Но на этом проблемы не закончились. Буквально через несколько дней Ника обнаружила очередной изъян в плане друга.
- Как ты собираешься жить все это время? – спросила девушка, когда они с друзьями думали, что делать с путешествием. Отговорить Олли они уже не пытались, но активно искали все то, о чем юноша не подумал.
Олли, казалось, не понял вопроса подруги. Чуть нахмурившись, он переспросил:
- Что ты имеешь в виду под «жить»? Как всегда! Что тебя смущает?
- Меня интересует, как ты планируешь существовать в дороге. Ты же городской житель, привыкший ко всему хорошему и комфортному. Только представь, каково это: спать на голой земле, без мягкой кроватки, а из еды иметь только то, что мы умудримся отыскать в пустыне. Да вспомни наше приключение в лесу! Вот примерно так ты и будешь жить, пока мы не вернемся домой. Дождь, палящее солнце, песчаные ветры… Все капризы природы – и все они против тебя ополчились. Ты так уверен в своих силах, что готов ко всему этому? Я лично по себе чувствую, что я долго так не выдержу. Настроение будет портиться, и кому я буду выговаривать все скопившееся раздражение? Правильно, тому, кто меня во все это втянул! Так что можешь готовиться еще и к этому.
- Ника права. – поддержал подругу Лу. – Ты совершенно не подумал про практическое воплощение плана, так?
- Почему? Нет, подумал. Мы все нужное сложим в рюкзаки, взвалим на плечи – и вперед! Поначалу мы на корабле будем плыть, там все в каютах будет, а потом взвалим всю ношу на осликов, или на верблюдов, пусть животные тащат за нас. А спать будем в спальных мешках.
- Да мы с собой столько наберем, что ни одно животное утащить не сможет! – воскликнула Ника, представив себе такую картину. Олли, однако, был настроен оптимистично.
- Будем держать наши желания в узде, возьмем только самое необходимое.
- Самое необходимое в пустыне – это вода. Чтобы ее было достаточно, надо тащить с собой как минимум громадную бочку. Ну или знать, где расположены источники, оазисы там всякие. Такой информацией владеют только местные жители да кочевники, но даже ты не сможешь их разговорить. Рассказывать постороннему, где находится источник воды, для всех, кто живет за пределами Эхорана, считается верхом глупости. А тащить с собой цистерну тоже не вариант, мы так далеко не уйдем. Как ты планировал решить этот вопрос?
Олли задумался. А серьезно, как? Друзья были правы, юноша даже и не думал в этом направлении, для него самым главным было попасть в Сиорн, о житейской стороне вопроса он как-то забыл. Думал Олли очень долго, он никак не мог решить эту задачку. В тот день ребята покинули Дождливый тупик со смутной надеждой, что такие трудности смогут остановить их не в меру активного друга.
Оливер действительно слегка угомонился, на время вернувшись в привычное русло жизни, но при этом не переставая лихорадочно соображать. Теперь Олли как с цепи сорвался, он работал с утроенной энергией, практически не появляясь в Остром переулке. Парень решил, что того материала, что хранился сейчас в редакции, может не хватить на время их отсутствия, и теперь едва ли не летал по Краллику, стараясь посетить как можно больше всевозможных мест. Иногда к нему присоединялась Ника, и тогда они шли записывать статьи-диалоги с кем-нибудь из горожан. С интервью до сих пор были большие проблемы. Олли никак не мог пересилить себя и задавать вопросы в более корректной форме, и запись его беседы больше походила на протокол инквизитора. Ника же умудрялась смягчать напор друга, по крайней мере в конспекте диалога, и в итоге к статье было трудно придраться. Парень, конечно, ворчал, что после обработки материала подругой получается совсем другая статья, что он сам не узнает собственных слов в ней, но Лу с легкостью принимал записи Ники, в то время как Олли все еще бодался с тем, что написал еще в ноябре. Так что теперь если Оливер и находил кого-то, с кем можно поговорить, то непременно работал в паре с подругой. Материала для будущей печати было много, а к марту, благодаря стараниям юноши, должно было стать еще больше, так что оставалось лишь вписывать оперативную информацию.
***
Прошел январь, февраль перевалил за середину, а Олли практически перестал говорить с приятелями про Сиорн. Он прикладывал всю свою фантазию, чтобы придумать, как бы сделать жизнь в пути покомфортнее, но ни одна мысль не лезла в голову. Все сводилось к тому, что лучше всего будет остаться в Краллике. Видя, что парень сам не начинает беседу, Ника и Лу постепенно начали надеяться, что их опрометчивые обещания все-таки не придется исполнять. Но однажды вечером, когда до открытия судоходного сезона оставалось чуть меньше месяца, Олли обратился к Нике со странным вопросом:
- Скажи пожалуйста, а как коридор между Соборной площадью и Дождливым тупиком? Почему в нем так много комнат, и как они появляются? Например, откуда взялась мастерская? Раньше ее точно не было!
Дело было в библиотеке, и из всей компании в ней сидели только двое. Девушка не ожидала такого вопроса, и посмотрела на парня, расширив от удивления глаза. Немного подумав, она неуверенно проговорила:
- Если честно, я и сама почти ничего не знаю про это пространство. Мы же вместе с тобой решили, что это подарок богов Алема за мое примерное поведение.
Олли нетерпеливо махнул рукой.
- Да-да, помню, и библиотека, и оранжерея, и гардеробная с нескончаемым количеством платьев – все это дано тебе за то, что ты в Алеме спокойно живешь. Но, может, ты видела еще вещие сны? Та девушка, которая так похожа на тебя – ты видела ее еще раз? Может, она объясняла природу этого коридора?
- Нет, я почти не видела вещих снов с тех пор, как мы пришли в Краллик. – покачала головой девушка. – В любом случае, мне не объясняли, что это за место.
- А почему тут появляются новые комнаты? С тех пор, как ты доверилась Марву, тут появилась мастерская – хотя я готов поклясться, что раньше ее тут точно не было! И кухня поменяла свой вид, в первый раз, когда я туда заходил, она была совершенно другой. А еще рядом с библиотекой появился небольшой закуток с письменным столом – как раз самое то, чтобы нормально поработать можно было! Так вот, к чему я клоню. Тебе не кажется, что это место подстраивается под нас? Оно как будто чувствует, чего нам не хватает, и старается это восполнить!
