— Вот что, Лена, собирайся! Мама тебя ждёт! — Игорь швырнул на кровать пустую спортивную сумку и принялся выдёргивать из шкафа её вещи.
— Как это ждёт? Игорь, что происходит? — Елена отняла у мужа свою любимую кофточку, которую он уже успел смять в кулак.
— А то, что я больше не могу! Понимаешь? Не могу я с тобой жить! — Игорь развернулся к жене, лицо его было красным от злости. — Вечно ты недовольная, вечно что-то не так! То суп пересолен, то рубашка не так поглажена, то телевизор громко работает! Надоело мне это всё!
Елена опустилась на край кровати, сумка упала к её ногам. Она не понимала, что происходит. Ещё час назад они завтракали, как обычно, Игорь читал газету, она мыла посуду. Всё было как всегда.
— Игорь, давай поговорим спокойно. Что случилось? — тихо спросила она.
— Спокойно? — он засмеялся, но смех получился злой. — Да я уже полгода пытаюсь с тобой спокойно разговаривать! А ты что? Молчишь, как рыба! Или начинаешь рыдать по любому поводу!
— Я не рыдаю по любому поводу! — возмутилась Елена, но голос её дрожал. — Игорь, мы же двадцать лет прожили вместе! Неужели ты хочешь всё разрушить из-за каких-то мелочей?
— Мелочей? — Игорь схватил со стола пепельницу, в которой лежали окурки. — Вот, смотри! Я вчера курил на балконе, а ты эту пепельницу на стол притащила! Зачем? Чтобы показать, какой я плохой? Чтобы упрекнуть?
— Я просто убиралась...
— Убиралась! — он передразнил её интонацию. — Всё ты убираешься! Даже мои вещи не могу найти, так ты их раскладываешь! Живу, как в музее!
Елена встала, подошла к окну. За стеклом шёл дождь, по подоконнику стекали капли. Она вспомнила, как они с Игорем познакомились. Он тогда работал водителем, она — продавцом в магазине. Какой он был внимательный, заботливый! Каждый день заходил к ней, покупал что-то ненужное, только чтобы поговорить.
— Помнишь, как мы познакомились? — спросила она, не оборачиваясь.
— Хватит! — рявкнул Игорь. — Не надо мне этих воспоминаний! Сейчас не то время! Собирайся, говорю!
— А если я не хочу ехать к твоей маме?
— Не хочешь? — Игорь подошёл к ней, схватил за плечо, развернул к себе. — А меня кто спрашивал, хочу ли я жить с такой женой? Которая из дома превратила тюрьму!
Елена посмотрела мужу в глаза. Раньше они были добрыми, весёлыми. Теперь в них была только злость и какая-то чужая холодность.
— Что я тебе сделала плохого, Игорь? — прошептала она.
— Ничего особенного. Просто... просто задушила меня своей любовью! Понимаешь? Я не могу дышать рядом с тобой!
Елена отвернулась к окну. Дождь усиливался. Она подумала о свекрови, Марии Петровне. Та всегда недолюбливала её, считала недостойной своего сына. Постоянно говорила, что Игорь мог бы найти себе жену получше, образованнее, красивее.
— Мама тебя примет, — продолжал Игорь, складывая в сумку её платья. — Она сказала, что поможет тебе найти работу в деревне. Может, там ты образумишься.
— В деревне? — Елена обернулась. — Игорь, я же в городе всю жизнь прожила! Я не умею в деревне жить!
— Научишься. Мать моя всю жизнь в деревне, и ничего, живёт.
— Но я не твоя мать! Я твоя жена!
— Была женой, — он застегнул молнию на сумке. — А теперь будешь... будешь жить отдельно. Подумаешь там, поймёшь, что к чему.
Елена почувствовала, как внутри неё что-то обрывается. Она села на пол, прислонилась спиной к стене. Слёзы текли по её щекам, но она не обращала на них внимания.
— Игорь, а что, если я изменюсь? Стану такой, как ты хочешь?
— Поздно, — он поднял сумку. — Я уже билет купил. Автобус в четыре. Собирайся.
— Ты билет купил? — Елена встала, вытерла слёзы рукавом. — Значит, ты всё заранее планировал?
Игорь промолчал, но по его лицу было видно, что так и есть.
— Как давно ты это задумал? — спросила она.
— Да какая разница! Лучше собирайся, а то опоздаешь!
Елена прошла на кухню, машинально включила чайник. Руки дрожали, она едва смогла достать из шкафчика чашку.
— Чего ты там копаешься? — крикнул из комнаты Игорь.
— Чай завариваю.
— Какой чай? Времени нет! Давай быстрее!
Елена выключила чайник, прислонилась к столу. На нём лежал список продуктов, который она написала утром. Хотела после работы в магазин зайти, купить всё для борща. Игорь любил борщ со сметаной и чёрным хлебом.
