— Ты не видел мой телефон? — спросила Катя из спальни, немного раздражённо.
Я сидел на кухне, тянул чай с лимоном и уткнулся в ноутбук. Было ещё только без десяти восемь. Обычно это моё тихое время.
Без разговоров. Без новостей. Без людей.
— Лежал где-то у микроволновки, кажется.
— А, вижу, нашла. Спасибо, — крикнула она, и я услышал, как она подхватила его со стола и пошла обратно в спальню.
Именно в этот момент он мигнул.
Телефон. Её.
Я краем глаза увидел всплывающее уведомление на экране:
WhatsApp. Видеозвонок. От «Мама».
И я бы не обратил внимания. Ну, мама — и мама.
Но был нюанс.
Тёща у нас женщина старой школы.
Не старуха, конечно, но консерватор ещё тот.
И всю жизнь у неё «кнопочный» телефон.
Последний я сам ей выбирал.
«Без всяких интернетов!» — так и сказала тогда.
«Только звонки. И чтобы цифры большие. Чтобы глаз не ломать».
А тут — видеозвонок по WhatsApp?
Серьёзно?
Я встал, будто в туалет пошёл. Но прошёлся мимо спальни.
Катя стояла у зеркала, держала телефон, но не подносила к уху.
— Тебе мама звонила, — сказал я будничным голосом.
Она чуть дёрнулась.
Потом — очень быстро — нажала кнопку блокировки.
— А, да. Ошиблась, видимо. Она иногда так делает — нажимает случайно.
— По WhatsApp?
— У неё ж теперь смартфон. Новый.
— Правда? А что со старым «кнопочным»?
— Потеряла.
Я молча кивнул.
Пошёл в туалет, как и планировал.
Сел на край ванны.
В голове начало стучать.
Катя врёт.
Врёт — и плохо.
Мы были у тёщи в конце зимы.
Катя тогда грозилась, что научит маму пользоваться «Валдберрисом».
Но та только отмахнулась:
— Кать, ну что ты выдумываешь? Мне и звонить-то толком некуда. Я к этим вашим вай-фаям не притрагиваюсь! Всё! Сказала — как отрезала.
А теперь вдруг у неё — смартфон?
С WhatsApp?
С видеозвонками?
Восемь утра.
Понедельник.
Катя только проснулась.
На работу опаздывает. Волосы не уложены. Без косметики.
А «мама» ей звонит по видео?
Да ну нахрен.
Я сел обратно.
Катя стояла у плиты, мешала овсянку.
Вела себя, как ни в чём не бывало.
Я посмотрел на неё. Долго.
Так, как будто вижу в первый раз.
— А ты маме позвони, скажи, пусть в гости приезжает, — спокойно бросил я.
— Ладно… потом, может. Сейчас не успею. Мне же собраться надо.
Я кивнул. Всё. Хватит. Больше не спрашиваю.
Но и забывать не собираюсь.
Я никогда раньше не лез к ней в телефон.
Принцип такой был.
Даже когда что-то царапало внутри, я говорил себе:
«Не устраивай паранойю. Не будь тем, кто шарится по перепискам. Это путь слабых»
Но когда ты в отношениях шесть лет…
Когда ты проходишь с человеком и ремонт, и кредиты, и ковидную больницу, и бабки на свадьбу, которые скидывали по тысяче рубасов всем миром…
— Ты не хочешь быть слабым.
Но ты не хочешь быть и слепым.
Катя уснула быстро. Устала, наверное.
Я лежал рядом и ждал.
Минут тридцать. Пока дыхание не стало ровным. Пока не начала храпеть — чуть-чуть, в нос. Как всегда, когда вырубается полностью.
Я встал. На цыпочках.
Взял её телефон.
Пальцем приложил. Разблокировался.
Открыл WhatsApp.
Контакт «Мама».
Аватарка — фото цветка.
Не лицо.
Подозрительно.
Открыл переписку.
— Не отвечаешь, киса…
— Уснула, наверное?
— Надеюсь, муж твой ничего не чует…
Господи, какая же мерзость.
— Прости, что набрал не вовремя.
— Не хотел тебя подставлять, надеюсь он не поймёт.
Он — это я.
А она писала:
— Да, всё норм. Он ни разу не трогал телефон.
— Я аккуратна, не переживай.
— Только ты мне не звони утром и вечером, ладно? Он всегда дома в это время.
И вишенка на торте: голосовые.
Нажал одно.
Жужжание, шорох. Потом:
— Я вспоминаю, как ты стонала на заднем сиденье…
Я не дослушал. Просто нажал «назад», вышел из приложения, положил телефон обратно.
Руки дрожали.
В голове не было ни крика, ни матов. Только пустота. И тошнота, как от тухлого мяса.
Я не стал её будить.
Не стал устраивать допрос.
Собрался, ушёл.
Купил себе кофе в круглосуточной. Сел на капот машины, как подросток, и тупо смотрел на дорогу.
Она спит с кем-то.
И скрывает его якобы тёщей.
Я даже не знаю, что хуже — измена, или то, что я столько месяцев ничего не замечал.
Я приехал домой ближе к десяти утра. Просто не знал, как ей в глаза смотреть. Думала, что я на работе сейчас, а у неё выходной сегодня.
Когда открыл дверь, Катя уже была на кухне. В халате, с чашкой кофе, как всегда. Голову подняла, улыбнулась чуть устало:
— А ты чего тут, не на работе?
