Предыдущая часть:
Роман кивнул, его лицо было серьезным.
— Обещаю, Ксюш. Честное слово. Больше никаких секретов. У меня их и нет уже, клянусь.
Они помолчали. Ксения чувствовала, что злость постепенно уходит, но на ее место приходила усталость. Она хотела верить Роману, хотела вернуть то тепло, что всегда было между ними. Но для этого нужно было сделать шаг навстречу.
— Хорошо, — тихо сказала она. — Давай попробуем разобраться. Но я хочу, чтобы мы решили, что делать с квартирой, вместе. Не ты один, а мы. Это ведь и моя семья тоже.
Роман улыбнулся, впервые за вечер, и осторожно обнял жену. На этот раз она не отстранилась.
— Конечно, милая. Вместе.
Следующие дни были наполнены разговорами. Роман рассказал Ксении все, что узнал от Юли. О том, как их отец, еще будучи молодым, ненадолго ушел из семьи после ссоры с матерью Романа. О том, как он встретил другую женщину, которая родила ему дочь. О том, как он вернулся к жене, но продолжал тайно помогать Юле, пока та росла с бабушкой. Ксения слушала внимательно, стараясь понять. Она задавала вопросы, уточняла детали, и Роман отвечал, не утаивая ничего. Он показал ей старые фотографии, где они с Юлей, еще детьми, стояли рядом на детской площадке. Сходство было поразительным: те же скулы, тот же разрез глаз. Ксения, глядя на снимки, почувствовала, как последние сомнения тают.
— Она правда твоя сестра, — пробормотала она, проводя пальцем по фотографии. — Как странно, что ты столько лет не знал.
— Я знал, но не понимал, — ответил Роман. — Папа водил меня к ней, но говорил, что это просто дочка его знакомой. Я был маленький, мне и в голову не приходило, что она моя сестра. А потом он перестал меня туда водить. Наверное, боялся, что я проболтаюсь маме.
Ксения кивнула. Она начала понимать, почему Роман так упорно молчал. Это была не его тайна, и он чувствовал себя обязанным сохранить ее ради отца. Но она все еще не могла смириться с мыслью, что их дочь, Виктория, будет расти в общежитии, пока Юля получит просторную квартиру.
— Ром, я понимаю, что ты хочешь выполнить папину волю, — начала она однажды за ужином. — Но ты подумал о нас? О Вике? Ей нужна своя комната, нормальная ванна, а не общая кухня на этаже. Мы не можем вечно жить в этой комнате. Ты же сам видишь, как тут тесно.
Роман отложил ложку и посмотрел на жену. Он знал, что она права, но мысль о том, чтобы оставить Юлю без ничего, тоже не давала ему покоя.
— Я думал об этом, Ксюш. И Юля, кстати, тоже. Она сама предложила вариант. Мы можем продать квартиру и разделить деньги пополам. Ей хватит на однокомнатную, а нам, если добавить немного, — на двушку. Так никто не останется в обиде.
Ксения замерла, переваривая услышанное. Это был компромисс, о котором она даже не думала. Она ожидала, что Роман будет настаивать на своем, но он, похоже, действительно искал решение, которое устроит всех.
— Ты серьезно? — спросила она. — Юля согласна?
— Да, — кивнул Роман. — Она не хочет, чтобы из-за этой квартиры мы с тобой ссорились. Сказала, что Вика — ее племянница, и она не позволит, чтобы мы тащили ее в общежитие.
Ксения невольно улыбнулась. Юля, которую она еще недавно считала аферисткой, оказалась не такой уж плохой. Может, и правда стоит дать ей шанс?
— Ладно, — сказала Ксения. — Давай попробуем. Но я хочу с ней поговорить. Сама. Без тебя.
Роман удивился, но кивнул:
— Хорошо. Я дам тебе ее номер. Только, Ксюш, не ругайтесь, ладно? Она хорошая, правда.
Ксения фыркнула, но в ее глазах уже не было той злости, что раньше. Она чувствовала, что они с Романом на верном пути.
Через пару дней Ксения встретилась с Юлей в кафе неподалеку от завода. Юля оказалась невысокой, с аккуратно собранными в пучок волосами и мягкой улыбкой. Она сразу начала разговор, не давая Ксении времени на неловкость:
— Ксюша, я понимаю, как это все выглядит со стороны. Ты, наверное, думаешь, что я какая-то проходимка, которая хочет отнять у вас квартиру. Но я правда не такая. Я просто… я хотела, чтобы папа мной гордился. Он всегда говорил, что позаботится обо мне, но не успел.
Ксения слушала, глядя на Юлю. В ее голосе не было фальши, и это подкупало. Она рассказала, как росла с бабушкой в деревне, как отец приезжал раз в несколько месяцев, привозил деньги, игрушки, а иногда просто гулял с ней по парку. Ксения, сама выросшая в большой семье, начала понимать, как одиноко, должно быть, было Юле.
— Я не хочу ссорить вас с Романом, — продолжала Юля. — Поэтому и предложила продать квартиру. Мне хватит на маленькую студию, а вам — на что-то побольше. Я ведь тоже хочу, чтобы Вика росла в нормальных условиях.
Ксения кивнула. Она все еще не до конца доверяла Юле, но ее слова звучали искренне. К тому же, мысль о собственной квартире, пусть и небольшой, грела душу.