— Игорь, а как же работа? Мне завтра на работу идти надо.
— Позвонишь, скажешь, что заболела.
— А потом?
— А потом найдёшь новую работу. В деревне.
Елена вернулась в комнату. Игорь стоял у окна, курил. Пепел падал на подоконник.
— Ты же не на балконе куришь, — заметила она.
— А что? Теперь мне и в своей квартире курить нельзя?
— Можно, конечно. Просто...
— Просто что? Опять будешь учить меня жить?
Елена замолчала. Она подошла к комоду, достала из верхнего ящика фотографию. На ней они с Игорем стояли возле загса. Молодые, счастливые. Она в белом платье, он в тёмном костюме.
— Помнишь эту фотографию? — показала она мужу снимок.
Игорь посмотрел, отвернулся.
— Убери.
— Игорь, мы же любили друг друга!
— Любили, — он затушил сигарету о подоконник. — Но это было давно. Люди меняются, Лена. Я изменился, а ты нет. Ты такая же, как двадцать лет назад.
— И что в этом плохого?
— А то, что я не хочу жить с тобой, как двадцать лет назад! Я хочу чего-то другого!
— Чего другого? — Елена подошла к нему. — Скажи мне, чего ты хочешь? Я постараюсь...
— Не надо ничего стараться! — он отодвинулся от неё. — Поздно уже! Я принял решение!
— Игорь, а может, мы сходим к психологу? Или в церковь? Батюшка поговорит с нами...
— Ни к какому психологу я не пойду! И к батюшке тоже! Это всё глупости!
Елена села на стул, положила руки на колени. Она была такая тихая, такая покорная, что Игорь на минуту почувствовал жалость к ней. Но потом вспомнил, как она вчера поправила его при соседях, когда он рассказывал анекдот. Вспомнил, как она всегда знает, где что лежит, как её аккуратность раздражает его.
— Лена, — сказал он мягче, — не надо устраивать трагедию. Поживёшь у мамы, отдохнёшь от меня. Может, поймёшь, что я не такой уж плохой.
— А ты от меня отдохнёшь и поймёшь, что я не такая уж плохая?
— Может быть, — он пожал плечами. — Всё может быть.
— Игорь, а если я там, у твоей мамы, заболею? Или что-то случится?
— Мама о тебе позаботится. Она добрая женщина.
— Она меня не любит.
— Любит, любит. Просто характер у неё такой.
Елена встала, подошла к шкафу. Достала пальто, повесила его на стул. Потом достала тёплые сапоги, шерстяные носки.
— Мне тёплые вещи взять?
— Бери. В деревне холодно.
— Надолго я еду?
— Не знаю. Посмотрим.
Елена сложила в сумку несколько платьев, нижнее бельё, тёплый свитер. Она двигалась медленно, как во сне. Всё казалось нереальным.
— Игорь, а что соседи скажут?
— Скажем, что ты к матери поехала.
— А если они спросят, почему так надолго?
— Скажем, что она болеет.
— А если встретят меня в магазине через неделю?
— Не встретят. Ты же уедешь.
Елена закрыла сумку, посмотрела на Игоря. Он избегал её взгляда, ходил по комнате, что-то переставлял.
— Игорь, а что, если я не поеду?
— Поедешь, — он остановился. — Или я сам тебя отвезу.
— Силой?
— Если понадобится.
Елена почувствовала, что больше не может сдерживать слёзы. Она заплакала, прижав руки к лицу.
— Не плачь, — сказал Игорь. — Не помогает.
— Игорь, я не хочу жить без тебя!
— Перехочешь.
— Нет, не перехочу! Я тебя люблю!
— А я тебя нет.
Эти слова прозвучали так просто, так буднично, что Елена даже перестала плакать. Она смотрела на мужа, и ей казалось, что видит его впервые. Незнакомый мужчина средних лет, с усталым лицом и холодными глазами.
— Ты меня не любишь? — спросила она.
— Нет.
— Совсем?
— Совсем.
— А раньше любил?
— Раньше... — Игорь помолчал. — Раньше было по-другому.
— Как по-другому?
— Молодые были. Глупые. Думали, что это навсегда.
— А это не навсегда?
— Нет, не навсегда.
Елена подошла к окну. Дождь почти прекратился. Во дворе играли дети, их голоса доносились сквозь стекло.
— Игорь, а если бы у нас были дети?
— Что было бы?
— Ты бы меня не выгонял?
— Не знаю. Может, не выгонял.
— А почему у нас не было детей?
— Не получилось.
— Не получилось или не хотели?
— Не хотели. Ты не хотела.
— Я не хотела? — Елена обернулась. — Игорь, я очень хотела! Помнишь, как мы к врачам ходили?
