— Ты хорошо знаешь местность, — как бы между прочим замечаю я.
— Да, — не спорит, — Иногда бывал здесь.
Напрягаюсь. Получается, он каждую девушку пытается очаровать конной прогулкой? Значит, я не первая? Хотя, чего я удивляюсь? Это же Покровский.
— Анфиса очень любит лошадей. Когда погибли наши родители, единственное, что могло заставить её улыбаться – это верховая езда, — добавляет. У меня будто камень с души свалился.
Мы ездим по окрестностям, Марат показывает мне природу. А между тем, скользь пытается меня коснуться. То приобнимет, то шепнёт что—то на ухо. Мне с одной стороны неловко, а с другой, безумно приятно. Я не вижу никакой разницы в его отношении. Несмотря на то, что выгляжу уже не как его бывшая.
Наверное, это поворотный момент. Мне хотелось убедиться и это происходит.
— А вот и ещё один сюрприз, — произносит Марат, когда мы выезжает на поляну. Я сразу вижу плед, а на нём фрукты, ещё какую—то еду.
— Не согласишься ли ты от ужинать со мной?
— Но как? – оборачиваюсь, — Когда?
— Мои ребята всё организовали. Ужин на двоих. Что скажешь?
— Скажу, что это чудесная идея, — не скрываю восторга. Марат слезает с лошади, и помогает мне. В какой—то момент, я теряю равновесие. Жду падения, но оказываюсь в крепких мужских руках. Открываю глаза и вижу Марата.
— Я не дам тебе упасть, — просто произносит он. И я понимаю, что верю ему. Мужчине плевать на то, как я выгляжу. Он смотрит на меня так же как и раньше. Неужели я и правда могу ему верить?
Расположившись, Покровский открывает бутылку вина.
— Мне чуть—чуть, — сразу говорю. Не хочу много пить. Не люблю. И не вижу смысла.
Мы разговариваем несколько часов. Марат расспрашивает меня о моих увлечениях. А мне стыдно. Ведь я даже не могу ничего толком сказать. Вся моя жизнь состояла из подработок, и жизни с Юрой. Я рассказываю о том, что хотел заняться рисованием, пением, но не получалось. Говорила, что хотела пойти учиться на педагога начальных классов. Но не срослось. Раскрываю перед ним душу, а Марат внимательно слушает, кивая. Не осуждает, и это радует.
Едем домой мы уже когда темнее. Перед отъездом, Лиза суёт Марату свой номер. На случай, если что—то понадобиться. Едва мы отъезжаем, мужчина приоткрывает окно, и выкидывает бумажку. Прислонившись к нему, чувствую себя безумно счастливой. Засыпаю, так и уткнувшись ему в плечо.
Просыпаюсь от того, что меня несут на руках. Мы уже дома. И вот тут я спохватываюсь. Мне нельзя спать с Маратом. Парик не желательно надевать на ночь. А снимать я его пока не хочу.
— Подожди, — упираюсь в грудь, — Поставь меня.
— Алина, я отнесу тебя в постель и…
— Нет! – всё—таки вырываюсь. Меня немного пошатывает. День был шикарный. Я действительно отвлеклась, и просто наслаждалась. Но возвращение в реальность неизбежно.
— Марат, я хочу спать отдельно. И чтобы ты не заходил ко мне, — произношу на одном дыхании.
— Не понял, — слышу угрожающие нотки в голосе. Мужчина сверлит меня взглядом.
— Послушай, мы вроде как договорились, что начнём всё сначала. К более близким отношениям я пока не готова и…
— Я не заставляю тебя спать со мной, — недовольно перебивает.
— Знаю, — киваю, — Но мне нужно пространство.
На самом деле, мне просто нужно на какое—то время сохранить тайну своего перевоплощения. Если Марат будет рядом – это не возможно.
— Алина, мы так не договаривались. Мы женаты и можем спокойно спать в одной постели. Лишнего себе я не позволю, он думает, что проблема только в этом. На самом деле близость меня тоже беспокоит. Не то, чтобы я не хотела. Как раз наоборот. И это пугает. Я хочу, но пока не готова.
— Да. Но мне было бы спокойнее, если бы мы шли по порядку. Общались, встречались, а потом уже…, — невольно краснею. Марат изучает меня, а затем улыбается.
— Как скажешь, — совершенно спокойно заявляет он. С удивлением вскидываю на него глаза.
— Я не шучу. Если ты собираешься пробираться в мою комнату, то…
— Нет, — перебивает, — Не собираюсь. Пойдем, я тебя провожу.