Ника, сидевшая в массивном кресле, засмеялась, и, прижав к себе запрыгнувшую на колени Мирру, воскликнула:
- Олли, ну ты и фантазер! Я не понимаю, как работает это место, но я точно уверена – моих желаний оно не исполняет. Да такого просто быть не может!
- По твоей логике и коридора между нашими домами быть не может – однако мы сидим как раз между Дождливым тупиком и Соборной площадью. То, что высшие силы наградили тебя волшебной дверкой, за которой целый особняк расположен, факт бесспорный!
Олли придвинулся ближе к подруге, и принялся убеждать ее, при этом яростно жестикулируя. Девушка задумчиво наблюдала за приятелем, и когда тот на минутку замолчал, переводя дыхание, проговорила:
- Ты говоришь, что это пространство исполняет все мои желания, но это не так! Если бы тут исполнялось все, о чем я мечтаю – коридор не имел бы ни конца, ни края. Возможно, боги Алема действительно дали мне в расоряжение очень удобный коридор, но за год я так и не полняла, как заставить это место подчиняться моей воле. Я тоже замечала, что оно как будто подстраивается под меня, но делает оно это очень хаотично. Например, мне совершенно не нравилось расположение кухни, а также то, как там все устроено. Не спорю, сейчас там все сделано именно так, как мне нравится, да и переместилась она ближе к Соборной площади, только вот случилось это тольно через полгода.
- Может, ты не так уж и хотела что-то менять? Или недостаточно точно давала понять, чего именно желаешь? А потом как-то раз представила ту кухню, о которой давно мечтала – и наш чудесный домик поспешил воплотить твое желание в реальность! В любом случае, с мастерской все получилось достаточно быстро, она появилась почти сразу, как сюда стал Марв ходить. Либо он тоже нравится богам Алема, либо мы с тобой одинаково сильно захотели сделать ему приятное!
- К чему ты клонишь? – настороженно поинтересовалась Ника. Вид у Олли был точь-в-точь как в тот день, когда юноша рассказал ей про свою идею отправиться в Сиорн. Внутренний голос шепнул девушке, что приятель опять готовится втолкнуть ее в какую-то авантюру. Чутье не подвело Нику – сев рядом с ней, парень восторженно воскликнул:
- Что если мы с тобой захотим одного и того же? Захотим искренне и сильно, так, чтобы это место нас поняло и услышало. Например, мы можем захотеть взять его с собой в путешествие.
- Олли…
- Погоди пока спорить, дослушай, что мне в голову пришло! Ты же тоже чувствуешь, что коридор слушается нас с тобой! Он чувствует, что мы его хозяева, и старается подстроиться под нас. Ты говорила, что полгода мечтала переместить кухню поближе к себе, а я примерно столько же хотел получить себе нормальное рабочее место. А вот с мастерской все намного быстрее получилось – как я понял, мы с тобой одинаково сильно захотели порадовать Марва. Что нам мешает сейчас точно также пожелать взять с собой это пространство? Кстати сказать – ты же едешь со мной? Не передумала еще?
Ника тяжело вздохнула. Она уже начала было надеяться, что ни в какой Эхоран ехать не придется, что друг все-таки угомонился, и можно будет остаться дома. По-видимому, отвертеться от данного слова не получится. Опустив глаза, она пробормотала:
- Нет, я пока не передумала, я все еще еду с тобой, если, конечно, ты сам не одумаешься и не останешься дома. Но скажи мне, как долго ты думал над этой идеей?! Это же бред полнейший, по сравнению с ней теория «Сиорн существует на самом деле» звучит как серьезное, научно обоснованное заявление!
- Я над ней думал больше месяца! – обиженно воскликнул юноша. – Почему сразу бред? По-моему, не плохой вариант, по крайней мере я не знаю ничего лучше, чтобы обеспечить нам удобное путешествие. А так – раскинул палатку, или положил небольшую дверку прямо на землю – и все, ты в комфортном доме, где есть вода, еда, и мягкие постельки.
- Но ты же должен понимать, что это невозможно! Нельзя просто взять и перенести с места на место штуковину, которую мне боги Алема подарили! И вообще, она была дана мне за то, что я хорошо себя веду и обживаюсь в Краллике. Кто знает, может, одной своей идеей уехать из города я так разгневаю богов, что они отнимут у меня это место? Или вообще отправят меня домой! Может, ты еще немного подумаешь? Скажем, еще годик, и тогда мы точно никуда не поедем!
- Эх, сестренка, ты все еще недооцениваешь щедрость наших богов! Я же много раз повторял: если как следует попросить их о чем-то – искренне и страстно, так, чтобы разжалобилось самое черствое сердце – то твое желание имеет шансы на исполнение. Ты же сама говорила, что примерно так выпросила оставить тебя в Алеме еще на какое-то время! Боги могут слышать нас, и иногда исполняют желания простых смертных. Ну а наш с тобой случай особенный. Мы уже имеем место, которое умеет подстраиваться под наши с тобой нужды, осталось просто уговорить его стать переносным. – Олли зевнул и посмотрел на часы, висевшие на стене. Было уже далеко за полночь, а завтра, как всегда, надо было с раннего утра надо было идти в редакцию «Первой газеты». Потянувшись, молодой человек пробормотал: – Давай-ка расходиться по домам, спать уже давно пора. Опять мы с тобой засиделись! Прошу, Ника, попроси перед сном сделать так, чтобы это место можно было взять с собой! Чего тебе это стоит? Просто как следует пожелай этого – и, возможно, твое желание дойдет до адресата. Я тоже так сделаю. Получится – замечательно, не получится – буду дальше думать.
- Хорошо, я загадаю такое желание, но, Олли, я не думаю, что оно имеет хоть малейший шанс исполниться!
На этой ноте ребята пожелали друг другу сладких снов и разошлись. Через полчаса, уже лежа в кровати, Ника скривила губы в усмешке, но все же сказала громким, на всю комнату, голосом:
- Боги Алема, пожалуйста, сделайте так, чтобы ваш подарок можно было взять с собой в дорогу, иначе этот балбес Олли не угомонится, и придется спать на голой земле! Я не могу его бросить на произвол судьбы, и в то же время не хочу непонятно сколько скитаться по пустыне. Может, вам самим будет интересно наблюдать, как мы ищем другие миры… Вы же сами говорили, что я вам приглянулась, и что я не должна калечиться, находясь в Алеме. Прошу вас, сделайте так, чтобы наше путешествие прошло как можно более комфортно!
В ту ночь девушке спалось плохо. Она долго ворочалась, не находя себе удобного места, а полная луна мешала ей уснуть, светя в глаза, как бы она не ложилась. Тишина давила на уши при закрытом окне, а когда Ника, сердито ворча, все же открыла его, в комнате тут же стало жутко холодно – как и обещал определитель погоды, на улице стояли последние и самые крепкие морозы. Девушка с головой укрылась одеялом, и все же сумела задремать, но сон постоянно прерывался. Поэтому утром, когда будильник, сконструированный Марвом, пронзительно зазвонил в колокольчик, настроение у нее было, мягко говоря, отвратительным. В спальне было зябко, не хотелось вылезать из постели, а глаза слипались. Зевая и потягиваясь, Ника начала собираться. Понимая, что соня-Олли сейчас в примерно таком же состоянии, и, скорее всего, еще дрыхнет, она решила, что сегодня не позволит ему спать до обеда. Привычно подойдя к двери в коридор к Дождливому тупику, девушка потянулась к ручке, но ладонь прошлась лишь по стене. Встряхнув головой и прогнав остатки сна, она с изумлением уставилась на бежевые обои. Еще вчера тут была неприметная дверка – если не знать, что тут есть какой-то проход, можно было просто пройти мимо. Сейчас же Ника смотрела на гладкую стену. Ничто не говорило, что несколько часов назад тут была дверь. Мирра скакала вокруг в образе собаки, обнюхивая стену. Как и хозяйка, она чувствовала недоумение, ей казалось, что тут что-то не так. Ника не мгла обмениваться со своим спутником мыслями в прямом понимании этого слова, но благодаря крепкой связи девушка безошибочно понимала, что ощущает ее душа. Сейчас Мирра была взволнована и недовольна. Шерсть на собачьей холке была приподнята, спутник жался к ногам хозяйки, время от времени принимаясь настороженно ворчать.
Когда ступор прошел, Ника стала быстро одеваться, желая как можно скорее попасть в Острый переулок и рассказать друзьям о случившемся. Девушка очень любила Краллик, и жить она старалась как настоящая горожанка. И все же она регулярно пользовалась подарком богов Алема – как правильно заметил Олли, высшие силы подарили друзьям настоящий особняк, который принадлежал только им. Нике нравились и вечера, проведенные в библиотеке, и неспешные прогулки по оранжерее, да и крохотная кухонька, расположенная в квартирке на Соборной площади, не шла ни в какое сравнение с тем, что находилось в волшебном коридоре. Время от времени девушка говорила себе, что раз она хочет остаться в Алеме надолго, то нужно прекращать пользоваться подаренным пространством, однако пока она была не готова отказаться от дополнительного комфорта. Сейчас же, когда пропала дверь между Соборной площадью и Дождливым тупиком, девушка не на шутку испугалась. За время своего пребывания в Алеме Ника поняла, что с высшими силами шутки плохи – они могли как наградить отчаянного человека, так и всячески усложнить ему жизнь.
Рассуждая, в какую неприятность она в очередной раз влипла, девушка выскочила на улицу. Жители Краллика были неспешными, они редко позволяли себе беготню – зачем нестись куда-то сломя голову? Ничего не случится, если пройтись неспешно, нечего привлекать к себе излишнее внимание. Но Ника за год так и не приучила к себе этой чисто кралльской черте характера, и сейчас с трудом заставляла себя не переходить на рысь.
Через полчаса запыхавшимся вихрем влетев в редакцию, она едва избежала столкновения с Марвом, который как раз выходил из подвала.
- Что на вас обоих нашло?! – выпалил юноша, с изумлением глядя на тяжело дышащую подругу. – Буквально несколько минут назад Олли ворвался сюда, крикнул, чтобы я наверх поднимался, вроде как у него есть что показать. И следом ты едва не прибегаешь! Что случилось?
- Я не знаю, что случилось у Олли, а у меня пропала дверь, ведущая в коридор! – с трудом выдавила из себя девушка. Она направилась к главному залу «Первой газеты», а следом за ней шел ничего не понимающий Марв.
- Как пропала?
- Ну так, взяла да исчезла. Я вчера через нее прошла, а сегодня утром просыпаюсь, а ее нет. Не знаю уж, что и…
Ника оборвалась на полуслове. Помещение, где находилось ее основное рабочее место, было огромным, и даже когда в нем появился огромный стол с наборной кассой оставалось еще много свободного пространства. Сейчас же посреди комнаты стояла неумело поставленная палатка. Она была серо-зеленого цвета, сделанная из старого, видавшего виды материала. Вся конструкция явно знавала лучшие времена и лучших установщиков. Однако именно оттуда доносился приглушенный шум голосов. Радостный смех Олли, восторженные возгласы Лу, время от времени к ним присоединялся и голос Дирка. Стараясь не сломать неуверенно стоящую палатку, Ника приподняла полог и вошла в тот самый коридор, к которому так сильно привязалась. К девушке с радостными воплями подскочил Олли, и принялся кружить ее по комнате.
- Получилось! Ника, получилось! Ты можешь это себе представить?! Мы сможем взять эту штуку с собой дорогу! Значит, сами боги хотят, чтобы мы отправились в путешествие! Ты же тоже перед сном подумала о том, что было бы замечательно иметь возможность переносить ее места на место? И смотри-ка, он прислушался к нашему желанию! Я сегодня утром проснулся, и поначалу ничего не заметил, и уже когда из дома собирался уходить заметил, что двери в коридор нет! Просто голая стена, и ничего больше. А в углу лежит какой-то сверток, большой такой, тяжелый. Вчера такого точно не было! Я развернул его – а это оказалась палатка. Поставить ее я не смог, просто засунул голову вовнутрь – и обомлел! Это же наш коридор, точно такой же, как и за дверью! Я решил во что бы то ни стало залезть туда. Пришлось стульями подпереть полог, чтобы не опускался, но я все-таки вошел в нее. Ты посмотри только – все комнаты расположены так же, как в переходе между Соборной площадью и Дождливым тупиком! Как будто ничего не изменилось, только вот окон нигде нет. Да ты сама сходи посмотри! Иди сюда, вот за этой дверью комната, которая выглядит в точности, как твоя спальня!
Олли схватил ошарашенную Нику за руку и потянул к одной из комнат. Девушка ничего не понимала. Как?! Как такое может быть?! Разве волшебный коридор, подарок богов Алема, может за одну ночь принять вид старой палатки?! Еще сильнее она поразилась, когда вошла в собственную спальню, расположенную за одной из дверей. Там все было точно так же, как и на Соборной площади. Та же мебель, те же безделушки, все стоит на тех же местах. Только не было окон, выходивших на большую кралльскую площадь.
Девушка ходила по комнате, рассматривая свои вещи так, будто видел их в первый раз. А Олли тем временем не переставал болтать.
- Там дальше по коридору есть и моя комната, в ней тоже все так, как и у меня в Дождливом тупике, но вот окон нет нигде. Серьезно, полным-полно помещений, и старых, и новых, но ни одного окошка! Я просто уверен – если поискать, можно и для Лу найти комнату. Так что теперь мы точно сумеем отправиться в путешествие, притом комфортное путешествие! Ну что? Не будете теперь на меня ворчать, что я вас от благ цивилизации отрываю? Да тут, наверное, будет лучше, чем в самых богатых особняках чертога мирян! Тут же настоящий дворец, и нет ему ни конца, ни края!
- Поразительно! – выдохнул Лу, выходя из комнаты Ники. Девушка в немом изумлении последовала за другом. – Олли, я не имею ни малейшего представления, как ты это организовал, но ты сумел запихнуть ваш коридор в переносную палатку! Такой вариант мог родиться только в твоем сознании, но, друг мой, этот вариант поистине гениален!
- Тут и вода есть, я уже проверял! – Олли никак не мог нарадоваться. – Я ванну нашел, такую большую, что в ней, наверное, плавать можно. Наверное, тут есть какая-то своя система и освящения, и водоснабжения. А еще, насколько я знаю, продукты в буквальном смысле материализуются на кухне Ники. У нее там всегда есть что покушать, но я ни разу не видел, чтобы она пополняла продовольственные запасы. Как раз то, что нам нужно! У нас есть переносной дом, у нас есть вода и еда – мы сможем блуждать по пустыне столько, сколько потребуется! Да, палатка тяжеловата, не легко было тащить ее из Дождливого тупика сюда, но ничего, все легче, чем поклажа в обычном ее понимании. О, у меня есть идея! Мы можем взять большую сумку, или еще что, аккуратно сложить туда палатку и нести так по очереди. Она в сложенном виде объемистая, но все же в сумку влезет. Осталось только научиться ставить ее – и можно покупать билеты на корабль! Марв, Дирк, точно не хотите с нами?
- Нет! – моментально откликнулся изобретатель. Вид переносного дома поразил его, но не настолько, чтобы потерять голову и броситься в это безумное предприятие. – Тут, конечно, классно, это похоже и на магию, и на сон, но никакая сила не заставит меня покинуть Краллик! Я помашу вам на прощание с пристани, а сам останусь тут, в моем доме, в моей редакции и с моими автоматами. Нет, ребята, путешествуйте сами, а я – трус, домосед, противник любых приключений на пятую точку и любитель стабильности.
- Кто бы сомневался! Ну а ты, Дирк, что ты на это скажешь?
Несколько минут юноша стоял, прислушиваясь к себе. Внутри него как будто боролись две половины одного человека – одна твердила, что пора уже заканчивать заниматься ерундой, что на нем лежит ответственность и за «Первую газету», и за младшего брата, и матери нужно помогать, но вторая шептала, что второго шанса посмотреть мир может и не предвидеться. Наконец, с трудом приняв решение, Дирк неуверенно сказал:
- Тут все такое необычное… Поверить трудно, все это существует на самом деле! Мне было трудно поверить в существование вашего пространства между домами, а теперь ты умудрился запихнуть его в небольшую палатку! Честное слово, если раньше я колебался, то теперь точно понял – с такой штукой можно и на край света рвануть. Если ничего не изменится, то я с вами! Марв, не смотри на меня, как на предателя! Я понимаю, ты у нас человек домашний, и самому мне по-хорошему надо бы остаться в Краллике, но я хочу увидеть другие страны. Олли так красочно все расписал, что у меня в голове что-то повернулось. Так странно… Еще месяц назад вся наша компания была категорически против этого предприятия, а теперь – посмотрите-ка! – из всех один только Марв остался на своем, да и то только в силу своего характера.
- То есть вы все меня бросаете? – жалостливым голосом проговорил механик. – Решили поехать непонятно куда и непонятно зачем, и бросить несчастную «Первую газету» на произвол судьбы? А ведь каждый из нас столько сил в нее вложил! Не знаю, как вам, но мне она буквально прикипела к сердцу, я просто физически не могу ее оставить. Все равно, что выбросить на улицу родное дитя! Нет уж, вы как хотите, но я ни за что не оставлю газету! Буду с нетерпением ждать вас самих и рассказов о путешествии, а сам продолжу находиться в тишине и спокойствии моего подвала.
- Ну почему же, одного мы тебя не бросаем. – сказал Олли, в полном восторге вылезая их палатки. Друзья последовали за ним. – С тобой же будут Молли с Джеком, да и Руди, думаю, именно на тебя повесят, так что скучать не придется. Боги былые и грядущие, я все никак не могу поверить, что это не сон! Можно сказать, сами боги благословляют нас на исследование новых земель! Кстати, как она собирается? Кто-нибудь, помогите мне!
- Ты с этой палаткой собрался Безжизненную бороздить, а не можешь ни собрать ее по-человечески, ни сложить. – насмешливо сказала Ника, наблюдая как приятель бродит вокруг палатки. Не отрывая глаз от серой материи, Олли воскликнул:
- Издеваешься?! Я ее сегодня в первый раз вижу! До этого как-то не имел опыта общения ни с палатками, ни с материями такого объема. Что с ней вообще делать?
К юноше очень быстро присоединились и остальные мальчишки – ребята с искренним интересом пытались понять, как обращаться с палаткой. Опустившись на пол, Лу задумчиво пробормотал:
- Так, надо подумать… Мы все в одинаковой степени путешественники, так что в этом доме никто не знает, как обращаться с палаткой. Олли, ты не мог попросить богов Алема сделать так, чтобы они оставил инструкцию по применению этой штуковины? А также карту, чтобы понять, где что расположено? Если они так стремятся тебе потакать, то пусть сделают так, чтобы мы могли хотя бы нормально собрать палатку. Ладно, давай подумаем. Мне кажется, это надо положить сюда…
Мальчишки с детским азартом принялись по очереди пытаться сложить палатку. Ника сначала с интересом наблюдала за ними, но потом решила, что от новой игрушки их теперь не оторвать и пошла работать над очередным номером газеты. Материал был уже почти готов, осталось лишь довести его до ума, с этим девушка могла и в одиночку справится. Не в первой! Сделать тираж газеты полностью своими силами было гораздо сложнее. Не обращая внимания на громкие голоса друзей, она принялась перечитывать статью, размышляя, где бы ее можно было бы разместить.
Через несколько часов споров и препирательств палатка все-таки была собрана, теперь она напоминала толстенький сверток.
- Думаю, пока оставим ее тут. Пусть побудет в редакции, не тащить же обратно! Она такая тяжелая, килограммов десять, никак не меньше! – сказал Олли, когда Ника пришла посмотреть на труды приятелей.
- Ты собираешься идти с ней по пустыне. Как ты думаешь, кто будет таскать эти десять килограммов на постоянной основе? Скажи уж честно, что ты не хочешь нести палатку домой чтобы она там снова прежний вид не приняла!
- И это тоже. Мало ли что ему в голову взбредет? Нет уж, пусть пока тут лежит! Я готов пожертвовать приятными вечерами, проведенными в библиотеке. А что, я все время буду ее таскать?
- А ты как думал? Конечно! Ты нас всех подбил на это, это идея твоя – поехать навстречу приключениям, вот ты и таскай на себе свой же дом.
- Ага, непременно! Эхоран город большой, его называют «последним оплотом цивилизации перед Безжизненной» - вот там-то мы с вами и поживимся верблюдом, или осликом, или еще какой живностью. Если есть возможность перенести ответственность за транспортировку дома на кого-то еще – почему не воспользоваться случаем?
Направляясь в кабинет, Лу обратился к другу:
- Ладно, с жильем решили, а также втянули в нашу компанию помешанных психов еще и Дирка. Следующий вопрос на повестке дня – где находится твой Сиорн? Как ты будешь его искать? Вот приплывем мы в Эхоран, возьмем там себе животное, двинем в пустыню – и что дальше? Нет, не спорю, с домом мы можем блуждать по Безжизненной сколько душе угодно, но вот проблемка: мы все хотим вернуться в Краллик до наступления зимы. У тебя есть хотя бы что-то, отдаленно напоминающее маршрут, или ты на месте хотел сориентироваться?
- Эээ… Если честно, я думал, что мы сможем пройтись по Безжизненной и осмотреть ее на предмет загадочных мест, откуда можно попасть в другой мир. – пробормотал Оливер, виновато отводя глаза. Друзья переглянулись, и Лу высказал общую мысль:
- Ты хоть представляешь, какие размеры имеет пустыня?
- Ну… Она большая… Но теперь-то у нас есть комфортный дом, мы сможем сколько угодно ходить там!
- Олли, «большая» - это не про Безжизненную пустыню! Она поистине огромна! Мало кто пересекал ее! А ты хочешь мало того, что с проторенной дороги караванов сойти, так еще и бродить там собираешься непонятно сколько! Нет, дружище, так дело не пойдет!
Олли виновато смотрел в пол, боясь поднять глаза на друзей. Опять он что-то не учел! Ну почему нельзя просто взять, собраться, сесть на корабль и поплыть к далеким берегам?! Хотя, с другой стороны, Лу, как всегда, прав – не стоит пускаться в такое предприятие, предварительно все не обдумав. Юноша постепенно начал понимать, что друзья уже бросили попытки отговорить его от отъезда, а стараются выяснить, о чем забыл подумать Олли.
Сев за свой стол, молодой человек проговорил:
- Я пытался понять, как можно найти Сиорн, но разработать эту часть плана до конца у меня так и не получилось, так что я решил пока не трогать ее, а вернуться к ней, когда уже буду на месте. Мне кажется, расположение дыр между мирами должно быть логичным и упорядоченным, так что я постарался выяснить, где еще есть необычные места. Оказывается, их очень много! Говорят, даже в Краллике несколько таких мест есть. По слухам, где-то на территории Нижней Республики есть домишко, где никто не рискует ночевать, так как там слышны какие-то странные голоса. Я знаю половину городских легенд, и могу понять, где полнейший бред, где есть хоть часть правды, а где действительность. И поверьте мне, эта история не самая пугающая! Жаль, конечно, что самому нельзя проверить ее, но я не хочу даже нос совать в Нижнюю Республику.
- Слава всем богам! Если ты это сделаешь, то вернешься потом в лучшем случае с подрезанным носом, а в худшем – тебя пришлют нам в редакцию разными посылками. Нет, Олли, не надо проверять эту легенду на себе, давай поверим ей на слово.
- Я порылся в книгах разных, в архивах, и нашел упоминания о подобных местах и в других городах, деревнях и прочих точках Алема. Я нашел упоминания обо всех ненормальных местах по всему Алему, их почти сто штук набралось, причем разбросаны они по всей стране – есть и в больших городах, и в маленьких поселках, и в самой глуши. Только найти-то я нашел, а закономерность какую-либо установить не получается! Ничего в голову не лезет.
