Катя стояла у порога материнской квартиры, держа в руках маленький чемодан. Живот уже заметно округлился – шестой месяц беременности давал о себе знать. Она надеялась, что мама поймет, поддержит, но первые же слова Валентины Петровны развеяли все иллюзии.
– Ну и дура же ты! – прошипела мать, даже не пригласив дочь войти. – Столько лет училась, институт закончила, а теперь что? Залетела от какого-то проходимца!
– Мам, Андрей не проходимец. Мы любим друг друга. Просто пока не можем расписаться, у него развод еще не оформлен...
– Развод! – взвилась Валентина Петровна. – Значит, ты еще и любовница чужого мужа! Только этого мне не хватало! Знаешь, сколько я сил потратила, чтобы тебя вырастить? После смерти отца одна с тобой мучилась, в три работы работала, чтобы ты образование получила!
Катя попыталась объяснить:
– Когда мы с Андреем познакомились, он уже год как не жил с женой. Они только формально не развелись из-за имущественных споров. Он сказал, что к концу года все оформит, и мы поженимся.
– Сказал! – фыркнула мать. – А ты, дурочка, поверила! Замужних мужчин не бывает одиноких, Катя. Это азбучная истина. И теперь что? Ребенок без отца будет расти?
– Не будет. Андрей очень хочет этого малыша. Он уже подыскивает нам квартиру, говорит, что после Нового года подаст на развод, и мы сразу распишемся.
Валентина Петровна прошла в комнату, села в кресло и с презрением посмотрела на дочь:
– Ты думаешь, я вчера родилась? Мужики всякое наплетут, лишь бы добиться своего. А когда припрет – исчезнут, как их и не было. И что ты будешь делать с ребенком на руках? Кто тебя такую возьмет замуж?
– Почему ты так говоришь? – Катя почувствовала, как подступают слезы. – Ты же даже не знаешь Андрея. Он хороший человек, ответственный. У него своя строительная фирма, он обеспечен...
– Обеспечен, говоришь? – желчно усмехнулась мать. – Тогда где обручальное кольцо? Где штамп в паспорте? Где гарантии, что он тебя не бросит? Небось говорит тебе, что жена злая, детей не отдает, дом отсудить хочет?
Катя покраснела. Андрей действительно жаловался, что Марина специально затягивает развод, требует половину бизнеса и дачу.
– Я не хочу об этом спорить, – тихо сказала Катя. – Я приехала, потому что нам нужно найти временное жилье. Андрей сейчас в командировке в Петербурге, проект заканчивает. А в съемной квартире ремонт делают, там жить невозможно. Я думала, можно у тебя на недельку остановиться...
– Ага! – вскочила Валентина Петровна. – А неделька в месяц превратится, а месяц в год! Нет уж, дорогая. Я не собираюсь разгребать последствия твоей глупости. Хочешь жить с женатиком – живи, но не в моем доме!
– Но мам, я же твоя дочь! – воскликнула Катя. – Неужели ты не поможешь мне в трудную минуту?
– Дочь! – зло рассмеялась Валентина Петровна. – Хорошая дочь не опозорила бы мать, не стала бы любовницей! Ты представляешь, что соседи говорят? Валентина Петровна, мол, такую дочь воспитала – с женатыми спутывается!
Катя опустилась на диван, чувствуя, как ноги подкашиваются.
– Я никого не позорила. Мы с Андреем любим друг друга. Да, получилось так, что ребенок появится раньше, чем мы поженимся, но разве это преступление?
– Для меня – да! – отрезала мать. – Я тебя учила, что сначала свадьба, потом дети. А не наоборот. И теперь что? Мне на пенсии няньчиться с твоим внебрачным ребенком? Хватит с меня одной тебя!
– Никто тебя не просит няньчиться! – возмутилась Катя. – Я просто хотела переждать у тебя несколько дней!
– Нет, и точка! – категорично заявила Валентина Петровна. – Либо избавляешься от этого ребенка, пока не поздно, либо проваливай из моего дома и больше не появляйся!