— Ходили, — он махнул рукой. — Но особо не старались.
— Как не старались?
— А вот не старались. Если бы хотели, то родили бы.
Елена вспомнила те походы к врачам, анализы, лекарства. Она помнила, как плакала каждый месяц, когда понимала, что опять не получилось. Игорь тогда утешал её, говорил, что всё будет хорошо, что нужно подождать.
— Игорь, ты же сам сказал, что дети нам пока не нужны. Что нужно сначала квартиру купить, потом машину...
— Сказал. Ну и что?
— Как что? Мы же вместе решили!
— Решили, решили. Пора ехать.
Игорь взял сумку, пошёл к выходу. Елена постояла у окна, потом пошла за ним.
— Игорь, а ты будешь звонить мне?
— Буду. Иногда.
— Часто?
— Не знаю. Как получится.
Они вышли из квартиры. На лестничной площадке пахло капустой и кошачьим туалетом. Елена подумала, что больше никогда не будет подниматься по этой лестнице в свой дом.
— Игорь, а ключи мне оставишь?
— Зачем?
— Мало ли что. Вдруг понадобится что-то забрать.
— Не понадобится.
Они спустились во двор. Игорь шёл быстро, Елена едва успевала за ним. Сумка была тяжёлая, ручка врезалась в руку.
— Игорь, может, возьмёшь сумку?
— Сама донесёшь.
На остановке уже стояли люди. Автобус должен был подойти через десять минут. Игорь достал сигареты, закурил. Елена стояла рядом, сумка у её ног.
— Мама меня встретит? — спросила она.
— Встретит. Я ей звонил.
— А она знает, что мы... что мы поссорились?
— Знает.
— Что ты ей сказал?
— Сказал, что ты приедешь погостить.
— И всё?
— И всё.
Подъехал автобус. Игорь помог Елене забросить сумку в багажник, дал ей билет.
— Игорь, — она взяла его за руку, — ты подумай ещё раз. Может, не надо?
— Надо, — он высвободил руку. — Езжай.
— А если я передумаю там и захочу вернуться?
— Позвонишь.
— А ты разрешишь?
— Посмотрим.
Елена поднялась в автобус, села у окна. Игорь стоял на остановке, курил. Она постучала в стекло, помахала ему рукой. Он не ответил.
Автобус тронулся. Елена смотрела в окно на проплывающие дома, на знакомые улицы. Всё это было её жизнью, её миром. Теперь она ехала в чужое место, к чужой женщине, которая никогда её не любила.
Рядом с ней сидела пожилая женщина с корзинкой. Она посмотрела на Елену, заметила её заплаканные глаза.
— Что, дочка, в гости едешь? — спросила старушка.
— Да, — ответила Елена. — К свекрови.
— Надолго?
— Не знаю. Может, надолго.
— Свекровь — это хорошо. Она как вторая мать.
Елена кивнула, не зная, что ответить. За окном мелькали поля, деревни. Она думала о том, что будет делать в доме Марии Петровны. Как будет объяснять соседям, почему приехала одна. Как будет засыпать в чужой постели.
Автобус остановился на конечной остановке. Мария Петровна уже ждала. Высокая, строгая женщина в тёмном пальто. Она поцеловала Елену в щёку, взяла её сумку.
— Приехала, — сказала она. — Игорь звонил, сказал, что ты устала, отдохнуть хочешь.
— Да, — ответила Елена. — Устала.
— Ну ничего, здесь отдохнёшь. Воздух хороший, тихо. Поправишься.
Они шли по деревенской улице. Было уже темно, в окнах домов горел свет. Где-то лаяла собака. Елена думала о том, что её муж сейчас дома, один. Может быть, он уже жалеет о том, что сделал. Может быть, звонит ей, а она не отвечает.
— Мария Петровна, — сказала она, — а можно я домой позвоню?
— Зачем?
— Хочу сказать Игорю, что доехала хорошо.
— Утром позвонишь. Поздно уже.
Дом свекрови был небольшой, но уютный. Мария Петровна провела Елену в комнату, где стояла железная кровать и старый комод.
— Здесь будешь жить. Постель чистая, вчера стирала.
— Спасибо.
— Ужинать будешь?
— Нет, спасибо. Не хочется.
— Как хочешь.
Мария Петровна ушла. Елена осталась одна. Она села на кровать, посмотрела вокруг. На стене висели фотографии Игоря в разном возрасте. Маленький, школьником, в армии, на свадьбе. Везде он улыбался.
Елена легла на кровать, не раздеваясь. Она закрыла глаза и попыталась представить, что это всё сон. Что завтра она проснётся дома, в своей постели, рядом с мужем. Что они будут завтракать, как обычно, он будет читать газету, а она мыть посуду.
Но это был не сон. Это была её новая жизнь, которую она пока не умела принять.