Был ли похож снег 1903 года на снег 1917? Теперь и не вспомнить. Теперь лучше совсем ничего не вспоминать.
Снег, как и та, прошлая жизнь, жалобно хрустнул и безропотно искрошился под неопрятной тяжестью большевистских сапог.
Император Николай II отрекся от престола, и нам, подданным уже не существующего государства, спешно пришлось покидать больше не принадлежавшие нам город и страну.
Санкт-Петербург (они называют его Петроградом) страшно лихорадило. Город простуженно кашлял дымом навсегда уплывающих параходов и задыхался чадом безвозвратно уходящих поездов.
Нас лихорадило вместе с городом. Все мы были безнадежно и смертельно больны. «Меланхолия», как называют в Европе эту странную неизлечимую болезнь, стала молчаливой спутницей многих из нас.
Мозглый каземат на восемь шагов, ржавая грязная койка и рваный кусок хмурого неба — мои последние реликвии в этой мрачной сиротской крепости.
Через девять часов их тоже не будет. Через девять часов я и сам перестану быть.
Я гляжу на летящий сквозь прутья решетки траурный снег и вспоминаю февраль далёкого 1903 года. Снега тогда...
Снега тогда оказалось так много! Измученные работой дворовые не поспешали, и улицы Петербурга напоминали иллюстрацию к зимней сказке.
Город звенел морозным воздухом и замирал радостным ожиданием. Со всех сторон возбужденно шептались: «Царская семья устраивает костюмированный бал!»
Император мечтал возродить обряды московского двора и утраченный русский костюм.
За огромные деньги гости заказывали роскошные наряды, украшенные мехами и драгоценными камнями. Лучшие портные города трудились, не покладая рук.
Лучшие фотографы были приглашены в Зимний дворец, чтобы запечатлеть великосветскую публику в национальных костюмах. Честь быть сопричастным этому выпала и мне.
Весь Петербург танцевал в Зимнем дворце в тот февральский вечер. Это был последний большой бал в истории Империи.
(«Это была ярмарка тщеславия! Здесь продавались оплаченные кровью рабочих совесть и честь», — скажут большевики.)
Император предстал в образе царя Алексея Фёдоровича, императрица — его жены Марии Ильиничны.
Гости не уступали царям в самобытных костюмах. Дамы блистали в нарядах боярынь, в русских сарафанах и кокошниках. Мужчины облачились в костюмы стрельцов и сокольничих.
В большом зале, шествуя попарно, они отдавали поклон по-русски императорской чете.
Венцом бала был русский танец, его исполняли двенадцать искуснейших пар. Очень красиво выглядела зала, наполненная древними русскими людьми!
Снег 1917 года вязкий и источенный. Двор Петропавловской крепости грубо истоптан следами сапог.
Я стою у липкой загаженной стены и смотрю в красные лица своих палачей.
Будто стыдясь, снег заползает к ним в ноздри, щиплет их щеки и слезит им глаза.
Я не вижу их терпеливо вскинутых винтовок, не слышу, как отвратительно щелкают их мерзлые затворы.
Сквозь свою камеру-обскура я гляжу на великую княгиню Елизавету Фёдоровну, на великого князя Сергея Александровича.
Я говорю им: «Сейчас будет вспышка». Я веду отсчёт — раз, два...
— Пли.
Автор: Даля
Источник: https://litclubbs.ru/articles/66699-sneg.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Оформите Премиум-подписку и помогите развитию Бумажного Слона.
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: