— Смотри-ка, кто к нам въехал! — Валентина Сергеевна швырнула занавеску и отшатнулась от окна, словно увидела призрака. — Твой бывший муженёк новые хоромы себе отгрохал!
Лидия медленно подошла к окну и замерла. Напротив, где ещё вчера стоял покосившийся забор заброшенного участка, красовался трёхэтажный особняк из красного кирпича. А на подъездной дорожке, будто специально развёрнутый так, чтобы его было видно из её окна, стоял чёрный "Мерседес" с номерами, которые она знала наизусть.
— Геннадий... — прошептала она.
— Ага, твой Геннадий! — подруга всплеснула руками. — Видишь, какие дела творятся? Пять лет после развода прошло, а он всё ещё тебе мозги выносит!
За окном хлопнула дверца машины. Из неё вышел мужчина в дорогом костюме, оглядел свои владения с видом победителя и демонстративно посмотрел на окна Лидииной хрущёвки. Даже на расстоянии было видно его самодовольную усмешку.
— Нет, ты посмотри на этого павлина! — возмутилась Валентина Сергеевна. — Специально дом напротив твоего подъезда построил! Что это, по-твоему, случайность?
Лидия молчала, сжимая в руках чашку с остывшим чаем. Геннадий поднял голову и помахал ей рукой, будто старому другу. Наглость зашкаливала.
— Лида, ну скажи хоть что-нибудь! — подруга тряхнула её за плечо. — Он же издевается над тобой!
— Что тут скажешь? — Лидия отошла от окна и поставила чашку на стол. — Деньги есть — строй где хочешь.
— Какие деньги? Он же алименты на Кирилла платить отказывался! Говорил, что у него нет ни копейки!
— Видимо, нашлись, — сухо ответила Лидия.
В этот момент во дворе заревела музыка. Геннадий включил автомагнитолу на полную громкость и начал разгружать из багажника коробки с какими-то покупками. Каждое движение было театральным, нарочитым.
— Лида, а ну посмотри, что он вытворяет! — Валентина Сергеевна снова припала к окну. — Коробки какие-то таскает... А-а-а! Да это же ящики с шампанским! Видишь эти золотые этикетки?
Лидия не ответила. Она достала из ящика стола пачку документов — это были справки о доходах Геннадия времён бракоразводного процесса. Во всех стояли одни нули. "Временно безработный", "не имею источников дохода", "проживаю у родственников".
— Пять лет назад он клялся судье, что у него нет денег даже на проезд в автобусе, — тихо проговорила она. — А теперь особняк за несколько миллионов построил.
— Да он тебя просто развёл тогда! — взорвалась подруга. — Все деньги куда-то спрятал, а потом объявился богачом!
Музыка во дворе стала ещё громче. К дому Геннадия подъехали ещё две машины — дорогие иномарки с тонированными стёклами. Из них вышли нарядно одетые люди с бутылками и подарочными пакетами.
— Вечеринку устраивает, — констатировала Валентина Сергеевна. — Прямо под твоими окнами вечеринку!
Лидия подошла к телефону и набрала номер сына.
— Кирилл? Ты где? — говорила она, не сводя глаз с празднества напротив. — Домой не приходи сегодня. Оставайся у Максима ночевать... Да нет, всё нормально. Просто шумно будет.
Она положила трубку и вернулась к окну. Геннадий как раз выходил из дома в белой рубашке и дорогих брюках. Увидев её силуэт в окне, он поднял бокал шампанского и изобразил тост в её сторону.
— Всё, хватит! — Валентина Сергеевна рванула к двери. — Пойду скажу этому наглецу пару ласковых!
— Стой! — Лидия схватила её за руку. — Не надо. Именно этого он и добивается.
— А что тогда делать? Терпеть эти издевательства?
Лидия посмотрела на соседний дом, где уже собралось человек двадцать гостей, где лилось дорогое шампанское и звучал смех. Потом перевела взгляд на свою однокомнатную квартиру с облупившимися обоями и старенькой мебелью.
— Знаешь что, Валя, — медленно произнесла она, — а ведь он совершил большую ошибку.
— Какую ещё ошибку?
— Построил дом прямо напротив моих окон, — улыбнулась Лидия, и в этой улыбке было что-то такое, что заставило подругу насторожиться. — Теперь я буду видеть каждый его шаг.
На следующее утро Лидия проснулась от звука отбойного молотка. За окном рабочие устанавливали во дворе Геннадия декоративный фонтан с подсветкой. Сам хозяин стоял рядом в шёлковом халате, потягивая кофе из фарфоровой чашки и что-то объяснял мастерам.
— Мама, а что это за цирк? — Кирилл вернулся домой к завтраку и сразу прилип к окну. — Папа что ли?
— Он самый, — Лидия помешивала овсянку и старалась говорить спокойно. — Решил поселиться по соседству.
— Круто у него получилось! — восхитился пятнадцатилетний сын. — Смотри, какой бассейн! А машина вообще космос!
Лидия поморщилась. В голосе Кирилла звучало неприкрытое восхищение отцом, которого он видел от силы три раза за последние пять лет.
— Кириллка, завтракать будешь? — позвала она.
— Мам, а можно я к папе сбегаю? Поздороваюсь?
— Нет, — резко ответила Лидия. — У него сейчас ремонт, не время.
Сын обиженно надул губы, но спорить не стал. Геннадий между тем заметил их в окне и театрально помахал рукой. Кирилл радостно замахал в ответ.
— Мам, а почему вы разошлись? — вдруг спросил мальчик. — Он же не такой плохой.
Лидия чуть не выронила ложку. Как объяснить ребёнку, что его отец морил их голодом, прятал деньги, а потом исчез, оставив их без копейки? Что все эти годы она работала на двух работах, чтобы Кирилл мог нормально учиться и одеваться?
— Просто не сложилось, — коротко ответила она.
— А он говорил, что ты его выгнала, — неожиданно выпалил сын. — Когда мы в прошлом году встречались.
— Встречались? — Лидия резко обернулась. — Когда встречались?
Кирилл покраснел и замялся:
— Ну... он иногда звонил мне. Просил никому не рассказывать. Сказал, что ты против наших встреч.
— И ты ему поверил? — в голосе Лидии прозвучала обида.
— Мам, ну он же мой папа! Конечно, я хотел с ним увидеться!
Значит, вот как. Геннадий не просто строил дом напротив — он уже давно плёл свои сети, потихоньку переманивая сына на свою сторону. И теперь, когда у него появились деньги и возможности, он решил довести дело до конца.
За окном заработала ещё одна дрель. Рабочие начали устанавливать во дворе мангальную зону с барбекю. Всё это великолепие располагалось так, чтобы быть максимально заметным из окон Лидииной квартиры.
— Знаешь что, сынок, — сказала она, наливая Кириллу чай, — а ведь папа молодец. Действительно, красиво устроился.
Кирилл удивлённо посмотрел на мать. Он ожидал упрёков, а не похвалы.
— Правда?
— Конечно. Не каждый сможет за пять лет из нищего превратиться в миллионера, — в голосе Лидии не было ни капли сарказма. — Это талант.
Она допила свой чай и подошла к шкафу, где хранились старые документы. Где-то здесь лежали контракты времён их брака, банковские справки, записи телефонных разговоров с коллекторами. Всё то, что она бережно собирала, когда Геннадий исчезал на недели, оставляя их без средств к существованию.
— Мам, ты что ищешь? — спросил Кирилл.
— Память освежаю, — спокойно ответила Лидия, доставая толстую папку. — Хочу вспомнить, какой твой папа талантливый.
Через неделю жизнь превратилась в ад. Каждый вечер у Геннадия собирались гости, музыка гремела до трёх утра, а утром начинались "ремонтные работы" — то фонтан чинили, то беседку переставляли, то новую клумбу разбивали. И всё это под аккомпанемент дрели, перфоратора и рабочих криков.
— Лида, так дальше нельзя! — Валентина Сергеевна ворвалась в квартиру с красными от недосыпа глазами. — Вызывай участкового! У меня уже нервный тик начался!
— Участкового? — Лидия отложила газету. — И что я ему скажу? Что человек в своём дворе ремонт делает?
— Да какой это ремонт! Он каждый день что-то новое придумывает! Вчера вообще караоке устроил!
В этот момент во дворе появился сам Геннадий с букетом роз в руках. Он направился прямиком к подъезду Лидии.
— О, господи, — простонала Валентина Сергеевна, — он сюда идёт!
Через минуту в дверь позвонили. Лидия открыла и увидела бывшего мужа во всей красе — дорогой костюм, швейцарские часы, запах элитного парфюма.
— Привет, Лидочка, — он протянул ей розы. — Как дела? Не скучаешь?
— Что тебе нужно, Гена? — холодно спросила она, не взяв цветы.
— Да просто соседское участие проявить, — он заглянул в квартиру. — Не мешает ли тебе шум? А то рабочие такие бестолковые, могут и допоздна шуметь.
— Не мешает, — соврала Лидия.
— Вот и отлично! — он широко улыбнулся. — А где Кирюшка? Хотел пригласить его к себе. У меня новая приставка появилась, последняя модель.
— Кирилл в школе.
— Жаль. Передай ему, что папа ждёт в гости. В любое время. У меня теперь полно места и... возможностей.
Он выделил последнее слово особенно ядовито и окинул взглядом скромную обстановку Лидииной прихожей.
— Кстати, — добавил он небрежно, — слышал, что ты на двух работах пашешь? Тяжело, наверное? А я вот недавно новый бизнес открыл. Сеть ресторанов. Деньги сами идут.
— Поздравляю, — сухо ответила Лидия.
— Знаешь, а ведь я могу Кирилла устроить к себе. Летом, например. Научу мужским делам — машину водить, деньги зарабатывать. А то парень растёт, а отцовского воспитания не хватает.
Удар был точным. Лидия знала, что Кирилл действительно нуждается в мужском внимании, что он стесняется своих потёртых кроссовок и старого телефона.
— Спасибо, подумаем, — процедила она сквозь зубы.
— Не благодари. Мы же семья, в конце концов, — он небрежно бросил розы на пол. — Ой, как неловко вышло. Но ничего, у меня дома таких букетов — вагон. Каждый день свежие покупаю.
Когда дверь за ним закрылась, Валентина Сергеевна присвистнула:
— Ну и наглец! Прямо в лицо тебе деньги считает!
— Это ещё не всё, — мрачно ответила Лидия. — Он за сыном пришёл. И знаешь что самое противное? Кирилл клюнет на эту наживку.
Как в воду глядела. Вечером сын вернулся из школы в подавленном настроении. Одноклассники весь день обсуждали роскошный дом напротив и гадали, кто в нём живёт. А когда узнали, что это отец Кирилла, парень стал в их глазах настоящей знаменитостью.
— Мам, а можно я всё-таки к папе схожу? — спросил он за ужином. — Ребята говорят, у него там бассейн с джакузи и домашний кинотеатр.
— Можно, — неожиданно согласилась Лидия. — Но с одним условием.
— Каким?
— Возьмёшь с собой вот это, — она протянула ему толстую папку с документами. — И попросишь папу объяснить, откуда у него вдруг появились деньги.
Кирилл озадаченно взял папку:
— А что здесь?
— Справки о его доходах за последние семь лет. И кое-что ещё интересное, — Лидия села рядом с сыном. — Знаешь, Кириллка, папа действительно талантливый человек. Не каждый сумеет так ловко обманывать суд и налоговую.
Кирилл вернулся от отца через два часа бледный и молчаливый. Папка с документами лежала у него под мышкой нераспечатанной.
— Ну как? — спросила Лидия, хотя по лицу сына уже всё было понятно. — Посмотрели справки?
— Он сказал, что это всё неправда, — тихо ответил Кирилл. — Что ты специально подделала документы, чтобы его очернить.
— И ты поверил?
Сын помолчал, потом медленно покачал головой:
— Нет. Я видел его лицо, когда он читал. Он знал, что там написано.
Лидия обняла сына за плечи. Больно было смотреть, как рушатся детские иллюзии, но рано или поздно это должно было случиться.
— Мам, а почему он так с нами поступил? — спросил Кирилл дрожащим голосом. — Ведь мы же его семья были.
— Не знаю, сынок. Не знаю.
В эту минуту во дворе снова заорала музыка. Геннадий устраивал очередную вечеринку, но на этот раз гостей было в два раза больше. Среди них Лидия заметила молодую блондинку в мини-платье, которая висела на руке у бывшего мужа.
— Новая пассия, — констатировала вошедшая Валентина Сергеевна. — Года в двадцать два, не больше. Видела её утром — из "Мерседеса" выходила в одном халатике.
Кирилл болезненно поморщился. Узнать, что отец не только бросил семью, но и завёл новую, было последней каплей.
— Всё, хватит! — вдруг воскликнул мальчик. — Надоело на это смотреть!
Он рванул к окну и распахнул его настежь:
— Папа! — закричал он во весь голос. — Папа, иди сюда!
Музыка стихла. Геннадий поднял голову и увидел сына в окне.
— Кирюша! — радостно помахал он рукой. — Спускайся к нам! Познакомлю с хорошими людьми!
— Не хочу знакомиться! — крикнул Кирилл. — Хочу спросить! Почему ты маме алименты не платил?
Во дворе воцарилась тишина. Гости переглядывались, не понимая, что происходит. Блондинка дёрнула Геннадия за рукав, но он стоял как вкопанный.
— Кирилл, не надо, — попыталась остановить сына Лидия, но он не слушал.
— Почему ты врал суду, что у тебя нет денег? — продолжал кричать мальчик. — Почему мы голодали, а ты жировал?
— Кирюша, сынок, ты не понимаешь... — начал было Геннадий, но сын перебил его:
— Понимаю! Ты думал, мама меня против тебя настраивает? А оказывается, ты сам себя настроил!
Слова мальчика разнеслись по всему двору. Соседи начали выходить на балконы, привлечённые скандалом. Геннадий понял, что его репутация рушится на глазах.
— Хватит орать! — рявкнул он. — Марш домой! Поговорим по-человечески!
— Не хочу разговаривать! — Кирилл схватил папку с документами и вытряхнул её содержимое в окно. — Вот твои справки! Читай вслух! Расскажи гостям, как ты официально был нищим!
Бумаги разлетелись по двору как осенние листья. Справки о нулевых доходах, фальшивые медицинские заключения о нетрудоспособности, переписка с юристами о том, как законно скрывать активы — всё это теперь валялось у ног изящных дам в вечерних платьях.
— Ты совсем офигел?! — взорвался Геннадий и бросился собирать бумаги.
— Я офигел? — Кирилл засмеялся горько. — Это ты офигел! Думал, построишь дом и купишь меня дорогими подарками?
Гости начали расходиться. Никому не хотелось торчать посреди семейных разборок, особенно с такими пикантными подробностями. Блондинка тоже испарилась, прихватив сумочку.
Геннадий остался один во дворе, сжимая в руках скомканные справки. Его лицо было белым от ярости.
— Лида! — заорал он, глядя на окно. — Это ты его научила! Настроила против отца!
— Никто меня не настраивал! — ответил за мать Кирилл. — Я сам всё понял! Ты хотел нас унизить, показать, какой ты крутой? Получай!
— Я ещё не закончил! — пригрозил Геннадий. — Увидишь, что будет дальше!
— А что дальше? — насмешливо спросила вдруг Лидия, появляясь в окне рядом с сыном. — Будешь и дальше из нищеты в богачи играть?
— Заткнись! Я тебе ещё покажу!
— Покажешь? — Лидия улыбнулась. — Интересно, что именно. Ведь самое главное я уже увидела.
— Что именно? — не удержался от вопроса Геннадий.
— Как мой сын тебя раскусил, — спокойно ответила она. — И как твоя новая девочка сбежала при первых трудностях. Точно как ты когда-то.
Утром следующего дня во дворе Геннадия появилась табличка "Продаётся". Сам хозяин сидел на крыльце с мрачным видом и курил одну сигарету за другой.
— Смотри-ка, — Валентина Сергеевна показала в окно, — твой бывший съезжает!
— Видимо, понял, что план не сработал, — равнодушно ответила Лидия, помешивая кашу.
Кирилл молча завтракал. После вчерашнего скандала он сильно переживал, но в то же время чувствовал облегчение. Наконец-то всё встало на свои места.
— Мам, — вдруг сказал он, — а можно я к дедушке на дачу поеду на выходные? А то тут всё это... напряжно как-то.
— Конечно, сынок. Папа будет рад тебя видеть.
В дверь позвонили. Лидия открыла и снова увидела Геннадия, но теперь он выглядел совсем по-другому — помятый, невыспавшийся, без привычного апломба.
— Лида, можно поговорить? — попросил он тихо.
— О чём разговаривать, Гена? — устало спросила она. — Всё уже сказано.
— Послушай, я понимаю, что вчера перегнул палку, — он нервно комкал в руках какие-то бумаги. — Но давай всё-таки по-взрослому...
— По-взрослому? — Лидия покачала головой. — Знаешь, по-взрослому было бы пять лет назад честно сказать, что у тебя есть деньги, и платить алименты. А не строить особняк напротив и устраивать цирк.
— Я хотел показать, что смог, что добился успеха!
— Кому показать? Мне? — она засмеялась. — Гена, ты до сих пор не понял главного. Мне плевать на твои деньги. Меня убивало не то, что ты богатый, а то, что ты лжец.
— Лида, я исправлюсь...
— Поздно, — она взяла у него из рук бумаги. Это оказались документы на алименты — задним числом за все пять лет. — Оставь это себе. Нам твоя жалость не нужна.
— Это не жалость! — возмутился он. — Это долг!
— Долг ты должен был отдавать тогда, когда мы в нём нуждались, — спокойно ответила Лидия. — А сейчас мы уже научились жить без тебя.
Геннадий растерянно посмотрел на неё. Женщина, которая стояла перед ним, разительно отличалась от той забитой и усталой Лидии, которую он покинул пять лет назад. В её глазах не было ни боли, ни злости — только спокойная уверенность.
— Значит, всё? — спросил он хрипло.
— Всё давно уже было кончено, — ответила она. — Просто ты этого не понимал.
Она закрыла дверь и вернулась к завтраку. Кирилл поднял голову от тарелки:
— Мам, а мне его почти жалко стало.
— Не трать на это силы, — посоветовала Лидия. — Лучше скажи, что будешь на ужин?
— А что у нас есть?
— Котлеты сделаю. Твои любимые.
За окном хлопнула дверца машины. Геннадий уезжал. Лидия даже не подошла посмотреть. Через неделю особняк действительно был продан, а на его месте поселилась обычная семья с детьми.
— Знаешь, — сказала она Валентине Сергеевне, наблюдая, как новые соседи устанавливают качели для малышей, — а ведь спасибо ему надо сказать.
— За что это?
— За то, что показал Кириллу, какой он на самом деле. Теперь сын точно знает, на кого хочет быть похожим, а на кого — нет.
Лидия улыбнулась и отошла от окна. У неё были дела поважнее, чем вспоминать прошлое. Например, помочь сыну с математикой и приготовить те самые котлеты.