— Хорошо, — сказала Ксения. — Давай сделаем так. Но я хочу, чтобы все было по-честному. И… если ты не против, я могу помочь тебе с оформлением твоей квартиры. Я немного увлекаюсь дизайном, могу подсказать пару идей.
Юля просияла:
— Серьезно? Это было бы здорово! Я в этом ничего не понимаю.
Они проговорили еще час, и Ксения, к своему удивлению, поймала себя на том, что Юля ей нравится. В ней было что-то от Романа — та же мягкость, та же открытость. Ксения даже заметила, что Юля, как и ее свекр, слегка прищуривается, когда смеется, и это вызвало у нее невольную улыбку.
— Знаешь, ты правда похожа на отца Романа, — сказала Ксения. — Не только внешне, но и жестами, мимикой. Даже голос похож.
Юля смутилась, но приняла это как комплимент. Они расстались почти подругами, договорившись держать связь. Ксения вернулась домой с легким сердцем. Впервые за долгое время она чувствовала, что все налаживается.
Роман, узнав о встрече, был счастлив. Он обнял Ксению и прошептал:
— Спасибо, милая. Я знал, что ты самая лучшая.
— Не обольщайся, — шутливо ответила Ксения, но в ее голосе уже не было прежней напряженности. — Я просто не хочу, чтобы Вика росла в комнате, где пахнет краской и соседской капустой.
Роман рассмеялся, и они вместе начали строить планы. Пока оформление наследства и продажа квартиры были в процессе, Роман снял для них небольшую двухкомнатную квартиру в соседнем районе. Она была уютной, с чистыми обоями и окнами, выходящими на сквер. Ксения с радостью принялась обустраивать новое жилье, расставляя мебель и добавляя мелочи, которые делали его их собственным. Она даже повесила на кухне яркие занавески, о которых давно мечтала, и Роман, глядя на ее энтузиазм, чувствовал, что поступил правильно.
— Смотри, Ром, — сказала Ксения, показывая ему эскиз детской комнаты. — Тут будет кроватка для Вики, а тут — комод. А на стене я хочу наклеить обои с облаками. Как тебе?
— Класс, — ответил Роман, обнимая жену. — Ты у меня дизайнер от бога.
Ксения улыбнулась. Она больше не злилась на мужа, хотя и напомнила ему о своем условии:
— Помни, Ром, никаких тайн. Если у тебя появится еще один брат или сестра, я тебя из дома выгоню.
— Да где ж я их возьму? — рассмеялся Роман. — Юли мне вполне хватило.
Они шутили, но оба понимали, что за этими шутками стоит серьезный урок. Ксения ценила Романа еще больше, понимая, как близко они были к тому, чтобы потерять друг друга из-за недомолвок. Роман, в свою очередь, чувствовал вину за то, что заставил жену нервничать, и старался загладить ее заботой. Он приносил домой ее любимые пирожные, помогал с уборкой и даже научился готовить простые ужины, чтобы Ксения могла отдыхать.
Беременность подходила к концу, и Ксения с Романом с нетерпением ждали рождения Виктории. Они ходили на УЗИ, где врач подтвердила, что малышка здорова и развивается отлично. Ксения уже оформила декретный отпуск и проводила дни, готовясь к появлению дочери. Она купила коляску, о которой мечтала, и теперь с удовольствием представляла, как будет гулять с Викой по скверу. Роман, приходя с работы, ложился рядом с женой и клал руку на ее живот, чувствуя толчки дочери.
— Она уже такая активная, — говорил он, улыбаясь. — Будет, как ты, Ксюш. Вся в маму.
— Нет, в папу, — возражала Ксения. — Будет такая же добрая и упрямая.
Они смеялись, и эти моменты были полны тепла. Ксения иногда вспоминала те страшные дни, когда думала, что их брак рушится, но теперь это казалось далеким сном. Главное, что они были вместе, и никто не мог помешать их счастью.
Юля тоже не исчезла из их жизни. Она регулярно звонила, рассказывала, как идет оформление документов на квартиру, и даже присылала Ксении фотографии идей для своей будущей студии. Ксения, к своему удивлению, обнаружила, что ей нравится помогать Юле. Они обсуждали цвета обоев, расположение мебели и даже спорили о том, какие шторы лучше подойдут к окнам. Юля оказалась благодарной слушательницей, и Ксения, увлеченная дизайном, чувствовала себя в своей стихии.
— Знаешь, Ром, — сказала она однажды, — Юля, может, и не аферистка. Она нормальная. Даже симпатичная.
Роман рассмеялся:
— Я же говорил! Ты просто не дала ей шанса сразу.
— Ну, извини, что я не прыгала от радости, увидев ее в папиной квартире, — фыркнула Ксения, но в ее голосе уже не было злости.
Роман обнял жену, и они вместе посмотрели на эскиз детской, который Ксения нарисовала накануне. Жизнь налаживалась, и будущее казалось светлым. Они знали, что впереди еще много работы — покупка квартиры, рождение Вики, новые заботы. Но они были готовы ко всему, потому что были вместе.
— Как хорошо, что я тебя нашел, — сказал Роман, целуя Ксению в лоб.
— Нет, это я тебя нашла, — ответила она, прижимаясь к нему крепче.