- Что теперь будет? — испуганно спросила Татьяна, прижимая к себе детей.
- Отобьёмся, — уверенно сказал Игорь, хотя в глубине души чувствовал тревогу.
Он слишком хорошо знал, на что способны такие люди, как Гаврилов.
- Не таких видали. Надо вместе держаться, — произнёс Валерий Петрович, - Сообща. Если кто-то один продаст, всем конец. Как костяшки домино, упадёт одна, за ней все остальные.
- Кто этот Гаврилов вообще такой? — спросил Михаил, обращаясь ко всем сразу, - Откуда он взялся?
- Бандит, — просто ответил один из стариков, - Из тех, что в девяностые поднялись. Сначала рекетом промышлял, потом в бизнесмены выбился. Говорят, у него половина предприятий в области, и связи в верхах серьёзные.
- Но если здесь действительно такие богатства под землёй, — задумчиво произнесла Полина, - Почему официально не разрабатывают? Почему через бандитов?
- Потому что так быстрее и дешевле, - объяснил Валерий Петрович, - Официальный путь этой экспертизы согласования компенсации по закону. А тут запугал людей, выкупил за бесценок, оформил задним числом все бумаги. Знакомый почерк.
- И что нам делать? - спросил кто-то из толпы.
- Держаться вместе, - твёрдо ответил Валерий. Вместе мы сила. Они на это и рассчитывают, что мы поодиночке сломаемся.
- Правильно говоришь, Петрович, — поддержал его Игорь, - Надо собраться, обсудить всё как следует. У меня на ферме сегодня вечером.
Люди медленно разошлись, унося с собой тяжёлое предчувствие беды. Только Валерий, Екатерина, Игорь, Татьяна, Полина и Михаил остались, чтобы обсудить случившееся.
- Не отступим, — твёрдо сказал Валерий, глядя на встревоженное лицо Екатерины, - Не для того я новую жизнь начинал, чтобы какой-то бандит её разрушил.
- Да, но…, — Екатерина тревожно смотрела на него, - Валера, эти люди опасны. Они ведь убить могут.
- Не запугивай, Катя, - мягко возразил он, - Не те времена сейчас. Девяностые прошли.
- А вы, Валерий Петрович, оптимист, - мрачно заметил Игорь, - Я вот не уверен, что для таких, как Гаврилов, девяностые закончились.
Татьяна побледнела.
- Господи, неужели опять бежать? Только-только обжились.
- Никуда мы не побежим, — решительно сказал Игорь, беря её за руку, - Хватит бегать. Будем стоять насмерть.
- Я могу написать в газету, - предложила Полина, - Придать огласку. Бандиты боятся публичности.
- А я могу обратиться к бывшим коллегам, — добавил Валерий, - Не все партийные связи разорваны. Есть люди во власти, которые мне обязаны.
- А я, — Михаил замялся, - У меня тоже есть знакомые в бизнесе. Может, смогут что-то разузнать об этом Гаврилове.
Они смотрели друг на друга с надеждой, пытаясь убедить себя, что выход есть, что их маленькое счастье, с таким трудом обретённое, не разобьётся о жестокую реальность.
Гроза разразилась в ту же ночь и в прямом, и в переносном смысле. Небо затянуло тяжёлыми тучами, а потом на землю обрушился ливень, сопровождаемый оглушительными раскатами грома. Молнии рассекали черноту неба, на мгновение освещая мокрые крыши и пустые улицы. В доме Игоря собрались почти все жители деревни. Горели керосиновые лампы. Электричество отключилось из-за грозы. Люди сидели тесно плечом к плечу и в этой физической близости находили поддержку и уверенность.
- Что будем делать? — спросил кто-то.
- Стоять на своём, — ответил Валерий Петрович, - Если мы все откажемся продавать, им придётся отступить.
- А если не отступят? — с тревогой спросила пожилая женщина, - Если начнут угрожать? У меня внуки в городе, как они без бабки останутся?
- Никто никого не неволит, — мягко сказал Валерий, - Каждый сам решает. Но подумайте, если мы отступим, если бросим свою землю, что останется от нас? От нашей деревни, от России, в конце концов?
- Красиво говоришь, Петрович, - вздохнул старик с дальнего конца стола, - Только против лома нет приёма. Сомнут они нас.
- Не сомнут, если вместе будем, - возразил Игорь, - Я в Афгане научился. Держись своих, выживешь. Отобьёшься от отряда, пропадёшь.
В дверь неожиданно постучали. Все замерли. Игорь, нахмурившись, пошёл открывать. На пороге стоял промокший до нитки молодой парень, местный почтальон.
- Телеграмма срочная, — выпалил он, протягивая мокрый бланк, - Для Валерия Петровича Морозова.
Валерий дрожащими руками развернул бумагу, прочитал и побледнел.
- Что там? — встревоженно спросила Екатерина.
- Зина, — хрипло произнёс Валерий, - В больнице, тяжёлое состояние. Просит приехать.
- Когда? — только и смогла спросить Екатерина.
- Немедленно, — Валерий поднялся, - Утренним автобусом поеду.
- Странное совпадение, — тихо заметила Полина, - Сразу после визита Гаврилова.
- Ты думаешь…, — Валерий осёкся, не в силах произнести страшную догадку.
- Я ничего не думаю, — Полина покачала головой, - Просто отметила факт.
- Если это их рук дело, — Валерий сжал кулаки, - Если они Зину тронули…
- Успокойся, Валера, — Екатерина положила руку ему на плечо, - Может, правда, совпадение? Поезжай конечно, нельзя человека в беде бросать, даже если вы больше не вместе.
