Найти в Дзене

Мой второй день рождения

Мой второй день рождения Мне 38, Карцеву 28 — вся жизнь впереди! И впереди — танцевальный тур в Италию! Состав: 40 прекрасных дев и 5 прынцев. Все подали на визу, и всем её дали. Кроме одного человека. Догадаться несложно — кому. В тот период у меня было помешательство. Я ревновала Макса к каждому столбу — не то что к сорока нафуфыренным девицам, которые должны были провести с ним неделю в Венеции. Не хочу рассказывать, как я орала, плакала, проклинала и ненавидела всех — у меня реально была истерика. И вот, успокоившись (если так можно сказать), я принимаю решение: беру свой итальянский чемодан, еду с ним в Минск, а оттуда — тусоваться в Витебск, на «Славянский базар», где собираются все звёзды российской и зарубежной эстрады! Я буду мстить. И мстя будет страшна! Сейчас вспоминаю и думаю: во, дура! Кому мстить-то собралась? И вот я уже мчусь на машине со своими друзьями — Димкой, Катей, Настей — по трассе Минск–Витебск. И как раз в это время в России издают указ, что пристёгив

Мой второй день рождения

Мне 38, Карцеву 28 — вся жизнь впереди! И впереди — танцевальный тур в Италию! Состав: 40 прекрасных дев и 5 прынцев.

Все подали на визу, и всем её дали. Кроме одного человека. Догадаться несложно — кому.

В тот период у меня было помешательство. Я ревновала Макса к каждому столбу — не то что к сорока нафуфыренным девицам, которые должны были провести с ним неделю в Венеции.

Не хочу рассказывать, как я орала, плакала, проклинала и ненавидела всех — у меня реально была истерика.

И вот, успокоившись (если так можно сказать), я принимаю решение: беру свой итальянский чемодан, еду с ним в Минск, а оттуда — тусоваться в Витебск, на «Славянский базар», где собираются все звёзды российской и зарубежной эстрады!

Я буду мстить. И мстя будет страшна! Сейчас вспоминаю и думаю: во, дура! Кому мстить-то собралась?

И вот я уже мчусь на машине со своими друзьями — Димкой, Катей, Настей — по трассе Минск–Витебск.

И как раз в это время в России издают указ, что пристёгиваться надо на всех сиденьях.

Я задаю вопрос впереди сидящим:

— Ребята, вы пристегнулись? На что Димка, водитель, отвечает: — Ну если ты так переживаешь — можем пристегнуться. А вот вам не обязательно.

Я ему в ответ: — Ты знаешь, я уже гражданин России. А у нас по правилам и сзади пристёгиваются. Так что, Катька, пристёгивайся — мы взлетаем!

А дальше — как во сне. Только мы пристегнулись, как нас на бешеной скорости сбивает машина, и мы кубарем с огромного моста падаем в реку.

Я пришла в себя в воде. Машина уже наполовину затоплена и идёт ко дну. Мы смотрим друг на друга и как-то тупо улыбаемся.

И вдруг Настя как заорет: — Срочно отстёгиваемся и выплываем! Благо выбило лобовое стекло, мы, девочки, выбрались быстро. А вот Димка — кило сто двадцать — его втроём тянули.

Когда мы оказались на берегу, машина уже ушла под воду. А все наши чемоданы — плыли по реке.

Приблизительно в это время примчалась милиция с машиной, в которую обычно собирают трупы.

Потому что падение с десятиметрового моста в реку другого и не предполагало.

Каково же было их удивление, когда они увидели, что мало того, что мы все живые, так ещё и чемоданы свои из воды вытягиваем.

Короче, нас всё равно погрузили в «труповозку» и привезли в сельскую больницу.

Потому что, понимаете, — от шока и курица без головы бегает.

Как только мы приехали, врачи странно на меня посмотрели, тут же положили, надели на шею шину и запретили двигаться.

Значит, лежу я в палате, а мои по ходу отделались лёгким испугом и сидят в кабинете главврача, а он их спиртом угощает — типа стресс снимают.

Я зову медсестру и спрашиваю: — Что со мной? Я тоже хочу к главврачу спирт пить! А она смотрит на меня и плачет.

Тут уже испугалась и я. — Что со мной? А она отвечает: — Я не могу вам сказать. Вы только пальчиками на ножках шевелите.

Если к утру будут все шевелиться — то всё хорошо!

Пипец, «успокоила»!

Смысл в том, что если шея переломана, то к утру конечности перестанут шевелиться. А если ушибы — то всё ок.

Короче, я всю ночь глаз от страха не сомкнула. Всё пальцами шевелила.

А утром пришёл чувак, у которого был ключ от рентген-кабинета (ничего не говорите).

Мне сделали снимок — и оказалось, что это сильнейшие ушибы. И лежать в этой забытой богом деревне я буду две недели без движения и ходить на утку!

Ещё нюанс. Когда я уже типа лежала «в коме», Настя взяла телефон и позвонила Максу в Италию со словами: — Макс, Наташа разбилась на машине, машина утонула, но Наташа жива.

На этом связь прервалась и телефон отключился.

Макс услышал: «Машина разбилась, Наташа утонула!»

Карцев сказал, что чуть с ума не сошёл, пока не разобрался что к чему.

На следующий день все уехали уже работать в Витебск, а я осталась в больнице с местной «интеллигенцией».

Контингент — ещё тот: то алкаш с перебитой топором головой, то трактористу ногу закрутило на сенокосе.

Зато какой был персонал — медсёстры и врачи…

Пишу — и слёзы на глазах.

Люди, которые закончили мединститут, имели высшее образование, за 30 долларов в месяц работали в этой забытой богом деревне, а относились к тебе как к вип-клиенту!