Часть 2
Продолжение обзора книги Альфреда Маккоя «Политика героина в Юго-Восточной Азии» (1972)
15 марта 1990 года генеральный прокурор США Ричард Торнбург созвал пресс-конференцию, чтобы объявить о новой инициативе в «войне с наркотиками». Выступая в здании Министерства юстиции в Вашингтоне, он сообщил, что прокуратура Бруклина предъявила засекреченное обвинение «принцу смерти» — малоизвестному опиумному барону Кхун Са, скрывавшемуся в джунглях северной Бирмы.
Обвинение утверждало, что за 18 месяцев Кхун Са ввез в Нью-Йорк 1600 кг героина, включая партию в 1100 кг, перехваченную в Бангкоке в 1988 году — крупнейший в истории единовременный захват героина. Глава Управления по борьбе с наркотиками (DEA) Джон Лоун назвал Кхун Са «самопровозглашённым королём опиума», а федеральные прокуроры — «самым влиятельным наркоторговцем Золотого треугольника».
Эти обвинения, выдвинутые через несколько месяцев после объявления президентом Бушем-старшим «войны с наркотиками», казалось, открывали новый фронт в глобальной кампании. В декабре 1989 года 24 тысячи американских солдат вторглись в Панаму, чтобы арестовать «наркобарона» генерала Мануэля Норьегу. Но когда Торнбург заявил, что США будут добиваться экстрадиции Кхун Са через сотрудничество с коррумпированным бирманским режимом, это прозвучало почти издевательски.
Разрыв между риторикой и реальными действиями обнажил истинную природу «войны с наркотиками». Захват Норьеги оказался лишь точечным ударом, не повлиявшим на поток кокаина из Колумбии. А героин — это не армия с генералами, а глобальный товар, управляемый рыночными законами спроса и предложения.
Социальная история героина
Большинство культур использовали психоактивные вещества — от алкоголя в Европе до листьев коки в Андах. Но лишь опиум и кока, легализованные, а затем запрещённые, стали источниками сверхприбылей и инструментами власти.
Опиумный мак (*Papaver somniferum*) культивировали в Азии тысячелетиями. К VIII веку н. э. сформировалась «опиумная зона» протяжённостью 8000 км — от Турции до Китая. В 1996 году 96% мирового опиума производилось в «Золотом треугольнике» (Бирма, Таиланд, Лаос) и «Золотом полумесяце» (Афганистан, Пакистан, Иран).
Европейцы коммерциализировали опиум. В 1773 году Британская Ост-Индская компания установила монополию на бенгальский опиум, обменивая его на китайский чай. К 1850 году экспорт вырос до 3200 тонн. После Опиумных войн Китай легализовал торговлю, и к 1900 году 13,5 миллионов китайцев потребляли 38 000 тонн опиума ежегодно.
Эпоха запретов
В XX веке глобальное движение за запрет наркотиков привело к парадоксальным результатам. Запрет создал сверхприбыльный чёрный рынок. К 1990-м годам мировой оборот наркоторговли достиг $400 млрд — больше, чем торговля сталью или автомобилями.
Особую роль сыграла Холодная война. ЦРУ, борясь с коммунизмом, заключало союзы с наркоторговцами — от корсиканских мафиози в Марселе до афганских моджахедов. Эти альянсы непреднамеренно стимулировали производство героина.
Ирония «войны с наркотиками»
Попытки уничтожить наркопроизводство давали обратный эффект. Когда в 1970-х США заставили Турцию уничтожить опиумные поля, производство переместилось в Мексику. Операция в Колумбии в 2000-х привела к росту плантаций коки на 25%.
Как отмечает Альфред Маккой в книге «Политика героина в Юго-Восточной Азии», проблема не в отдельных наркобаронах, а в самой системе запрета, создающей экономические стимулы для наркоторговли.
Часть 4
По мотивам книги Альфреда Маккоя «Политика героина в Юго-Восточной Азии» (1972). Подробнее:
Продолжение обзора читайте в следующей статье.