— Сто восемьдесят тысяч в месяц?! — ахнула мать в трубку. — Аня, ты серьёзно? И ты молчала об этом?
Анна Сергеевна отодвинула телефон от уха. Мамин голос звучал так, словно она призналась в ограблении банка, а не получила повышение до тимлида в крупной IT-компании.
— Мам, это моя зарплата, — спокойно ответила она, любуясь видом из окна двадцатого этажа бизнес-центра. — Я год к этому шла.
— Но это же... это же столько денег! — Людмила Ивановна явно пыталась осмыслить услышанное. — А что ты вообще делаешь на этой работе?
— Руковожу командой разработчиков. Мы создаём мобильные приложения для банков.
— Приложения... — эхом повторила мать. — И за это платят как директору завода?
Анна усмехнулась. Директор местного завода получал раза в два меньше, но объяснять маме особенности IT-рынка сейчас не хотелось. Слишком хорошее было настроение после встречи с руководством.
— Мам, я правда занята. Созвонимся вечером, ладно?
— Конечно, конечно, работай, дорогая! — голос матери внезапно стал мёдовым. — Я так горжусь тобой! Моя умница!
Анна положила трубку и вернулась к монитору. Впереди были планы на новый проект, обучение стажёров, командировка в Европу. Наконец-то жизнь приобретала те очертания, о которых она мечтала с института.
Всего год назад она была обычным разработчиком, снимала комнату в коммуналке на окраине и считала каждую копейку. Теперь — собственная квартира в центре, машина, возможность путешествовать. И главное — уважение коллег, интересные задачи, перспективы роста.
«Наконец-то я докажу всем, что программирование — не мужская работа», — думала она, просматривая резюме кандидатов в свою команду.
Телефон снова зазвонил. Брат Дмитрий.
— Сестрёнка! — радостно заорал он в трубку. — Слышал новости! Ты теперь богачка!
— Димка, привет. Не богачка, просто получила повышение.
— Да ладно скромничать! Мам рассказала про твою зарплату. Слушай, а давай отметим? Ресторан какой-нибудь хороший...
Анна нахмурилась. В голосе брата звучали нотки, которые она хорошо знала. Такие же были у него в детстве, когда он выпрашивал деньги на мороженое.
— Аня, дорогая, — мамин голос в трубке звучал необычайно ласково. — Как дела на новой должности?
Прошла неделя с повышения, и Анна уже привыкла к ежедневным «заботливым» звонкам. Раньше мать вспоминала о дочери раз в месяц, а теперь интересовалась самочувствием с завидной регулярностью.
— Всё хорошо, мам. Работаю.
— А коллектив как? Начальство не обижает? — Людмила Ивановна делала паузы, словно обдумывая каждое слово. — Кстати, я тут думаю... У нас холодильник сломался. Совсем. Мастер говорит — проще новый купить.
Анна отложила ручку и посмотрела на экран с кодом. Началось.
— Сколько стоит новый?
— Да не дорого... Тысяч тридцать-сорок за приличный. Но у нас таких денег нет. Папина пенсия, моя зарплата... Ты же понимаешь.
— Понимаю. Переведу завтра.
— Ой, Анечка! — мать аж всхлипнула от радости. — Ты такая у меня добрая! Я знала, что ты поможешь!
На следующий день позвонил брат.
— Сестрёнка, выручай! — Дмитрий говорил скороговоркой, как всегда, когда просил денег. — Тут ситуация сложилась... машину в ремонт сдал, а денег на запчасти не хватает. Говорят, тысяч пятнадцать нужно.
— А на работе зарплату не дают?
— Ну... я же между работами сейчас. Ищу что-то стоящее, а не абы что хватать.
Анна вздохнула. Димка «искал что-то стоящее» уже полгода, изредка подрабатывая курьером или промоутером.
— Хорошо, переведу.
— Ты лучшая! Обязательно верну!
Через три дня снова мать:
— Аня, дорогая, не побеспокою? У нас тут ситуация... коммунальные услуги подорожали, а отопительный сезон скоро. Боюсь, не потянем...
Анна посчитала. За неделю семья «попросила» почти девяносто тысяч рублей. Больше половины её прежней зарплаты.