- Странно. Твоя голова способная, раз она сумела породить идею идти в Сиорн, прихватив с собой палатку с домом. – ухмыльнулся Лу. Времени было уже много, пора было приниматься за работу, юноша понимал, что поступает неправильно, дурачась с приятелями, пока Ника во всю работает над номером. Садясь за свой стол и надевая очки, он обратился к другу: – У тебя есть какие-нибудь записи на этот счет?
- Конечно есть! Я нашел отличную карту Алема, постарался отметить на ней все ненормальные места, а также переписал все, что мне про них известно.
- Хорошо, можешь мне их показать? Я хочу лично посмотреть, может, что и придумаю. Поверь, у меня нет ни малейшего желания бесцельно блуждать по пустыне. Я хочу по-быстрому приехать, найти твой Сиорн, и сразу вернуться домой. Кстати сказать, еще один вопрос: как ты сбираешься искать сам город? Вот нашли мы переход между мирами, попали в параллельную вселенную или куда-то еще, если, конечно, такое возможно, и что дальше?
- О, на этот счет не беспокойся! В летописях давалось четкое указание, в каком направлении надо идти и как долго, так что тут проблем быть не должно. А если от Сиорна не осталось ни малейшего следа… Что же, я раскопки устраивать не буду! Придем, как сказано в описании первого и последнего путешествия в тот город, посмотрим, что есть – и домой сразу. Обещаю, что задерживаться не будем! Самое позднее в декабре уже в Краллик возвратимся. Кстати, моих находках по поводу странных мест. Я тебе хоть сейчас могу дать свои записи, посмотри пожалуйста! Ты умный, читаешь много, может, сумеешь сообразить. Ой, нет, сейчас я тебе ничего дать не сумею, записи то у меня в библиотеке лежат, а в дом теперь так просто не попасть. Ладно, завтра мы с вами попробуем еще раз собрать палатку, я тогда и дам тебе свои наработки. Так сколько времени? Боги, что так много?! Ладно, успею еще сходить на Ночной проспект, там, вроде, просили про что-то рассказать.
Источник неиссякаемого оптимизма и болтливости удалился, и остальные члены редакции смогли, наконец, заняться делом. «Откуда в нем столько энергии?!» - в очередной раз задалась вопросом Ника, наблюдая, как Молли старательно набирает материал статьи. Девушки в ускоренном темпе передавали друг другу опыт, а если быть точнее, одна пыталась натренировать другую на печать с приемлемой скоростью. Молли делала успехи, и справлялась с объемом работ примерно за четыре часа – такое время и для газеты подходило, и сама девушка могла выкроить его из распорядка дня. Ника только хвалила подругу, не говоря ей, что сама смогла бы набрать текст вполовину быстрее. Зато когда она вернется из путешествия можно будет устраивать себе выходные, если, конечно, Молли не будет противиться тому, чтобы поработать за Нику.
На следующий день, когда мальчишки, ворча друг на друга и постоянно споря, все-таки поставили палатку, Олли первым делом передал Лу записи своих попыток отыскать дорогу на Сиорн. С радостным возгласом он принес еще и небольшую книжку под названием «Руководство начинающему туристу».
- Смотрите, что я нашел в библиотеке! – крикнул юноша, ворвавшись в кухню, где собрались друзья. – Я пошел за своими конспектами, и тут подумал: а почему бы не поискать в библиотеке книжку, где рассказывалось бы о том, как надо палатки ставить и о всем таком подобном. Побродил немного, и наткнулся вот на эту книжечку. Тут столько всего полезного! Все, теперь-то мы больше не будем спорить, куда что потянуть надо, чтобы правильно поставить палатку!
- Зная тебя, мне кажется, что мы найдем еще тысячу и один повод для споров. – ухмыльнулся Дирк.
Они с Олли постоянно соперничали, причем, как казалось Марву, делали они чисто инстинктивно. Стоило возникнуть ситуации хоть с малейшим выбором, как юноши вставали по разные стороны баррикад и принимались тянуть каждый в свою сторону. Что поделать, у обоих был характер с огромной долей ослиного упрямства и желанием непременно быть первым.
- Может быть и так, но все же поставить палатку мы сможем. И огонь разжечь, наверное, тоже.
- Зачем тебе разводить огонь, когда есть дом? – не поняла друга Ника.
- На всякий случай, мало ли что может в пустыне случится. Такое умение не помешает, сестренка, когда мы будем блуждать по Безжизненной!
- Это же пустыня! Там по определению жарко должно быть, а ты костры разводить собрался.
- Нет, кстати, Безжизненная – очень странное место. – проговорил Лу, задумчиво вертя в руках чашку. – Днем там действительно нестерпимо жарко, некоторые бедолаги получают солнечный удар, да так и остаются в песках навеки. А вот ночи там, как ни странно, холодные. Ниже нуля, конечно, не опускается, но все равно - температурные колебания значительны. Например, днем там может быть под сорок, а ночью все быстро остынет - и земля, и песок, и воздух до десяти градусов тепла опустится. Так что Олли прав - костры разводить надо уметь. В нашем лесу у тебя одного это получилось - вот и флаг тебе в руки. А еще в Безжизненной ветра сильные дуют, так что надо будет подумать, как защитить себя и от них, и от дневной жары, и от ночного холода. С этим, думаю, в Эхоране смогут посоветовать.
С того дня, как Олли передал другу свои наработки, Лу углубился в зыбкую почву странной науки. Олли основательно подошел к вопросу остальных дыр между мирами, он сумел составить досье по каждому месту, где было замечено что-то необычное. Чаще всего это были «слышимые прямо в голове звуки людной площади», но иногда попадались и такие точки в Алеме, где на протяжении нескольких столетий постоянно пропадали люди. К таким местам Олли отнес Кралльский лес и город Луккир – как считал страждущий приключений паренек, на месте этого пропавшего города и был проход между Алемом и миром, в котором находился Сиорн. Подтвердить эту теорию было трудно – указанное Олли место находилось очень далеко от главного тракта, по которому ходили торговые караваны.