Катя вскочила, прижав руки к животу:
– Как ты можешь такое говорить? Это же твой внук! Или внучка!
– Это незаконнорожденный ребенок от женатого мужчины! – взвизгнула мать. – И я не хочу иметь с этим ничего общего! Ты думаешь, мне приятно будет объяснять знакомым, почему моя дочь родила ребенка без мужа?
– Но у меня есть муж! Андрей...
– Андрей чужой муж! – перебила Валентина Петровна. – И останется чужим, пока не разведется. А разведется ли – большой вопрос. Обычно такие мужики обещают золотые горы, а потом исчезают.
Катя почувствовала, как начинается головокружение. Она рассчитывала на материнскую поддержку, а получила полное отвержение.
– Мам, пожалуйста, – попробовала она еще раз. – Дай мне хотя бы пару дней, чтобы найти другой вариант. Я не могу просто так на улице остаться...
– Могла подумать об этом раньше, когда ноги раздвигала! – грубо бросила мать. – А теперь расхлебывай сама. У твоего драгоценного Андрея наверняка есть друзья, родственники. Вот и проси их о помощи!
– У него мать в другом городе живет, а здесь... он особо ни с кем не дружит. Все время работает, – растерянно пробормотала Катя.
– Ну да, конечно! Работает! – ехидно усмехнулась Валентина Петровна. – Небось дома у своей законной жены сидит, детей укладывает спать. А ты, дурочка, веришь в командировки!
– Андрей не врет! – вспыхнула Катя. – Он мне каждый день звонит, фотографии с объекта присылает!
– Фотографии! – расхохоталась мать. – Из интернета любую картинку скачать можно! Катя, ну неужели ты такая наивная? Посмотри на себя со стороны: беременная любовница, которая ждет принца на белом коне!
Слова матери больно резанули по сердцу. Катя вдруг подумала, а что если мама права? Что если Андрей действительно обманывает? Но нет, она же видела документы о разводе, видела его вещи в холостяцкой квартире...
– Я уйду, – тихо сказала Катя, поднимаясь с дивана. – Но помни, мама: если ты сейчас меня выгонишь, я больше никогда к тебе не приду. Даже когда ты состаришься и будешь нуждаться в помощи.
– Вот и не приходи! – отмахнулась Валентина Петровна. – Мне такая дочь не нужна. Только позор на семью навлекает!
Катя взяла чемодан и направилась к выходу. На пороге обернулась:
– А если с ребенком что-то случится? Если я не справлюсь одна?
– Твои проблемы, – холодно ответила мать. – Надо было думать раньше.
Дверь захлопнулась за спиной Кати. Она стояла на лестничной площадке, не понимая, куда идти. Телефон показывал семь вечера. До завтрашнего утра нужно было где-то переночевать.
Катя вызвала такси и поехала в круглосуточное кафе. Там заказала чай и попыталась дозвониться до Андрея. Телефон был недоступен. Возможно, он действительно был на объекте, где плохо ловила связь.
К полуночи стало ясно, что Андрей не ответит. Катя забронировала номер в недорогой гостинице и провела бессонную ночь, обдумывая свое положение.
Утром телефон наконец зазвонил. Андрей извинялся за молчание – на объекте проблемы с вышками связи. Узнав о ситуации с матерью, он ужаснулся:
– Катюш, прости, что не был рядом. Послушай, я сегодня же возвращаюсь. Сниму нам другую квартиру, временную. А через две недели переезжаем в нашу новую, я уже договорился.
– А как дела с разводом? – осторожно спросила Катя.
– Марина согласилась на мировое соглашение. До Нового года все оформим. Держись, любимая, скоро будем вместе.
Вечером Андрей приехал, обнял Катю, извинился за все неудобства. Они сняли двухкомнатную квартиру в хорошем районе. Андрей окружил Катю заботой, ездил с ней на УЗИ, покупал все необходимое для будущего ребенка.
В декабре они узнали, что ждут сына. Андрей был счастлив и уже выбирал имя. Развод действительно оформлялся, Марина больше не чинила препятствий.
