Лера, не рассказав Ульяне о странной встрече, попыталась найти документы и фото времен своего детства. Ничего не обнаружив, девушка отправилась к маминой сестре Ларисе, чтобы разузнать правду о прошлом.
Лариса всегда была доброй и отзывчивой по отношению к Валерии. Вот и в этот день она пошла навстречу племяннице. Достав с антресолей старый фотоальбом, она положила его на журнальный столик и раскрыла.
Лера с любопытством стала рассматривать фотографии.
— Так... Что у нас тут? — с улыбкой на лицей произнесла Лариса. Она была младше Ульяны на десять лет и душой приходилась Валерии гораздо ближе.
— Вау! Это ведь дядя Сережа? — спросила Валерия.
— Да. Это мы Сережку провожаем в армию. Смотри, какой молоденький.
— И такой лысый.
— В армию же провожаем. Так... Что у нас тут дальше. — Лариса перелистнула страницу. — А это Сонечка, сестра наша с Ульяной. Умерла. Было ей всего 23 года, представляешь? Жалко так.
На Валерию смотрело грустное лицо ее второй тети Софьи, которая скоропостижно скончалась, когда ей было всего пять лет.
— Да, я помню, как ее тело привезли к вашему дому, — сказала Лера, выколупывая из памяти детства обрывки сцен. — А вот это кто?
— А это Кузьмины, они к нам приезжали на Новый год. А это мама твоя, видишь, молоденькая какая.
— Да ладно! Такая молодая? А какой это год?
— Знаешь, должно быть на обороте написано.
Девушки перевернули фотографию.
— Девяносто восьмой, — вслух прочитала Валерия. — А это вы провожали или встречали?
— Встречали, встречали. Тогда снегу намело — ужас. И они у меня две недели гостили. А потом к Ульянке в Усовск уехали.
— Обалдеть.
— Да.Так... Ой, ой, Лерочка, у меня там сейчас все сгорит. — Лариса вдруг вспомнила про оставленное на плите жаркое и побежала в кухню.
Этим и решила воспользоваться Лара. Она аккуратно вынула из альбома ту самую фотографию, где среди знакомых и друзей была запечатлена молодая Ульяна и убрала ее в свою сумочку.
— Тётя Ларис, мне тут одноклассница позвонила по срочному делу, — сообщила она громко и засобиралась уходить. — Я к вам позже зайду.
На самом деле когда Валерия увидела эту фотографию, а затем еще и дату, то сразу отметила нестыковку. Это было за две недели до ее дня рождения. Ульяна была совершенно стройная, точно не беременная. И, конечно же, Лара была в шоке, потому что всю свою жизнь называла мамой чужую женщину. Теперь она это поняла. Господи, как же теперь дальше жить?
***
На следующий день Лера вызвалась помочь на кухне, вернувшейся из Усовска матери. Девушка уже успокоилась. После бессонной ночи она решила аккуратно расспросить Ульяну о тайне своего рождения.
— Слушай, а мне тут на днях в контакте добавилась в друзья Вероника Кузьмина. Это случайно не дочка Кузьминых? — спросила Лера, нарезая мелко лук. — Просто у неё в инфе написано, что она из Германии.
— Я не знаю. Откуда я могу знать? Всё может быть, — общими фразами ответила Ульяна. — Вот возьми, ещё так же помидорку порежь, пожалуйста. — Она положила перед дочерью крупный красный помидор.
— А тётя Лариса мне сказала, что Кузьмины с вами новогодние праздники отмечали, — продолжила Лара. Она еще не знала, на чем конкретно у нее получится поймать мать. Четкого плана у нее не было. Девушка решила импровизировать. — А та Вероника, она была там? И она меня видела? И мне тогда сколько лет было?
— Лера, очень много вопросов задаешь. Если честно, ты тогда ещё не родилась. Это было в девяносто восьмом году, — вспомнила Ульяна. — Да, мы тогда вместе Новый год отмечали. Тебе сыра положить?
— Ага.
— Ну, в основном у нас тётя Лариса была главным массовиком-затейником. Мне уже совсем не до того было. Держи, — Сделав дочери бутерброд, Ульяна положила его рядом с разделочной доской.
— И что, ты к родам готовилась?
— Ну, не так, чтобы очень готовилась, но плясать уже точно не хотела.
— И с каких это пор у тебя не было сил плясать?
— Не поняла.
И тут Лара из заднего кармана джинс приготовленную для разговора фотографию, которую взяла без спроса у тети Ларисы, и положила ее перед матерью. Мол, на, смотри. А сама вышла из кухни, дабы оставить Ульяну на едине со своими мыслями.
— Лера, — позвала девушку мать. Но это было бесполезно.
Конечно, Валерия надеялась, что дата на фотографии была ошибочной, но в этот момент внутри нее абсолютно всё перевернулось. Ведь всё, что она знала о своей жизни, оказалось неправдой. Она просто не понимала, как жить дальше с этим знанием.