Лу провел несколько вечеров, ломая голову над загадкой, пока ему в голову не пришла очередная идея. Возможно, в карте Олли были пропуски? Все-таки как бы активно парень не копал факты, найти все было практически нереально. И все же даже с белыми пятками можно было попробовать построить какую-нибудь теорию.
Лу был искренне убежден, что расположение дыр между мирами должно быть строго упорядоченным. Молодой человек был очень начитанным, он всегда с жадностью накидывался на любую книгу, которая попадала ему в руки. Несколько раз ему казалось, что хаотично расположенные точки на карте ему что-то напоминают, однако он никак не мог понять что именно. Чем дольше он бился над загадкой, тем нестерпимее было желание наконец найти ответ на нее. Постепенно у Лу появилась привычка оставаться в Остром переулке на ночь. Дел, связанных с «Первой газетой», было много, с утра до вечера юноша правил статьи, которые писали друзья. Когда же очередной номер газеты отправлялся в печать, паренек садился за всевозможные книги, пытаясь отыскать хоть какой-то намек на расположение дыр между мирами.
Время от времени к Лу присоединялись и остальные ребята, но даже совместными усилиями не получалось придумать хоть какое-то логичное объяснение точкам на карте. Обычно помощь друзей была существенной: Олли великолепно разбирался во всем, что касалось тонкого вопроса параметристики; Ника неплохо разбиралась в науках – девушка время от времени вспоминала мимолетные моменты из своего родного мира, который, судя по всему, опережал в развитии Алем; Дирк хорошо знал всевозможные легенды и предания. Однако карта страны, на которой красными точками были помечены странные места, вводила всех в ступор.
Наступил март, а вопрос с картой так и не был решен. Друзья начинали все сильнее волноваться – до начала судоходного сезона оставалось меньше месяца, а у них все еще не было четкого маршрута. В компании все чаще стали возникать ссоры: друзьям совершенно не хотелось бесцельно блуждать по Безжизненной пустыне, в то время как Олли, казалось, совершенно не волнует такая мелочь. Отчаянный путешественник желал как можно скорее отправиться в путь, однако приятели не давали ему покупать билеты на корабль, пока они не поймут, куда именно пойдут в пустыне. Бесконечные споры мешали работе «Первой газеты», друзья тратили слишком много времени на разговоры о предстоящем путешествии, возвращаясь к работе лишь когда поджимали все сроки. Такое положение дел совершенно не нравилось Лу. Юноша был человеком достаточно требовательным, свою работу он привык выполнять качественно, а не впопыхах, но Олли, со своими вечными спорами, не давал никому заниматься делами. Чтобы поскорее решить все вопросы, Лу проводил над картами почти все свободное время.
Подсказка пришла, откуда ее никто не ждал. Одним мартовским вечером Лу, как всегда, сидел в кабинете, обложившись книгами. Молодой человек старался всесторонне подходить к решению проблемы, за несколько недель изысканий он успел изучить множество книг. География, геология, естественные науки… У парня появилось несколько идей, однако ни одна из них не могла связать отмеченные на карте точки.
В тот вечер юноша сидел за своим столом, вяло перелистывая очередную книгу и тщетно пытаясь сосредоточиться. Он устал от резко ускорившегося ритма жизни, и уже начал жалеть о своем обещании поехать куда-то вместе с Олли. Лу был погружен в свои мысли, совершенно не вчитываясь в лежащую перед ним книгу. «Боги былые и грядущие, ну зачем я этим всем занимаюсь?! Мог же твердо сказать «нет», и не тратить время на эту бессмыслицу! Подумать только! Я сам всегда считал себя достаточно серьезным человеком, а в итоге последний месяц я потратил на то, чтобы придумать, как между собой соотносятся странные места Алема. Нелепица! Мог же потратить это время на что-то более достойное! Я же ведь мог подумать, как еще можно улучшить «Первую газету», или почитать что-то действительно умное, или, наконец, отоспаться по-человечески… Но нет, все свободное время я трачу на какую-то ерунду! Прав был папа, я свою жизнь трачу на что-то совершенно неважное… Он в моем возрасте уже помощником капитана на корабле был, помогал снабжать Краллик во время войны – а я читаю все книги, которые попадают мне в руки, надеясь понять, как бы отыскать проход в параллельный мир, затерянный где-то в центре Безжизненной пустыни! Да уж, что ни говори, достойное занятие!».
Лу все больше погружался в себя. Подумав, что скажут родители, узнав о его занятиях, молодой человек помрачнел еще сильнее. Семья молодого человека была неразрывно связана с рекой и кораблями: отец, всю свою жизнь проведший в плаваньях, занимал пост докового старосты, мать все еще занималась изготовлением парусов, в этом ей помогала единственная дочь, а старший сын в тридцать с небольшим занимал пост старшего помощника на межрегиональном судне. Один лишь Лу был белой вороной – в отличие от родных, он так и не сумел найти себе местечко в порте Краллика. Как и старшего брата, его с детства готовили к работе на кораблях: отец частенько брал мальчика с собой в док, позволяя изучать все вокруг. Первое время Лу очень нравилось в порту, а теоретические уроки, которые ему начали преподавать лет с семи, мальчик запоминал с поразительной легкостью. Однако после того, как бедняга во время игры свалился с дерева, в нем проснулся непреодолимый страх высоты. Лу стал бояться подходить к краю корабля, а о том, чтобы забраться на мачту, не могло идти и речи. Родители старались всячески поддержать сына, они искренне радовались и когда соседский аптекарь взял его в обучение, и когда «Первая газета» стала приносить более-менее стабильный доход, однако остальная родня твердила – молодой человек напрасно тратит отпущенное ему время.
Сидя в кабинете, Лу все глубже погружался в себя, вспоминая все то, что о нем говорили многочисленные дядюшки и тетушки. Вдруг юноша встрепенулся, как будто ощутив – подсказка где-то рядом. Мысли о «любимых» родственниках он сразу же отбросил в сторону, а вот к воспоминаниям о детстве прислушался. Отец, уже будучи капитаном корабля, старался уделять образованию сыновей как можно больше внимания. Лу было всего восемь лет, а он уже мог рассказать и про устройство корабля, и про то, как управлять судном, и про прокладывание курса. Именно уроки по теории плавания и заинтересовали юношу. Само собой, за десять лет он давным-давно забыл все то, чему его учили, однако внутренний голос парня твердил «Решение загадки где-то тут, надо просто развить мысль до конца!»