– Видишь, – говорил Андрей, целуя Катин живот, – твоя мама была не права. Мы справились, и скоро будем настоящей семьей.
Но Катя все равно тосковала по матери. Как ни больно было признавать, она скучала по тому времени, когда могла поделиться радостями и проблемами с самым близким человеком.
В январе, когда Катя и Андрей официально поженились, она отправила матери фотографию со свадьбы и УЗИ малыша. Ответа не было.
Сын родился в марте. Катя назвала его Максимом. Андрей не отходил от жены и сына, был самым заботливым отцом и мужем.
Когда Максиму исполнился месяц, Катя решила последний раз попробовать наладить отношения с матерью. Она приехала к ней домой с коляской.
Валентина Петровна открыла дверь, увидела дочь с ребенком и растерялась:
– Катя? Ты зачем приехала?
– Хотела познакомить тебя с внуком, – тихо сказала Катя. – Это Максим.
Мать заглянула в коляску, где спал розовощекий малыш, и на мгновение лицо ее смягчилось. Но тут же она взяла себя в руки:
– И что? Думаешь, я забуду, как ты меня опозорила?
– Мам, я не опозорила тебя. Я вышла замуж, родила здорового ребенка. Андрей оказался именно таким, каким я говорила – надежным и любящим.
– Повезло тебе, – буркнула Валентина Петровна. – Но это не меняет того, что ты меня не послушалась.
– Я была права, – твердо сказала Катя. – И я хочу, чтобы мой сын знал свою бабушку. Но если ты не готова к этому...
– Не готова, – отрезала мать. – Мне стыдно перед соседями. Они теперь все знают, что моя дочь родила от любовника.
– Тогда прощай, мама, – грустно произнесла Катя. – Когда-нибудь ты поймешь, что потеряла.
Она развернула коляску и ушла. В этот раз – навсегда.
Максим рос в любви и заботе. У него были папа, мама, бабушка и дедушка со стороны Андрея. Он никогда не узнал, что у него была еще одна бабушка, которая отказалась от него еще до рождения.
А Валентина Петровна осталась одна в своей правоте и гордыне, так и не увидев, какой замечательный внук у нее мог бы быть.
Прошло пять лет с того дня, как Катя последний раз видела свою мать. Максим вырос в жизнерадостного мальчишку с темными глазами отца и упрямым подбородком матери. Он ходил в детский сад, занимался футболом и рисованием, а дома постоянно что-то мастерил из конструктора.
Катя работала переводчиком в международной компании, Андрей успешно развивал строительный бизнес. Они жили в собственном доме в пригороде, который Андрей построил специально для своей семьи. У них была большая кухня с панорамными окнами, просторная гостиная и детская комната, где Максим мог играть сколько угодно.
В этом году они планировали второго ребенка. Катя мечтала о дочке, а Андрей говорил, что будет рад любому малышу, главное – чтобы все были здоровы.
Однажды вечером, когда они всей семьей смотрели мультфильм, раздался звонок в дверь. Андрей открыл и удивленно позвал жену:
– Катя, к тебе пришли.
На пороге стояла соседка Валентины Петровны – Анна Ивановна, пожилая женщина, которую Катя хорошо помнила с детства.
– Катенька, дорогая, – взволнованно заговорила она, – мне так неловко к тебе обращаться, но я не знаю, к кому еще идти. Дело в том, что твоя мама... она уже неделю не выходит из квартиры. Я стучу к ней – не отвечает. Газеты в почтовом ящике накопились, молоко не забирает.
Катя почувствовала, как сердце сжалось от тревоги:
– А что случилось? Она болела?
– Да вот в том-то и дело, что не знаю, – растерянно ответила Анна Ивановна. – Последний раз видела ее в понедельник, шла из магазина. Выглядела плохо – бледная, худая очень. А потом как в воду канула. Я уже думала милицию вызывать, но решила сначала тебе сообщить.
Андрей обнял жену за плечи:
– Катюш, поедем проверим. Максим останется с моими родителями.
