошу! — горячо заверил Игорь. — Буду приходить, брать к себе на выходные...
— А Вера не будет против? — спросила Елена. — Она ведь захочет своих детей. И вряд ли обрадуется, что ее муж тратит время на детей от первого брака.
— Она понимает, что я их люблю, — неуверенно сказал Игорь.
— Сейчас понимает, — кивнула Елена. — А когда у вас появятся свои дети?
Игорь задумался. Елена видела, что он впервые об этом подумал всерьез. Но отступать было поздно.
— Она же готова на серьезные отношения, значит, понимает все, — наконец сказал он.
— Хорошо, — согласилась Елена. — Тогда я хочу с ней познакомиться. Если мои дети будут проводить время в ее доме, я должна знать, что за человек их там встретит.
— Ты ее не тронешь? — с опаской спросил Игорь.
— Мы взрослые люди, — холодно ответила Елена. — И интересы детей важнее моих обид.
Встреча состоялась в торговом центре. Вера оказалась миловидной блондинкой лет двадцати восьми, одетой ярко и дорого. Говорила она мало, больше слушала и кивала. Елена сразу поняла, что имеет дело с очень расчетливой особой.
— Игорь рассказывал, какие у вас замечательные мальчики, — сладко улыбалась Вера. — Я очень жду знакомства с ними.
— Они активные, — предупредила Елена. — Максим увлекается футболом, Антон — компьютерными играми. Оба любят громкую музыку и не очень любят убираться.
— Ничего, мы найдем общий язык, — уверенно сказала Вера.
Елена про себя усмехнулась. Эта девица понятия не имела, что такое воспитывать детей. Она видела в них милых куколок, которые будут послушно сидеть в уголке и не мешать ее счастью.
После развода началась настоящая война. Сначала Игорь попытался поделить имущество. Но квартира была куплена на деньги, которые Елена получила от продажи дедушкиной дачи еще до брака. Машина была в кредите, который Игорь и продолжал выплачивать.
Потом он пошел в суд, требуя уменьшить алименты. Говорил, что треть зарплаты — это слишком много. Судья назначила фиксированную сумму, которая оказалась больше прежней.
Елена наблюдала за всем этим цирком и понимала, что за каждым Игориным требованием стоит Вера. Это она подсчитывала, сколько денег уходит на детей от первого брака. Это она науськивала Игоря отстаивать свои права.
— Она думает, что если детей заберет к себе, то деньги потекут в другую сторону, — объясняла Елена матери. — Логично. Только она не учла одного: детей нужно не только кормить, но и воспитывать. А с этим у нее проблемы.
— Откуда ты знаешь? — удивилась Тамара Ивановна.
— Я учительница, мама. Двадцать лет работаю с детьми. Вижу родителей насквозь.
Максим и Антон отправились к отцу в пятницу вечером. Елена проводила их спокойно, даже помогла собрать вещи.
— Мам, а что если нам там не понравится? — спросил младший.
— Тогда звоните, я заберу, — просто ответила она.
В воскресенье вечером телефон молчал. В понедельник тоже. Елена продолжала жить своей жизнью: работала, готовила, убиралась. Только теперь в доме было непривычно тихо.
Тамара Ивановна названивала каждый день:
— Как дела? Звонили мальчишки?
— Нет, не звонили, — отвечала Елена. — Значит, все в порядке.
— Какой порядок? — возмущалась мать. — Они же к чужой тете попали!
— Мама, успокойся. Игорь их отец. А Вера... — Елена задумалась. — Вера сейчас получает урок материнства в ускоренном режиме.
В среду утром позвонил Игорь. Голос у него был усталый и растерянный.
— Лена, можно тебя попросить? — начал он издалека.
— Слушаю, — коротко ответила она.
— Ты не могла бы... в общем, мальчишки немного разошлись. Вера не может с ними справиться. Может, ты поговоришь с ними?
— По телефону? — уточнила Елена.
— Ну да... объяснишь, что нужно слушаться...
— Игорь, — перебила его Елена. — Ты хотел, чтобы они с тобой жили. Вот и живут. Воспитывай.
— Но они же привыкли к твоему голосу, к твоим требованиям...
— А теперь пусть привыкают к другим, — твердо сказала Елена и положила трубку.
В четверг он позвонил еще раз. Теперь в голосе была откровенная паника.
— Лена, помоги! Вера говорит, что больше не может! Она орет на них, а они еще больше хулиганят!
— И что ты хочешь, чтобы я сделала? — спросила Елена.
— Забери их! — выпалил Игорь. — Хотя бы на время, пока мы с Верой не разберемся...
— Нет, — спокойно ответила Елена. — Вы добились своего. Теперь разбирайтесь сами.
В пятницу утром Игорь стоял у ее двери с двумя чемоданами и заплаканными детьми.
— Прости, — сказал он. — Это была ошибка. Вера... она оказалась не такой, как я думал.
— Она именно такая, как я думала, — холодно ответила Елена, впуская детей в дом.
— Можно поговорить? — попросил Игорь.
— О чем? — Елена обняла сыновей, которые прижались к ней, как к спасительной гавани.
— О нас. О семье. Может, попробуем еще раз?
Елена посмотрела на него долгим взглядом. Этот мужчина разрушил их жизнь, потащил детей в чужой дом, а теперь стоял с виноватым лицом и просил прощения.
— Нет, Игорь, — тихо сказала она. — Некоторые вещи нельзя исправить. Ты сделал свой выбор. Теперь живи с последствиями.
Она закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Максим и Антон смотрели на нее огромными глазами.
— Мам, а папа больше не придет? — спросил младший.
— Как отец — будет приходить, — ответила Елена. — А как муж... нет, не придет.
— И хорошо, — неожиданно сказал Максим. — Мы не хотим, чтобы он вернулся. Мы хотим жить только с тобой.
Елена обняла сыновей покрепче. Впервые за полгода она почувствовала, что все будет хорошо. Потому что самое главное — дети — остались с ней. А все остальное можно пережить.