В редакции Лу был почти один – время было позднее, Ника и Олли с Дирком давно ушли по домам, только Марв, как всегда, сидел в своем подвале. Механик был владельцем дома в Остром переулке, но во всем огромном особняке ни одну комнату не любил так сильно, как мастерскую, оборудованную в подвале правого крыла. Паренек давно обустроил внизу что-то вроде квартирки, чтобы можно было и ночевать рядом со своими изобретениями.
Стараясь не шуметь, Лу на цыпочках подошел к дверям и выглянул в холл. В доме было тихо и темно, все говорило о том, что Марв уже отправился спать. Сделав ярче ровное мерцание настольной лампы, редактор вернулся в кабинет и начал расправлять сложенную в углу материю палатки. За месяц друзья все-таки научились ее ставить, хотя на это и уходило много времени. Обычно они работали или все вместе, или хотя бы вдвоем, сейчас же Лу был в гордом одиночестве. Провозившись около получаса, юноша все же сумел соорудить посреди кабинета пирамиду. Нагнувшись, он вошел в необъемный коридор. Мозг молодого человека до сих пор отказывался нормально воспринимать эту иллюзию – казалось, что сейчас попадешь в замкнутое пространство, в котором с трудом поместиться сможешь, а перед тобой открывается проход такой длины, что забеги устраивать можно. Лу уже не терялся в многочисленных дверях, и, не тратя лишнего времени, быстрыми шагами направился к библиотеке.
Сколько же тут было книг! Юноша уже давно знал про это чудное место, однако у него до сих пор перехватывало дыхание от вида стольких томов. Ориентироваться в библиотеке было трудно – Лу знал, где найти книги по медицине и параметристике, но он не имел ни малейшего представления, как ему отыскать в этом лабиринте информацию про кораблестроение. Книг было очень много, полки тянулись куда-то вдаль бесконечными рядами. Тяжело вздохнув, молодой человек принялся всматриваться в медные таблички на книжных полках, радуясь, что в комнате достаточно яркое освещение.
Как ни странно, долго блуждать ему не пришлось. Не прошло и пятнадцати минут, как парень наткнулся на раздел «Путешествия». Воодушевившись, Лу принялся внимательнее всматриваться в корешки книг, и уже через пару минут нашел несколько книг, касающихся навигационной науки. Именно это и было ему нужно! Молодой человек смутно помнил, как ему рассказывали о прокладывании курса, и о том, что воздух имеет свои пути. Что, если это может как-то помочь делу?
Юноша как будто чувствовал – он на правильном пути. Если книги по навигации и не помогут, то они точно подтолкнут его к очередной идее! Лу долго копался сначала на полках, выуживая нужные ему издания, затем в самих томах, по крупицам откапывая подтверждение своих мыслей. «Наверное, увлечение Олли передается воздушно-капельным путем» - подумал парень, перелистывая очередную страницу и еле сдерживая зевок. – «У меня больше нет никаких объяснений того, что я вместо того, чтобы нормально спать, вспоминаю, как правильно строить маршруты!» Он машинально что-то записывал, заставляя себя не отключаться, а работать дальше, чтобы уже сегодня найти подтверждение навязчивой идеи, родившейся в его сознании. Писать пришлось карандашом – от чернил оставалось уж слишком много клякс. Всю ночь юноша просидел над бумагами и картами, что-то высчитывая, чертя и делая множество записей. И все же, чем больше он работал, тем отчетливей понимал – на карте вырисовываются те точки, которые умудрился пропустить Олли.
Когда на следующее утро в редакцию заявились ребята, то были до крайности удивлены, увидев посреди кабинета собранную палатку. Ника сразу поняла, что редактор «Первой газеты» где-то в ее недрах, и, прихватив с собой Олли, пошла на поиски друга. Лу был обнаружен в библиотеке, сладко сопящим в обнимку со старинной книгой. Олли осторожно потряс приятеля за плечо. Потом толкнул его с силой. Будить юношу пришлось долго – Лу спал крепким сном. Только через несколько минут он, наконец, открыл глаза и уставился на друзей ничего не понимающим взглядом. Прошло еще какое-то время, пока парень окончательно не проснулся.
- Давно ты тут сидишь? – участливо спросила девушка.
- Всю ночь. Мне надо было кое-что проверить. И еще, Олли, я понял, где искать дорогу в твой Сиорн. Даже не требуй у меня объяснений, просто поблагодари от всей души и подмени меня сегодня, пока я буду отсыпаться. Вот на этой бумажке все написано, главное, когда мы отправимся в путь, не потерять мои записи, я уже не вспомню, что и где искал для определения курса. А на карте я попытался набросать кое-какой маршрут, но будем редактировать его по ходу – надо же как-то домой возвращаться!
- Лу, это точно ты писал? – ахнул Олли, вертя в руках листы, исписанные непонятными карандашными пометками. – Я знаю твой почерк, он такой красивый, аккуратный, а этот больше похож на мой, когда я спешу записать все и сразу. Да я ни слова понять тут не могу!
- Ты даже представить себе не можешь, в каком состоянии я это писал. – проворчал молодой человек, выхватывая у друга один из листов. Посмотрев на него, он покачал головой и широко зевнул. – Завтра я это все расшифрую и тогда обсудим все особенности дороги. А сейчас я покидаю вас. Наверху, в Остром переулке, есть комната, в которой я сплю при случае, вот сейчас-то я туда и направлюсь. Ника, остаешься за главную по редакторской части, доверять эту работу Олли я не рискую, он, чего доброго, решит воспользоваться ситуацией и протолкнуть в номер материал со своими диалогами, оставшимися еще с ноября.
- Даже мысли об этом не было! – ухмыльнулся паренек, выходя следом за другом из палатки и принимаясь за ее разборку. Делал он это уже увереннее, но все же Ника шикнула на него, заставив сложить палатку аккуратнее.