Дорога до материнского дома показалась бесконечной. Катя нервничала, прокручивая в голове различные сценарии. Что если с мамой что-то серьезное случилось? Что если она лежит без сознания, а им некого винить, кроме себя?
У подъезда их встретила Анна Ивановна с ключами:
– Управляющая дала запасной ключ. Сказала, если не отзовется – вскрывать замок.
Они поднялись на четвертый этаж. Катя позвонила в дверь – тишина. Попробовала открыть ключом – дверь была заперта изнутри на цепочку.
– Мама! – громко позвала Катя. – Мама, это я, Катя! Открой, пожалуйста!
Несколько секунд тишины, затем послышались медленные шаги. Цепочка со скрипом отодвинулась, и дверь приоткрылась.
Катя едва узнала свою мать. Валентина Петровна осунулась, похудела, волосы висели неопрятными прядями. На ней был старый халат, который она не снимала, видимо, уже много дней.
– Что тебе нужно? – хрипло спросила она, не приглашая войти.
– Мам, соседи волнуются. Ты не выходишь из дома, не отвечаешь на звонки. Что случилось?
Валентина Петровна молча смотрела на дочь, потом перевела взгляд на Андрея:
– А, привела мужа своего показать, какая у меня жизнь теперь?
– Мама, мы пришли, потому что беспокоимся о тебе, – мягко сказала Катя. – Можно войти?
Валентина Петровна неохотно отступила. Квартира поразила Катю своим состоянием: везде стояли немытые тарелки, на столе лежали просроченные продукты, в воздухе висел затхлый запах.
– Мам, ты болеешь? – испуганно спросила Катя.
– А тебе какое дело? – огрызнулась мать. – Пять лет не интересовалась, как я живу, а теперь пришла?
– Я приходила. С Максимом. Ты сама не захотела нас видеть, – напомнила Катя.
При упоминании внука лицо Валентины Петровны дрогнуло, но она быстро взяла себя в руки:
– И правильно делала. Нечего мне на ваше счастье смотреть.
Андрей не выдержал:
– Валентина Петровна, давайте без обид. Мы видим, что вам плохо. Позвольте помочь.
– Помочь? – горько рассмеялась она. – А где вы были, когда мне помощь нужна была? Когда меня с работы сократили в прошлом году? Когда пенсию задерживали на три месяца? Когда соседи за спиной шушукались: смотрите, мол, какая Валентина Петровна гордая была, а дочка от нее отреклась!
Катя почувствовала, как подступают слезы:
– Мам, я не знала... Ты же сама сказала, чтобы я не приходила.
– Знала! – вспылила Валентина Петровна. – Анка из двадцать третьей квартиры видела тебя в торговом центре с ребенком. Красивая, счастливая, в дорогой одежде. А про мать забыла совсем!
– Я не забывала, – тихо сказала Катя. – Я каждый день думала о тебе. Но ты так жестоко меня тогда отвергла... Я боялась снова получить отказ.
Валентина Петровна вдруг села на диван и заплакала:
– Я же думала, что делаю правильно! Хотела, чтобы ты поняла свою ошибку, вернулась ко мне, попросила прощения. А ты замуж вышла, ребенка родила... Без меня все сделала.
Катя подошла к матери, осторожно села рядом:
– Мам, я хотела, чтобы ты была рядом. Очень хотела. Когда Максим родился, я плакала, что у него нет бабушки. Когда он первый раз встал на ножки, первое слово сказал – мне так хотелось поделиться этим с тобой.
– А теперь поздно, – всхлипнула Валентина Петровна. – Он меня не знает, я для него чужая. Да и зачем ему такая больная бабушка?
– Какая больная? – встревожилась Катя.
– Диабет у меня. Уже полгода как поставили диагноз. Инсулин колоть надо, диету соблюдать, а мне все равно стало на себя. Думала, может, лучше так и уйти тихонько...