Валерий благодарно посмотрел на неё.
- Спасибо, Катюша. Я ненадолго. Только проверю, что с ней, и сразу обратно.
В этот момент раздался оглушительный треск, и в окно ударил сноп искр. Молния попала в столб рядом с домом. Женщины вскрикнули, дети заплакали. Когда первый испуг прошёл, Игорь мрачно произнёс.
- Плохая примета. Гроза над домом к беде.
- Не верь в приметы, — возразил Валерий Петрович, - Верь в людей, в нас, в то, что мы сможем защитить свой дом.
Но в глубине души он чувствовал тревогу. Что-то подсказывало ему, что испытания только начинаются, что настоящая гроза ещё впереди, и им понадобятся все силы, вся вера, вся любовь, чтобы выстоять под этим ураганом.
Гаврилов сидел в роскошном номере единственной гостиницы райцентра и говорил по телефону.
- Да, шеф, всё идёт по плану. Старика выдернули в Москву, как вы и хотели. Остальные пока упрямятся, но это ненадолго. Неделя, максимум две, и они сломаются, — он выслушал ответ и усмехнулся, - Не беспокойтесь. Не таких обламывал. К осени земля будет наша. Все документы подготовим. Концы в воду. Комар носа не подточит.
Закончив разговор, Гаврилов подошёл к окну. Дождь прекратился, но низкие тучи всё ещё висели над землёй, обещая новую грозу. В свете фонарей блестели лужи, отражая мутный свет.
- Упрямые деревенские дураки, — пробормотал он, глядя в сторону невидимых отсюда Озерков, - Ничего, поговорим по-другому. Не согласитесь по-хорошему, пожалеете. У меня методы убеждения есть. Надёжные.
Он отхлебнул виски из стакана и представил, как уже через год на месте жалких деревенских домишек будут стоять корпуса элитного санатория. А он, Гаврилов, станет совладельцем этого прибыльного бизнеса, отмоет наконец-то свои грязные деньги, станет респектабельным бизнесменом.
За окном снова сверкнула молния, и раскат громатился над притихшим городком, словно предупреждение. Но Гаврилов не верил в предзнаменования. Он верил только в силу, в деньги и в страх, три кита, на которых держалась его империя. И он был уверен, что жители Озерков скоро познакомятся со всеми тремя.
Валерий Петрович вернулся из Москвы через 3 дня, осунувшийся с потемневшим лицом и глазами, полными тревоги. Екатерина встретила его на автобусной остановке, ахнула, увидев, как он постарел за эти дни.
- Что с Зинаидой? — спросила она, помогая ему нести сумку.
- Никакого инсульта не было, — глухо ответил Валерий, - Когда я приехал в больницу, там даже не знали её фамилии. А Зинин телефон молчит. Я к нам домой поехал, там чужие люди живут. Говорят, квартиру месяц назад купили через агентство, — он замолчал, переводя дыхание. Потом добавил, - Обман всё это, Катя. Ловушка, чтобы меня из деревни выманить.
- А Зина? — встревоженно спросила Екатерина.
- Не знаю, — он покачал головой, - Боюсь за неё. Хотя она не при чём, уверен, её просто использовали. Надеюсь только, что она в безопасности.
Они медленно шли по деревенской улице. Вокруг стояла тишина. Ни детских голосов, ни лая собак, не привычного стука топоров. Словно деревня затаилась, ожидая удара.
- Что тут без меня произошло? — спросил Валерий, чувствуя эту неестественную тишину. Екатерина стиснула его руку.
- Началось, Валера. Война началась. Первый удар пришёлся по самому сильному. Ночью загорелся сарай на ферме Игоря. Вспыхнул как спичка, в считанные минуты превратившись в пылающий факел. Огонь перекинулся на коровник, и только чудом удалось спасти животных. Люди сбежались со всей деревни, тушили, оттаскивали обезумевших от страха коров, выносили телят на руках. К утру пожар удалось погасить, но от фермы остались лишь обугленные стены и вонь горелой шерсти. Игорь, закопчённый, с обожёнными руками, сидел на земле, бессильно глядя на дело своей жизни, превратившееся в пепел. Татьяна обрабатывала его раны, беззвучно плача. Рядом прижались испуганные дети, не понимающие, почему их новый дом, их надежду на счастье снова хотят отнять.
- Кто? — только и спросил Валерий, когда увидел пепелища.
- А ты догадайся, — горько усмехнулся Игорь, - Уехал ты, они тут же появились. Вначале дружеский разговор предлагали, потом вот, — он кивнул на обгоревшие останки фермы, - А ещё записку оставили.
Игорь протянул Валерию, обгоревший по краям листок.
- Под камнем нашёл, специально положили.
На бумаге корявым почерком было выведено.
Это только цветочки. Ягодки будут, если не уедете.
- Милицию вызывали? - спросил Валерий, чувствуя, как внутри поднимается холодная ярость.
- Вызывали, - кивнула Татьяна, - Приехали, походили, руками развели. Говорят, проводка, наверное. Хотя какая проводка в сарае, которую я вчера только вымела.
- Купили, - мрачно подытожил Игорь, - Всех купили: и милицию, и администрацию, и пожарных. Деньги большие крутятся.
Он поднялся, морщись от боли в обожённых руках.
- Но меня не купят и не запугают. Я в Афгане под обстрелом не дрогнул, и здесь не отступлюсь.
Валерий обнял его за плечи.
- Вместе держаться будем, Игорь. Всей деревней. Отстроим ферму заново.
- Отстроим, — эхом отозвался Игорь, - Если они нам позволят.
продолжение следует 11 июля 20:00