— Надо было дела кое-какие поделать, подумать.
— Проблемы?
— Есть.
Она села. Смотрит на меня, будто первый раз видит.
— Слушай, Кать… — начал я, стараясь говорить ровно, — А у тебя мама точно на смартфон перешла, да?
— Ну… я же говорила.
— Интересно. Просто у неё на столе до сих пор та самая «Нокия», старая.
Я утром заезжал, тортик привозил. Мы чай пили. Болтали о тебе.
Катя замерла.
Пауза.
Взгляд дрогнул.
— Ну, может… — попыталась начать, но я перебил:
— Может, стоит объяснить, почему номер, под которым записана твоя «мама», тебе пишет «киска» и шлёт фотки с торсом?
Молчание.
— Или ты хочешь сказать, что у вас с мамой такие тёплые отношения?
Её лицо побледнело. Она поставила чашку.
Медленно. С усилием, будто пальцы не слушаются.
— Ты… читал?
— Не всё. Достаточно пары строчек, чтобы захотелось блевать.
— Это… это не то, что ты думаешь.
Я усмехнулся.
— Правда? А что я должен думать, когда вижу, как моя жена получает сообщения от неизвестного мужика, записанного под именем «мама», в которых он говорит, как ты стонала у него на заднем сиденье?
— Саш…
— Не Сашкай.
Она закрыла лицо руками.
— Я не знаю, зачем… Я не думала, что так выйдет…
— Ты не думала, что попадёшься. Вот о чём ты не думала. А не про то, что делаешь.
Тишина.
Слышно, как часы на кухне тикают.
Как в сериале перед сценой развода.
— Я… я не хотела, чтобы так. Это просто…
— Привычная история. «Не хватало внимания», «Он появился в нужный момент», «Случайно получилось». Знаю, слышал. Все одно и то же.
— Это всё? — спросил я, смотря на неё. — Или хочешь сказать что-то по-настоящему стоящее?
Она села, сцепила руки.
— Саша… Я не знаю, что с нами стало. Я честно… я не собиралась никого искать. Просто на работе… он был рядом. Слушал. Помог. И в какой-то момент… я не знаю. У меня всё смешалось. Я не искала этого.
Я просто — устала от тишины между нами.
Я замер.
— Тишина — это не предательство. Это усталость, которую можно преодолеть.
А ты не стала пытаться. Ты просто… пошла и трахнулась.
А потом спрятала его под именем моей тёщи.
Ты даже не постаралась быть честной. Ни в чём.
Она заплакала.
Не рыдала. Просто слёзы потекли.
Мне не было её жалко.
Мне не было больно.
Я чувствовал только холод.
Тот самый, который приходит, когда у тебя внутри всё уже решено.
И всё, что я мог думать:
“Где я был, когда это всё происходило?”
“Почему я не чувствовал?”
“Почему мне не сказали, не намекнули, не…”
А потом пришёл другой вопрос.
А зачем я хочу, чтобы мне говорили? Чтобы мне было больнее?
Нет.
Хуже, чем знать, что человек тебя предал, ничего нет.
Особенно, когда он живёт с тобой под одной крышей.
Готовит тебе борщ.
Моет за тобой кружки.
И пишет другому, что скучает.
Она всё ещё сидела на краю кровати.
Халат сполз с плеча, волосы лезли в глаза.
Заплаканная. Сломанная.
И раньше бы мне было её жаль.
Раньше я бы подошёл. Обнял. Даже если внутри — огонь.
Но не в этот раз.
Я сказал спокойно, чётко.
Не как обиженный. Как человек, который понял всё.
— Катя, собирай вещи.
— Что?..
— То, что слышала.
Она встала.
— Ты выгоняешь меня?
— Нет. Я просто вывожу тебя из своей жизни.
Без скандалов. Без истерик. Без вторых шансов.
— Саша, я… Я не думала, что…
— Именно. Ты не думала. Ни в момент, когда ехала к нему. Ни когда ложилась рядом. Ни когда записывала его так в телефоне.
Она дрожала. Но не подошла.
— Я не хочу терять тебя…
— А я уже потерял тебя, Катя. Там, в этих сообщениях. В его голосе. В твоей тишине.
Она прижала руки к груди.
Ничего не сказала.
Смотрела. Как на незнакомца.
— Ты можешь остаться у матери. Или у него. Мне плевать.
Я переночую у друга. Утром вернусь — тебя уже не должно быть.
— Ты не дашь мне объяснить?..
— Мне не нужны объяснения. Мне нужна была верность.
Хотя бы уважение.
Но ты даже этого не смогла сохранить.
Я прошёл мимо.
На выходе сказал:
— Возьми с собой всё и закроешь двери. И не оставляй ключ, замок я сменю всё равно.
Потом была тишина.
Та, которую она раньше ненавидела.
Только теперь — она тянулась у неё в ушах, в груди, в голове.
Я вышел, захлопнул дверь и даже не обернулся.
На улице было тихо. Ни ветра, ни звуков.
Я закурил.
И понял одно: всё. Назад уже не будет. И не надо.
Пусть теперь другим шлёт голосовушки.
Мне больше не интересно.
Подписка обязательно, чтобы не пропустить новые истории 👍
Подборка других историй⬇️
А также телеграмм ⬇️