Андрей подошел к женщинам:
– Валентина Петровна, диабет – это не приговор. При правильном лечении люди живут полноценной жизнью. Давайте мы вас к врачу отвезем, обследуете как следует.
– Зачем вам это нужно? – удивилась она.
– Потому что вы мать моей жены и бабушка моего сына, – просто ответил Андрей. – И потому что Катя вас любит, несмотря ни на что.
Валентина Петровна посмотрела на зятя, потом на дочь:
– Катя, а ты... ты простишь меня? За то, что так жестоко с тобой поступила?
– Я давно простила, мам. Еще тогда, в роддоме. Я понимала, что ты хотела как лучше, просто не так выразила.
– Нет, не как лучше, – покачала головой Валентина Петровна. – Я хотела, чтобы ты жила по моим правилам. А когда ты выбрала свой путь, я обиделась. Гордость моя проклятая не давала первой пойти на примирение.
Катя обняла мать:
– Главное, что мы сейчас вместе. А Максим... он очень добрый мальчик. Полюбит тебя, как только узнает.
В следующие дни жизнь Валентины Петровны кардинально изменилась. Андрей и Катя отвезли ее к лучшему эндокринологу, подобрали правильное лечение, привели квартиру в порядок. Катя приезжала каждый день, готовила диабетические блюда, следила за тем, чтобы мама принимала лекарства.
Когда состояние Валентины Петровны улучшилось, настало время знакомства с внуком. Катя волновалась, как отреагирует Максим на незнакомую бабушку.
– Макс, помнишь, я рассказывала тебе про мою маму? – спросила она сына. – Хочешь с ней познакомиться?
– А она добрая? – поинтересовался мальчик.
– Очень добрая. Просто раньше мы поссорились, а теперь помирились.
Максим с любопытством рассматривал Валентину Петровну, а она не могла наглядеться на внука:
– Какой красивый! И умный какой, сразу видно. На тебя похож, Катюша.
– А у меня есть другая бабушка, – сообщил Максим. – Бабушка Света, папина мама. А теперь у меня две бабушки будет?
– Будет, – кивнула Валентина Петровна. – Если ты не против.
– Не против! – радостно согласился мальчик. – А ты умеешь сказки рассказывать?
– Умею. И песенки пою, и на пианино играю.
– Здорово! Бабушка Света печь умеет, а теперь еще и песенки будут!
С этого дня Валентина Петровна словно ожила. Она с удовольствием нянчилась с внуком, когда Катя была на работе, водила его в парк, читала книжки. Максим полюбил новую бабушку, особенно ее умение играть на старом пианино веселые мелодии.
Когда Катя забеременела во второй раз, Валентина Петровна была рядом с самого начала. Она помогала с токсикозом, ездила на УЗИ, вязала крошечные пинетки.
– Знаешь, – сказала она однажды дочери, – я так благодарна судьбе, что у нас все наладилось. Я чуть не потеряла самое дорогое в жизни из-за своей глупости.
– Но ведь не потеряла, – улыбнулась Катя. – И теперь у тебя будет еще один внук или внучка.
– Внучка, – мечтательно произнесла Валентина Петровна. – Я так хочу внучку! Буду с ней в куклы играть, косички заплетать...
Дочка действительно родилась – маленькая Аня с мамиными светлыми волосами и папиными темными глазами. Валентина Петровна не отходила от колыбельки, напевая внучке те же песни, что когда-то пела Кате.
Семья воссоединилась. Теперь по воскресеньям они обязательно собирались все вместе за большим столом в доме Кати и Андрея. Максим показывал бабушке свои рисунки, маленькая Аня агукала на руках у деда Андрея, а Валентина Петровна чувствовала себя нужной и любимой.
Иногда, глядя на эту картину семейного счастья, она вспоминала тот страшный день пять лет назад, когда выгнала беременную дочь. Как же она была неправа! Как много чуть не потеряла из-за своих предрассудков и гордыни!
Но теперь это было в прошлом. Впереди у них была долгая, счастливая жизнь – бабушки, дедушки, родителей и детей, которые любили друг друга, несмотря ни на что.