Рубрика "заметки и жизни автора"
На Кипре мы старались не размазываться по пляжам, превращаясь в тающих медуз, и к морю относились, скорее, как Константин Меладзе к «Виагре»: куда ты от меня денешься.
Каждый день мы прыгали в нашу арендованную малолитражку-милашку, и так выкручивали кондиционер, чтобы арктический воздух смешивался с нашим ДНК, а затем мчали лицезреть красоту. Чаще ездили куда-нибудь в горную местность.
Самое сложное в летних путешествиях по Кипру — это то, что днем стоит пекло, как на Венере, а темнеет рано. Выбор невелик: либо льешь на себя литры крема SPF и бегаешь от тени к тени, либо возвращаешься домой в сумерках. Так как дорога в основном серпантин, руль — правый, а полоса для движения на английский манер — выбирали первый вариант.
Посмотрев живописную Лефкару, где сам да Винчи покупал кружева, мы двинули в сторону горных деревушек близ города Никосии, где собирались посетить винный заводик в деревушке Омодос и не такую известную деревню Фини. Начали с последней.
По приезде в Фини мы обнаружили абсолютно безлюдное поселение. Милая небольшая деревушка словно вросла в холмы и стала частью природного ансамбля: невысокие выбеленные домики с красной черепицей, скромный монастырь с каменной колокольней, никакого сайдинга, профнастила, вентфасадов. На ветках краснеет гранат, в руки так и просится кисло-сладкая алыча. Солнце такое жаркое, что кажется, будто оно совершило невозможное и выжгло даже все звуки — так тихо было в деревне.
Мы немного прогулялись, пофоткались и решили, что пора искать нашу парковку. Вышли на пустую проезжую часть и двинули в сторону главного отеля.
И тут голос:
— Hello!
Поворачиваем головы. У одного из домиков на холме стоит какой-то пожилой загорелый дядька в шортах и машет нам:
— Coffee, beer? — задает он нам вопрос.
Я привык, что в Айя-Напе местные рестораторы постоянно зазывают в свои таверны, но тут ни вывески, ни меню на улице. Дядька повторяет вопрос и продолжает махать.
— Может, пойдем отсюда? — дергает меня встревоженная Настя.
— How much? — спрашиваю я у киприота.
— Nothing. It’s Cyprus!
Подходим к его домику. У входа под зонтиком — столик, два пластиковых стула. Очевидно, что жилье частное.
«Маньяк», — подумали мы с женой, глядя на улыбающегося аборигена.
— Coffee, beer? — повторяет он вопрос и, приоткрыв дверь, предлагает войти к нему домой.
Мы стоим на месте и переглядываемся. Буквально месяц назад мы смотрели «Еретика» с Хью Грантом, и там примерно так же всё начиналось.
— Саш, попроси его угостить нас кофе на улице, — предлагает жена, и я, на своем английском, выученном по Duolingo, видеоиграм и нерусифицированному Photoshop, пытаюсь это сказать. Но дядька ничего и слышать не желает. Прикидывается, что не понимает, нарочно переходит на греческий и тянет нас к себе.
«Точно маньяк», — решили мы и попытались уйти, но он нас таки затолкал внутрь.
Внутри было прохладно: на окнах — ставни; две неубранные кровати, на столе — легкий беспорядок, какие-то таблетки и научный журнал по истории.
«Маньяк-маньячный!»
— Where is your wife? — спрашиваю я по сценарию.
— Nicosia, with her mother.
«Ну разумеется, кто бы сомневался…»
Судя по английскому хозяина, он изучал его в приложении LinguaLeo, по рекламе пива и в негрекофицированном Word. Дядька усадил нас на диван, включил кондей и с хладнокровием серийного убийцы в третий раз повторил свой вопрос.
— Coffee, please, — киваю я.
— Maybe beer?
— Thanks, I’m a driver.
Изобразив наигранную грусть, маньяк пошел к плите готовить для нас кофе.
Жена то и дело дергала меня и просила бежать, но дядька следил за нами краем глаза и, видя, что мы нервничаем, специально заводил беседу. Его интересовало, кто мы, откуда и какое пиво любим.
Нас же интересовало, кто он, где все люди в деревне и почему он дома один.
Он представился Харрисом (практически Хью Грант) и поведал нам, что в полдень все отсиживаются дома, пока солнце не сбавит пыл. Потом рассказал, что он профессор истории в местном вузе (я не разобрал, в каком именно), а еще у него две взрослые дочери: одна живет в Лимассоле с мужем и тремя котами, другая — в Пафосе с мужем и двумя собаками.
Кофе оказался крепким (как любит жена), а «маньяк» — добродушным хозяином. Он показал нам фото семьи, провел мини-экскурсию по дому и посоветовал, куда еще съездить.
Вы должны понимать, что мы с Настей не привыкли к тому, чтобы нас звали (тащили) в гости совершенно незнакомые и говорящие на чужом языке в деревне-призраке люди. Но нам повезло. Кипр оказался скуп на маньяков и щедр на добрых и отзывчивых самаритян. По совету Харриса мы доехали до Пано Платрес, полюбовались видами, съели одну на двоих порцию баранины и покатили в Омодос за вином. Вот так прошел один из наших деньков на Кипре.
На фото Хью Грант кипрского разлива.
Александр Райн
