Слушайте, у меня есть одна история. Рассказывать её страшновато — не потому, что там кто-то пог*бает или случается что-то ужасное. А потому, что она про то, как жизнь может вывернуться наизнанку за один день. И про то, что семейные тайны имеют особенность всплывать в самый неподходящий момент.
Живут себе Константин с Мариной. Он — бизнесмен средней руки, она — домохозяйка с высшим образованием. Дочка Ксюша — мечта родителей: отличница, красавица, на четвёртом курсе экономического. Золотая медаль в школе, красный диплом впереди маячит. Преподаватели пророчат блестящую карьеру.
И вот однажды за ужином эта самая Ксюша, макая хлеб в борщ, между делом так говорит:
— А я, кстати, летом к Андрею в деревню поеду. Познакомлюсь с его родными, а потом мы в ЗАГС подадим документы.
Константин поперхнулся, Марина вилку уронила. Какой ещё Андрей? Какая деревня? Какой ЗАГС?
Оказывается, есть у их принцессы парень. Месяца три встречаются. Живёт он в какой-то глуши, в двухстах километрах от города. Работает... ну, в общем, руками работает. Не важно где.
— Ксюш, ты же понимаешь, — начала Марина, но дочь оборвала:
— Понимаю. Что он не подходит нам по статусу. Только мне на ваш статус наплевать. Я его люблю.
Ушла к себе в комнату, хлопнув дверью. А родители остались сидеть, уставившись друг на друга.
— Ну что будем делать? — Марина механически собирала со стола. — Не для того мы её растили в тепличных условиях, чтобы она всю жизнь навоз разгребала.
Константин молчал. А в голове крутилось: денег хватит на что угодно. На любую мечту этого деревенского парня. Был бы только разговор.
— Съезжу к нему, — решил он. — По-мужски поговорю.
Дорога заняла часа три. Ехал и думал о том, что двадцать с лишним лет назад сам был в похожих краях. Молодой инженер, модернизировали тогда какую-то ферму. И влюбился он там в местную доярку — Любу звали. Хорошая девчонка была, добрая. Мечтала о большой семье, о детях.
А он мечтал о столице и больших деньгах. Поэтому когда работа закончилась, просто исчез. Ночью. Как последний трус. Знал ведь, что её отец — егерь местный, с крутым нравом. И если что не так — разговор будет короткий.
Вот и получается — сбежал тогда от любви ради денег, а теперь едет тратить деньги, чтобы разрушить чужую любовь.
Деревня встретила запахом коровника и лаем собак. Дом нашёл быстро — новый, добротный, в конце улицы. "Не такой уж бедный этот жених", — подумал Константин.
Решил сначала разведать обстановку. Подкрался к окну, заглянул внутрь и чуть с ног не свалился. За столом сидела Люба. Та самая Люба, которую он когда-то бросил.
— Константин Сергеевич? — окликнул его кто-то сзади.
Обернулся — стоит высокий парень, лет двадцати пяти. Красивый, с открытым лицом. Андрей, понятное дело.
— Поговорить приехал, — буркнул Константин. — Наедине.
— Понятно. Приехали меня от Ксении отговаривать, — кивнул парень. — Только зря потратили время.
— Слушай, сынок, — Константин попробовал взять миролюбивый тон, — ты сам подумай. Какая она, какой ты. Ей нужны возможности, перспективы. У неё стажировка впереди, может, за границу поедет. А с тобой что? Максимум — работа в нашем городке, дети, быт...
— Ксения взрослая, — упрямо мотнул головой Андрей. — Сама решает.
— А если заплатить? У каждого есть мечта. У меня есть деньги. Думаю, найдём подходящую сумму.
Тут парень шагнул к нему так, что Константин даже отступил:
— Убирайтесь отсюда. Немедленно.
— Андрей! — окликнул их женский голос.
На крыльце стояла Люба. Постарела, конечно, но глаза те же.
— Не трогай его, — сказала она сыну. — И с Ксенией тебе придётся расстаться.
— Мама!
— Хоть этот человек трус и негодяй, но он твой отец. Ты не можешь встречаться с Ксенией.
У Константина земля из-под ног ушла.
— Пошёл вон отсюда, — Люба показала на калитку, — и чтоб духу твоего здесь больше не было.
Ехал домой как оглушённый. В голове — каша, руки дрожат, сердце колотится. Впервые в жизни не знал, что делать.
