За три дня до отпуска я мирно листала телефон в ожидании отпускной истерики, когда внезапно приходит сообщение от нашего грумера:
«В связи с отъездом, возможно, на другую планету, отдают мэйкушу. Роскошный. С документами. Бесплатно. Только в очень хорошие ручки».
Я молча пересылаю это мужу. В ответ — великая по простоте фраза:
«Ну и что ты мнёшься? Так и скажи: "Хочу вторую кошку, твою мать!" А я глобально не против».
С этого момента решение принято. Демократично, но без голосования.
Ричи, 7,5 месяцев отроду, прибыл к нам как бархатный сюрприз: нежный, вежливый, будто из хорошей семьи, но слегка потерянный. До нас он жил на два дома в Казахстане: хозяйка уезжала, кота метало от мамы к дочке и обратно. Потом его решили вернуть в Новосибирск, а дальше — по цепочке добрых женщин и одного харизматичного грумера — он оказался у нас.
Юнити (наша главная кошка) новость встретила с достоинством королевы, которой подселили младшего брата. В первый день она выпила воду из всех мисок подряд и легла посередине квартиры — чтоб никто не забыл, кто тут прописан с начала времён.
Ричи пытался подружиться: он к ней — мурр, она к нему — фырр. Сейчас, спустя год, он периодически делает попытки заявить права, но Юнити смотрит на него сверху вниз. С чувством превосходства и лёгкого презрения.
И всё же… он наш.
Наш бархатный малыш с глазами цвета подсолнухового поля.
С ним в доме стало теплее, шумнее, веселее.
Скоро будет год, как нас официально восемь: четверо с паспортами, двое пушистых, одна Даша и одна игрушка, которую нельзя выбрасывать, потому что она «живая».
И знаете что?
Вот так и выглядит счастье. Только с шерстью.
