1266 подписчиков

ГЛАВА 9. ШАМПАНСКОЕ, СОЧИ И… УГОЛОВНОЕ ДЕЛО

4 июля 20254 июл 2025

2 мин

После схода город выдохнул. Как после свадьбы с бюджетом: шум, феерия, потраченные миллионы, пахлава из смет и шампанское из водопроводных труб. Теперь — только помятые скатерти, осыпающиеся гирлянды, и прокурорский автомобиль, как свадебный кортеж, но в чёрном. На площади ещё висели баннеры. На них казаки в фотошопе смотрели ввысь, будто знали, что скоро за ними прилетят не дроны, а допросы. В офисах — уже пошли разговоры: — Когда следующий транш?

— Акт по лавкам подписал?

— Сколько тебе вышло на руки? Всё звучало как послесвадебная перепись подарков. Шампанское текло — особенно в кабинетах, где сидели те, кто получил больше всех. — Crystall.

— Шотландский виски, старше местного прокурора.

— Икра.

— Сигары, закупленные не для курения, а для статуса.

— Даже мед с вкраплениями золота, который один из замов привёз “с Кавказа, от шамана”. Я пил вино. Дешёвое. С кислинкой. Из бокала без ножки. И смотрел на коллег, как на подвыпивших женихов, садящихся за руль и кричащих: — Да я нормально д

— Акт по лавкам подписал?

— Шотландский виски, старше местного прокурора.

— Икра.

— Сигары, закупленные не для курения, а для статуса.

На площади ещё висели баннеры. На них казаки в фотошопе смотрели ввысь, будто знали, что скоро за ними прилетят не дроны, а допросы.

В офисах — уже пошли разговоры:

— Когда следующий транш?
— Акт по лавкам подписал?
— Сколько тебе вышло на руки?

Всё звучало как послесвадебная перепись подарков.

Шампанское текло — особенно в кабинетах, где сидели те, кто получил больше всех.

— Crystall.
— Шотландский виски, старше местного прокурора.
— Икра.
— Сигары, закупленные не для курения, а для статуса.
— Даже мед с вкраплениями золота, который один из замов привёз “с Кавказа, от шамана”.

Я пил вино. Дешёвое. С кислинкой. Из бокала без ножки. И смотрел на коллег, как на подвыпивших женихов, садящихся за руль и кричащих:

— Да я нормально доеду!

А за углом уже стоял пост. Но с ксивами. С ОРМ. С таблицей переводов. И с хорошей памятью. Сначала всё шло по сценарию комедии. Но затем — тон сменился.

Следствие. УЭБиПК. Комитет по экономическим. Медленно, уверенно, методично. Без криков. Без света. Первый звонок я получил в понедельник.

— N исчез.
— Какой “эн”?
— Ну, с манежа. Помнишь? Серый костюм. Спортинфраструктура.

— Уехал. В Аргентину.

Слово “Аргентина” прозвучало как приговор.

N всегда был тенью. Ходил боком. Подписывал тихо. Любил фразу: “Резерв оставим на непредвиденное”. Уехал “на отдых” — и уже не вернулся. Банковская карта погасла. Телефон — вне зоны. Багаж — уехал раньше него.

За ним пошли следы. Сначала — к гранитным урнам. Потом — к тумбам под деревья.
Затем — к скамейкам с Wi-Fi и QR-кодом "для будущих поколений". И вдруг стало ясно: в городе слишком много лавок и слишком мало отчётности.

Один подрядчик — художник, делавший “скульптуры по мотивам казачьих былин” —
оказался фикцией.

— Паспорт — мёртвый.
— Счёт — живой.
— Деньги — ушли “на внутреннее благоустройство Греции”.
Что это значило — не знал никто. Но звучало духовно.

Началась паника. Не громкая. Офисная. Открыли окна. Сожгли флешки. Удалили чаты. Перестали здороваться в лифтах. Завели новые SIM-карты. Стали ходить пешком.

— Кто поздоровался — тот слил.

Следствие действовало умно. Не пошли к главам. Пошли к бухгалтерам. Один бухгалтер — Сергей П., застенчивый, носил очки и всегда приходил на работу на 20 минут раньше. Сломался на первом же допросе.

— Я не знал!
— Мне сказали просто подписывать.
— Это же для благоустройства!
— Я не думал, что это уйдёт в Аргентину...

А кто-то в это время делал фотосессию на пляже в Сочи, в майке с надписью “Работаю на народ”.

Следующее утро началось звонком.
Номер скрыт.

— Евгений Сергеевич?
— Да.
— Вас ждут в следственном.
— Не волнуйтесь. Просто поговорим.

“Просто поговорим” — это как "просто вскроем без наркоза".