Когда к Акулине внезапно приехали родственники из «дальнего далёка» в гости на несколько дней, она сразу решила, что отправит их всех к невестке своей.
«Вот пусть у Таисии живут, — подумала она. — Сына-то моего сейчас в Москве нет! По делам уехал! Обратно вернётся не раньше, чем через две недели. А квартира их с Таисией огромная, четырёхкомнатная, всё равно простаивает. Да и Таисии там одной, поди, скучно без мужа. Тогда как у меня здесь всего две комнаты. И мне скучать некогда.
А гостей приехало четверо. Нет уж. У меня им и развернуться-то негде будет. И совсем другое дело, если всё это время они погостят в квартире у сына. Прохора нет, он возражать не станет. А Таисии всё равно делать нечего, так пусть за моими гостями поухаживает, доброе дело сделает. Всё лучше, чем дурью маяться в одиночестве, мужа ожидая».
— Так, а вы куда это, куда?! — решительно заявила Акулина приезжим родственникам, когда те вошли в квартиру и внесли в неё свои чемоданы. — Не успела дверь открыть, они уже разбрелись.
Ещё и чемоданы свои зачем-то занесли. Давайте-ка обратно. На выход. На выход, на выход. Кому сказала. И чемоданы свои выносим. