25 июня (6 июля н/с) 1796 года громом пушечной пальбы и колокольным звоном было объявлено в Царском Селе о появлении в семье Наследника российского престола Великого Князя Павла Петровича третьего сына, Великого Князя Николая Павловича. Через несколько десятков лет он будет олицетворять грозную и славную эпоху и войдёт в историю России под именем Императора Николая I!
Николай не предназначался к царствованию и получил исключительно военное, строевое воспитание. Военное дело было любимым делом юного Великого Князя, его призванием. Любил он его не как дилетант, а как знаток. Армию же считал своей семьей.
Кончина старшего брата, Императора Александр I и отречение от трона Цесаревича Константина вынудили Николая принять корону. Вооружённый мятеж – Восстание декабристов, омрачил начало царствования.
Став Императором, Николай I продолжил уделять самое пристальное личное внимание состоянию дел армии и флота. Реформирование военной системы коснулось всех сторон армейской жизни – порядка рекрутских наборов, численности частей и соединений, исчезновения целых видов пехоты и кавалерии, возникших при Императоре Александре, наименования частей, их территориального расположения и тактического распределения, телесных наказаний, вооружения и, разумеется, формы одежды, регулярно менявшейся весь период царствования.
Военная форма николаевской эпохи, в целом сохраняя в своём облике героический образ солдат – победителей Наполеона, отличалась красочностью и разнообразием. При этом, постепенно в неё уже вводились элементы унификации, ставшие предвестниками кардинальных изменений внешнего вида русской армии последующих царствований.
В собрание Музея военной формы после проведения реставрационных работ вернулся офицерский мундир Лейб-гвардии Измайловского полка периода 1820-х годов. Великий Князь Николай Павлович с детства был назначен Шефом, то есть, «почётным командиром» этого полка и на нескольких, в том числе детских портретах изображён в измайловском мундире. По мнению специалистов, мундир из коллекции нашего Музея вероятнее всего принадлежал Николаю Павловичу и именно в этом мундире он мог быть в день восстания на Сенатской площади 14 (26) декабря 1825 года. В ближайшее время уникальный мемориальный экспонат займёт достойное место в экспозиции!