Берёт меня за руку и как ни в чём не бывало ведёт к комнате, которой я раньше жила.
— Ну что ж, спокойно ночи? – вопросительно смотрит на меня.
— Угу.
Дергаю ручку двери, но внезапно оказываюсь в крепких мужских объятиях. Покровский обнимает, и дарит очень нежный поцелую. Не задумываясь, отвечаю. Его руки дарят мне спокойствие. Хочется не покидать их. Он усиливает напор и я понимаю, что хватит.
— Марат, — упираюсь ладонями, — Спокойной ночи.
— Да. – отвечает, тяжело дыша. В какой—то момент боюсь, что Покровский не сдержится. Но я спокойно захожу в комнату. Прижавшись в двери, слышу недовольное бормотание, а затем удаляющиеся шаги. Фух. Пронесло.
***
Алина…
Несколько дней я наблюдала за Маратом. Пыталась уловить хоть какое—то изменение в отношении ко мне. Но этого не было. Напротив. Мужчина постоянно был рядом. Мы много разговаривали, гуляли, ездили в город. Если сначала Покровский был в шоке от моих изменений, то спустя пару дней это полностью сошло на нет. Он был милым, галантным, хотя и случались всплески ярости. Но она была направлена не на меня. Например, когда мы пошли вечером в ресторан, Марат отлучился ответить на важный звонок, ко мне подсел мужчина, пытаясь познакомиться. Его привлекли мои яркие волосы. Он восхищался моей смелостью, покраситься в такой яркий цвет.
Когда вернулся Марат, я видела злость в его глазах и на секунду испугалась. Доходчиво объяснив незнакомцу, что ему здесь не место, вызвал своего охранника, который избавил нас от нежелательного общества. В следующую секунду, очень мягко, Покровский обратился ко мне, всё ли в порядке.
Честно признаюсь, такое поведение очень подкупало. Конечно, сначала Марат был зол, и задавал странные вопросы. Например, не улыбалась ли я тому мужчине. Может, дала какой—нибудь намёк, чтобы он подошел. Заверила, что ничего такого не было. Но естественно обиделась.
Марат поверил мне. Извинялся, за свои подозрения, а я искала ему оправдание. И нашла. То, как поступила с ним бывшая жена, оставило след в душе мужчины. Естественно, он пытался себя контролировать, но это нормально, если не получается. Я не судила его строго. Прониклась симпатией. Кажется, даже больше…
Господи, я так боялась думать о своих чувствах. Ведь это ненормально. Марат можно сказать похитил меня, принудил к браку, использовал.
Именно это я пыталась внушить себе. Но это была искажённая правда. Всё имело свою причину. А вот нынешние поступки, говорили о том, что ему действительно нужна была я. Не образ бывшей, а я. Однако вся эта новая реальность сводила меня с ума. Я безумно боялась своих чувств.
Марат отлучился на пару часов. Сказал, что ему нужно по делам, а я гуляла во дворе с Джеком. Ему установили протезы, и малыш пытался к ним привыкнуть. Глядя на то, как этот покалеченный щенок радуется жизни, ловила себя на мысли, что Марат нам обоим дал шанс на новую жизнь. Нет, я не идеализировала мужчину, но начала видеть в нём хорошее.
— Эй, дерзкая девчонка, — слышу насмешливый голос рядом и вздрагиваю, — В каких облаках витаешь?
Поворачиваюсь, и вижу подошедшую Анфису. Она широко улыбается, присаживается рядом, и зовёт Джека. Малыш неуклюже спешит к нам.
— Я тебя звала. Ты не слышала?
— Прости. Наверное задумалась, — отвечаю полуулыбкой.
— О чём? – интересуется девушка, а я краснею, и это не остаётся незамеченным, — Понятно, — кивает, — Значит о ком.
— Я думала о какой—то ерунде, — пытаюсь как—то оправдаться. Не хочу, чтобы Анфиса знала, что все мои мысли занимает её брат.
— Не парься, — будто знает, о чём я думаю, — Я не скажу ему. Но я рада, что ты начала иначе относиться к Марату. Это говорит о том, что он позволил тебе это. Открылся.
— Почему он такой…Сложный? – не знаю, как правильно подобрать слово. Странный. Ненормальный. Временами одержимый. Жесткий. Ведь с другой стороны это совсем другой человек.— Не знаю точно, — пожимает плечами, — Скорее всего, иначе было никак. Он ведь практически вырастил меня. Когда родители были живы, они много работали. Няни присутствовали, но всегда рядом был Марат. И после смерти мамы и папы…, — сглатывает. Я понимаю, что эта незажившая рана. И не хочу тревожить её.