— Мам, а может, папе подработку найти? Или Димке нормальную работу?
— Да что ты говоришь! — возмутилась Людмила Ивановна. — Отцу уже пятьдесят восемь, кому он нужен? А Дмитрий ищет, ищет активно!
— Мам, понимаешь... я только повышение получила, ещё не освоилась...
— Ну конечно, конечно! — голос матери сразу стал холодным. — Мы же не просим невозможного. Просто... трудно нам без поддержки.
Анна положила трубку и уставилась в монитор. Цифры кода расплывались перед глазами. Она вспомнила, как год назад сама перебивалась с хлеба на воду, когда переходила на новую работу. Тогда семья как-то без её помощи обходилась.
— Анечка, — тётя Галя говорила проникновенным тоном, — я к тебе с деликатной просьбой. Знаю, неудобно, но деваться некуда...
Анна зажала телефон плечом, продолжая печатать код. Родственники словно сговорились — звонили по очереди, каждый день.
— Слушаю, тёть Галь.
— У Андрея сессия, а ему на дополнительные курсы денег не хватает. Двадцать тысяч всего. Я бы сама, но пенсия копеечная...
Андрей — двоюродный брат, которого Анна видела два раза в жизни. Учился непонятно где и на кого.
— А родители его?
— Да они сами еле сводят концы! — тётя Галя вздохнула. — Ты же теперь успешная, у тебя есть возможность племяннику помочь...
Анна молчала. Словно её зарплата превратилась в общественный фонд помощи родственникам.
— Тёть Галь, я подумаю.
— Конечно, конечно! Только быстрее, а то сроки поджимают...
Вечером позвонила мать:
— Аня, я тут с соседкой разговаривала... Она говорит, у её дочки зарплата меньше, а она родителям каждый месяц по пятьдесят тысяч даёт.
— Мам, при чём тут соседка?
— Да я просто так... для сравнения. Мы ведь скромные люди, много не просим. — Людмила Ивановна помолчала. — Кстати, отцу лекарства нужны. Дорогие. Врач сказал — обязательно эти, отечественные не помогают.
— Сколько стоят?
— Восемь тысяч упаковка. На месяц хватает.
Анна быстро считала в уме. Холодильник, машина Димки, коммунальные, курсы племянника, лекарства... За месяц семья «попросила» почти всю её зарплату.
— Мам, давай поговорим серьёзно...
— О чём, дорогая?
— О деньгах. Вы просите очень много. У меня самой расходы есть — ипотека, машина, налоги...
— Ой, Анечка! — мать фыркнула. — Какая ипотека? Ты же хорошо зарабатываешь! И потом... мы тебя растили, вкладывались в образование...
— Какое образование? Я сама институт оплачивала, подрабатывая репетиторством!
— Но мы же кормили, одевали! Крышу над головой давали! — голос матери становился обиженным. — А теперь ты считаешь каждую копейку...
— Я не считаю, просто...
— Просто ты стала жадной! — неожиданно резко сказала Людмила Ивановна. — Деньги тебя испортили! Раньше ты была добрая, отзывчивая...
— Мам!
— Что «мам»? Правду говорю! Получила большую зарплату и забыла про семью! А ведь если бы не мы, кем бы ты стала?
— Мам, я очень устала. Давайте завтра поговорим.
— Устала! — скривилась мать. — На деньги устала! А мы тут как?
— Аня отказывается помогать семье! — голос матери звучал из динамика телефона трагически. — Представляете? Получает бешеные деньги, а родителей забыла!
Анна стояла у окна офиса, слушая, как Людмила Ивановна жалуется бабушке по громкой связи. Мать явно забыла отключить спикерфон.
— Да что ты говоришь! — ахнула бабушка. — Аннушка такая всегда была хорошая...
— Была! А теперь смотри — жадность какая! Я её прошу отцу лекарства купить, а она торгуется!
Анна сбросила вызов. Через пять минут телефон снова зазвонил.
— Внученька! — дрожащий голос бабушки. — Как же так? Мама говорит, ты помогать не хочешь...
— Бабуль, я помогаю. Уже два месяца помогаю.
— Но ведь у тебя теперь столько денег! А мы тут бедствуем... У меня пенсия десять тысяч, у дедушки двенадцать...