Дома встретила его заплаканная Марина:
— Он ей позвонил. Сказал, что всё кончено между ними. Костя, посмотри на нашу девочку!
Ксения лежала, отвернувшись к стене. Не ела, не пила, в институт перестала ходить. На уговоры не реагировала.
— Ксюш, найдётся кто-то другой, — пробовала Марина. — Лучше него.
— Оставьте меня в покое, — шептала дочь.
Неделю мучились. Потом Константин не выдержал:
— Мариш, пусть встречаются. Пусть женятся. Лишь бы она не страдала так.
— Езжай к нему. Проси прощения.
— Не могу я.
— Почему?
— Потому что Андрей — мой сын. Ксения не может с ним встречаться.
Марина медленно опустилась на стул. Константин рассказал всё как есть — про молодость, про Любу, про трусливое бегство.
— Гадко, конечно, — закончил он. — Но что теперь делать?
— Папа? — услышали они тихий голос.
На пороге стояла Ксения. Исхудавшая, бледная.
— Что же мне теперь делать? — спросила она.
И тут заговорила Марина:
— Пришло время и мне правду рассказать.
Голос дрожал, но слова звучали чётко:
— Ксюш, садись. Когда я была беременна, наша девочка родилась мёртвой. А в соседней палате умерла молоденькая мама, но её ребёнок выжил. Девочка. Я умоляла врачей, на коленях ползала. Нашу малышку похоронили вместе с той женщиной, а её дочку я забрала.
Повисла тишина.
— Значит, я вам не родная? — тихо спросила Ксения.
— Не говори ерунды! — взорвался Константин. — Ты самая родная! И чтобы я этого больше не слышал!
Обнял дочь, потом жену:
— Зато теперь можешь встречаться со своим Андреем.
— Едем к ним, — решительно встала Марина. — Тебе нужно прощения просить. А мне — свадьбу обсуждать.
Поездка получилась нервная. Константин весь дорогу курил, Ксения молчала, Марина что-то про себя бормотала.
Люба встретила их спокойно. Как будто ждала.
— Проходите, — сказала просто.
Константин упал на колени прямо во дворе:
— Люба, прости. Знаю, поздно, но прости.
— Вставай, — тихо сказала она. — Что сделано, то сделано. Зато сын хороший вырос.
Андрей появился в этот момент. Увидел Ксению, и лицо его просветлело.
Когда все тайны выплыли наружу, когда всё объяснилось, молодые смотрели друг на друга как в первый раз.
— Значит, можем? — спросил Андрей.
— Можете, — улыбнулась Марина. — И нужно. А то я уже к внукам привыкать начала.
Люба рассмеялась:
— Ох, намучаемся мы с ними!
— Ничего, — махнул рукой Константин. — Зато я понял — бывает в жизни второй шанс. Главное — не упустить.
Свадьбу играли полгода спустя. Скромно, но с душой. Константин долго к сыну привыкал — а как иначе? Двадцать лет прожить, не зная, что у тебя есть ребёнок. А Андрей к отцу. Но время лечит.
Марина с Любой подружились. Оказалось, много у них общего — обе тайны хранили, обе чужих детей как своих растили.
А Ксения была счастлива. Поняла главное — семья это не кровь, а любовь. И неважно, где родился — в столице или деревне. Важно, с кем жизнь прожить хочешь.
Вот такая история. Судьба играет с нами в странные игры иногда. Разлучает тех, кто должен быть вместе, и сводит тех, кто должен остаться чужими. А потом вдруг всё с ног на голову переворачивает.
Константин до сих пор не понимает — хорошо всё закончилось или плохо. С одной стороны — дочь счастлива, сын нашёлся, семья воссоединилась. С другой — всю жизнь помнить будет, каким трусом был в молодости.
Но жизнь она такая — не чёрно-белая, а серая. Со светлыми полосами и тёмными, с правильными решениями и неправильными. Главное — научиться прощать. Себя и других. И второму шансу не мешать, когда он приходит.
А ещё я думаю — секреты это такая штука... Чем дольше их держишь, тем больнее потом выходят наружу. Лучше уж сразу правду говорить. Хоть и страшно бывает.
***
Приходилось ли вам сталкиваться с семейными тайнами, которые всё меняли? Поделитесь в комментариях — иногда чужой опыт помогает разобраться в своей ситуации.
И ставьте лайк, если история откликнулась — буду знать, что такие рассказы вам интересны.