— Всё хорошо, — ободряюще сжимаю её руку, — Не продолжай.
— Я лишь хочу, чтобы ты знала. Если ты будешь искренней с Маратом, то будешь счастлива. Даже если не сможешь его полюбить. Не сейчас, со временем. Проснёшься однажды и поймешь, что нет, никак не выйдет, — лучше не молчи, а скажи прямо.
— Ну да, и тогда он закопает меня во дворе за домом, — смеюсь, глупой шутке, но Анфиса остаётся серьёзной.
— Марат тебя никогда не обидит. Думаешь, я ничего не замечаю?
— Ты о чём? – хмурюсь.
— Да он из кожи вон лезет, чтобы тебе угодить. Вон даже с этим розовым бешенством смирился, — кивает на мою голову. На автомате трогаю парик. Я так его и не сняла. Но не собиралась с этим затягивать. Сначала, я хотела попробовать сходить на этот важный вечер, в таком виде. Убедиться, что ли. Что Марат действительно не будет смущаться. Но решила, что это слишком. Не хочу выставлять и себя, и его посмешищем. Именно поэтому я предложила съездить в ресторан на днях, а ещё погулять. В большинстве случаев, инициатива исходила от меня. Чтобы посмотреть, будет ли Марату неловко. И ни разу я такого не увидела. Но Анфиса посеяла во мне сомнение.
— Думаешь, он притворяется? – закусываю губу. Нет, только бы не новое разочарование.
— Дурочка, — качает головой, — Думаю, что он любит тебя и готов закрыть глаза на твои заскоки. Хотя я всё ещё хочу тебя придушить за этот идиотизм.
О да… Утром, когда Анфиса увидела меня…Какой крик стоял в доме. Она ругалась на меня, что я это сделала, на Марата, что он позволил. В общем, устроила настоящий скандал.
— Вообще не понимаю, к чему такие радикальные перемены? – ну вот, опять началось, — Ты же должна понимать, что такая яркая краска сожжёт нафиг твои волосы. Это сейчас они выглядят нормально, но потом…, — дальше я уже не слушала.
Именно по этой причине Анфиса была недовольна. Считала, что я наношу огромный вред своим волосам, а ещё говорила, что это поведение подростка—бунтаря. Что ж, отчасти я с ней была согласна. Но девушка не знала, что это просто маскарад. Думаю, она будет в шоке. И не только она.
Единственное, что печалило меня, я так и не нашла времени съездить к Кате. Увлёкшись этими проверками, я не то, чтобы забыла про девушку, просто отложила. И сегодня, как раз хотела поговорить с Покровским, по поводу этой поездки. Он обещал, что скоро я смогу её навестить. Думаю, тянуть не стоит. Если я раскрою ему свою маленькую хитрость сегодня вечером, то уже завтра, могу в нормальном виде ехать к Кате. Девушка больше мне не писала. И я беспокоилась.
И я беспокоилась. Но надеялась, что в ближайшее время всё проясниться. Тем более, если бы что—то случилось с Катей, Марат бы мне сказал.
А ещё мне было безумно стыдно и я просто не представляла, как посмотреть ей в глаза и объяснить все те перемены, что произошли за последнее время. Поэтому боялась ехать. Но нельзя оттягивать этот разговор вечно.
* * *
Настойчивый стук в дверь отвлёк меня.
— Входи, — крикнула, и в комнате тут же появился Покровский.
— Мне не нравится, что ты находишь в этой комнате, — обиженно сопит мужчина, и я еле сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться. До того комично он выглядит. Подходит ко мне сзади, наклоняется. Целует в шею, от чего я вздрагиваю.
— Марат ну не начинай.
— Алин, чёрт побери, ты моя жена и я имею полное право начинать. Я же обещал тебе, что приставать не буду, — присаживается передо мной, — К чему этот бунт?
Да. Марат и правда затронул эту тему на следующее утро, после моей первой ночёвки здесь. Он думал, что я просто боюсь близости.
— Нет никакого бунта, — мягко улыбаюсь, — Хорошо, сегодня же вернусь в общую спальню. Устроит?
Муж застыл, явно не ожидая такого.
— Ты серьёзно? – прищуривается.