Анна закрыла глаза. Началась координированная атака.
— Бабушка, я не отказываюсь помогать. Но каждую неделю просить по тридцать-сорок тысяч — это слишком.
— Тридцать тысяч? — искренне удивилась бабушка. — Да это же копейки для такой зарплаты!
К обеду позвонил дядя Витя:
— Аня, ты чего мать расстраиваешь? Она вся в слезах!
— Дядь Витя, я не расстраиваю. Просто объясняю, что у меня тоже расходы есть.
— Какие расходы? — фыркнул он. — Молодая, здоровая, зарабатываешь как министр! О чём вообще речь?
— О том, что моя зарплата — не семейный бюджет!
— Ишь ты! — дядя Витя говорил с плохо скрываемой завистью. — Программистка нашлась! Думаешь, умнее всех стала?
Вечером пришло сообщение от Димки: «Сестра, ты чего маму довела до слёз? Она говорит, ты стала злой и жадной. Это деньги на тебя так действуют?»
Анна набрала ответ: «Я помогаю постоянно. Но у меня есть свои планы на деньги.»
«Какие планы? На шмотки тратить? Или в ресторанах отъедаться?»
«На свою жизнь, Дима. Квартира, машина, образование — это мои инвестиции.»
«Инвестиции! Слышите, люди добрые! У неё инвестиции! А семья пусть голодает!»
Анна заблокировала Димку в чате. Через час зазвонил рабочий телефон.
— Анна Сергеевна? — незнакомый женский голос. — Это мама вашей коллеги Дмитрия...
— Простите, какого Дмитрия?
— Ну, который у вас работает... Курьером... Он сказал, вы его сестра...
Анна ахнула. Димка умудрился устроиться курьером в их компанию!
— Он попросил передать, что очень расстроен вашим поведением. Говорит, вы стали совсем другим человеком...
— Послушайте, это личные дела...
— Конечно, конечно! Просто мальчик такой расстроенный... Говорит, сестра богатой стала и семью забыла...
Анна положила трубку дрожащими руками. Они дошли до её работы. Теперь коллеги будут обсуждать её семейные проблемы.
Телефон снова зазвонил. Мать.
— Ну что, довольна? — злобно спросила Людмила Ивановна. — Довела родную мать до инфаркта!
— Мам, хватит! — Анна не выдержала. — Никого ты не доводила до инфаркта! И вообще, как вам не стыдно?
— Стыдно? — взвизгнула Людмила Ивановна. — Мне должно быть стыдно? За что?
— За то, что Димка устроился к нам курьером! За то, что вы всей семьёй меня обсуждаете! За то, что на работу звонят!
— А что нам остаётся? — голос матери стал жалобным. — Ты же нас не слышишь! Отгородилась своими деньгами!
Анна глубоко вдохнула. Разговор происходил в переговорной, куда она забежала между встречами.
— Мама, давай честно. За два месяца вы попросили у меня триста тысяч рублей. Это почти всю мою зарплату!
— Ну и что? У тебя же остаётся!
— А налоги? А ипотека? А расходы на жизнь?
— Какие расходы? — фыркнула мать. — Одна живёшь, ешь мало... На что тратить-то?
— На своё будущее! На образование, на путешествия, на...
— Путешествия! — перебила Людмила Ивановна. — Слышите? Она на путешествия копит, а родители пусть лекарства не покупают!
— Мам, при чём тут путешествия? Я имею право планировать свою жизнь!
— Какое право? Мы тебя вырастили, выучили...
— Выучили? — Анна почувствовала, как терпение окончательно лопается. — Выучили?! Да вы мне всю дорогу говорили, что программирование — не женское дело! Что я зря время трачу!
— Мы беспокоились о тебе...
— Беспокоились?! — Анна засмеялась горько. — Помню, как ты говорила: «Аня, брось эту ерунду, иди на бухгалтера учись». Помню, как Димка надо мной издевался: «Сестрёнка в программистки подалась, думает, умная очень».
— Это было давно...
— Было! А теперь, когда у меня получилось, вы все вдруг стали гордиться!
— Анечка, мы всегда тебя любили...