— Абсолютно. Нам скоро выезжать? — перевожу тему. В принципе я уже надела платье, собралась, но ещё хотелось бы привести волосы в порядок. Сегодня я собиралась признаться Марату в своей маленькой шалости. Можно конечно подождать, пока мы вернемся домой с мероприятия, но я не вижу в этом смысла. В принципе, мне и так уже всё ясно. Стараюсь вернуться к зеркалу, но мне не позволяют.
— Вот, — достаёт из кармана пиджака бархатную, продолговатую коробочку, — Это тебе.
— Марат, ну зачем? – мне неловко, ведь я прекрасно понимаю, что там украшение. И вряд ли дешёвое. К этому я ещё не привыкла. Покровский буквально задаривает меня. Цветы, одежда, украшения. Понимаю, что он может себе это позволить, но…
— Я так захотел. Открывай, — озорной взгляд вызывает интерес. Делаю то, о чём он просит и замираю.
Внутри браслет. Но не какой—нибудь вычурный, кричащий о своей дороговизне, а очень аккуратный и изящный. Тонкая золотая нить, со знаком бесконечности, наши имена, выбитые по нему, а так же дата. Сегодняшняя.
— Я не понимаю…, — растерянно поднимаю глаза.
— Тебе не нравится?
— Нравится! – слишком быстро отвечаю, чтобы Марат не надумал лишнего, — Но что всё это значит?
— Хочу, чтобы сегодняшний день мы праздновали, как нашу годовщину, — у меня перехватывает дыхание.
— Почему именно сегодня?
— Не знаю, — хмурюсь, — Правда не знаю. Когда делали гравировку и спросили дату, назвал первое, что пришло в голову, — смотрю, раскрыт рот от удивления. Марат смеётся.
— Извини, ты наверное ждала чего—то более романтичного, но как есть, — пожимает плечами, — Так что скажешь?
— Я согласна, — еле слышно бормочу. Ведь у меня—то в голове уже полностью сложилась более романтичная версия. Сегодня Марат ещё раз доказывает, что ему нужна я, а не призрак бывшей жены. Он ведь не знает, что перед тем, как спуститься, я сниму парик. И всё равно настроен на это мероприятие. Для меня это показатель. И очень важный.
А ещё, мне кажется, что своим «я согласна», я действительно начинаю новую страницу нашей с ним истории. Когда эти слова были сказаны на свадьбе – это было от безысходности, но сейчас…Господи, да это в тысячу раз важнее звучит, чем тогда. И в сердце что—то ёкает.
— Спасибо, — улыбаюсь, а в глазах появляются слёзы. Расчувствовалась. Марат сразу замечает это.
— Эй, маленькая, ты чего? – обеспокоенно смотрит на меня. Вместо ответа, обнимаю его за шею руками и целую. Сама.
Секундный ступор с его стороны, но вот он проходит, и мужчина отвечает. Горячо. Страстно. С любовью. По крайне мере, мне хочется так думать. Его руки касаются моей обнажённой спины. Кожа пылает от его прикосновений.
Мне не хватает воздуха. Начинаю задыхаться. Но скорее, это от нахлынувших эмоций.
— Маленькая, — хрипло шепчет, отстраняясь, покрывая лёгкими поцелуями моё лицо, — Алинка моя.
Так, нужно срочно тормозить, а иначе… Даже боюсь представить, чем это может закончиться.
— Марат, время, — пытаюсь пошутить огонь, который сама же распалила.
— Что?
— Нам ехать нужно, — повторяю. Смотрит, несколько раз моргая.
— Ах да, — резко встаёт, видимо тоже понимая, что не стоит торопиться, — Сколько времени тебе нужно?
— Минут двадцать. А лучше тридцать, — спешно поправляюсь. Покровский прячет улыбку.
— Спускайся, как будешь готова, — с этими словами он выходит. Фух. Что—то я разошлась. Сердце колотится, как сумасшедшее. Рассматриваю подарок. Всё—таки Покровский может быть милым.
Сняв парик, чувствую свободу. Наконец—то! Честно говоря, за несколько дней я поняла, что это совершенно не мой цвет. И рада была наконец избавиться от него.
С волосами решаю не мучиться, а просто завязываю их в высокий хвост. Пытаюсь застегнуть браслет, но руки дрожат. Ай, ладно, Марат поможет.
Подхватив клатч, спускаюсь вниз. Муж уже ждёт меня. Я предвкушаю, как он удивится.
Продолжение следует…
Контент взят из интернета
Автор книги Королёва Инна