— Любили мою зарплату! — отрезала Анна. — Раньше звонили раз в месяц, а теперь каждый день! И всегда про деньги!
— Мы же не чужие люди! — Людмила Ивановна начала плакать. — Семья должна друг другу помогать!
— Семья, да. А вы что мне помогли? Когда я кредит на образование брала, где вы были? Когда первую зарплату программистки получила — копейки жалкие — кто радовался?
— Мы не знали...
— Не знали, потому что не интересовались! А теперь узнали про хорошую зарплату — и сразу все проблемы ко мне!
— Анна! — мать перешла на строгий тон. — Ты забываешь, кому обязана всем!
— Я обязана только себе! Своему труду, своему упорству! И знаешь что, мам? Хватит. Больше денег не будет.
— Что?!
— Не-бу-дет. Зарабатывайте сами. Димке пора найти нормальную работу, а не курьером ко мне подлизываться.
— Ты... Ты нас отрекаешься?!
— Я отрекаюсь от ваших бесконечных просьб. От манипуляций. От чувства вины, которое вы на меня навешиваете.
— Анна Сергеевна! — мать заговорила ледяным тоном. — Подумай о том, что говоришь. Семья — это святое.
— Святое — это когда любят просто так. А не потому, что есть что взять.
— Хорошо, — холодно произнесла Людмила Ивановна после долгой паузы. — Значит, так. Тогда и мы больше знать тебя не хотим.
— Мам...
— Не мам! Для тебя теперь деньги важнее семьи — живи как хочешь. Только не жди, что мы будем униженно просить.
Линия оборвалась. Анна смотрела на экран телефона, чувствуя странную пустоту внутри. Этого разговора она боялась и ждала одновременно.
Через час пришло сообщение от Димки: «Поздравляю. Ты добилась своего — семьи у тебя больше нет. Надеюсь, твои программы тебя согреют.»
Затем от тёти Гали: «Анечка, ну как можно так с родными? Мама вся в слезах...»
От дяди Вити: «Молодец, племянничка. Родителей довела до ручки. Гордись собой.»
Анна выключила личный телефон и вернулась к работе. Код не получался — строчки расплывались перед глазами. Она встала, подошла к окну. Город внизу жил своей жизнью, а у неё внутри было ощущение конца света.
«Может, я правда стала жадной?» — мелькнула мысль. «Может, нужно было потерпеть, помогать понемногу?»
Но тут же вспомнились цифры. Триста тысяч за два месяца. И это только начало. Дальше просьбы стали бы больше, а требования наглее.
— Анна Сергеевна? — в переговорную заглянула Елена, старший разработчик. — Можно на пару слов?
— Конечно.
Елена закрыла дверь и села напротив.
— Простите за любопытство, но у нас в курилке обсуждают... Говорят, ваш брат устроился курьером и всем рассказывает про семейные проблемы.
Анна покраснела:
— Извините, я не думала, что это коснётся коллектива...
— Да всё нормально! — махнула рукой Елена. — Просто... хотела сказать — я через похожее проходила. Когда карьера пошла в гору, вся родня вдруг вспомнила о моём существовании.
— И как вы поступили?
— Поставила жёсткие границы. Помогаю только в реальных критических ситуациях и только определённую сумму в год. Всё остальное — их проблемы.
— А не жалеете?
— Первое время было тяжело. Обвиняли в жадности, в забвении семьи. Но знаете что? Через год они успокоились. Нашли другие источники дохода. А отношения стали честнее.
Анна кивнула. Елена поднялась:
— И ещё. Не вините себя. Ваши деньги — ваше право распоряжаться ими. Никто не обязан содержать взрослых здоровых родственников.
Вечером Анна села за компьютер и открыла банковское приложение. Настроила автоплатёж родителям — десять тысяч в месяц. Не на просьбы, а просто как помощь. Остальное — её личное дело.
Ответы посыпались мгновенно. Димка: «Какая щедрость!» Мать: «Подачка нищим.» Дядя Витя: «Совесть совсем потеряла.»
Анна отключила уведомления и закрыла ноутбук. Завтра начинался новый проект. Интересный, сложный, перспективный. Её проект, её команда, её решения.
И её жизнь, наконец.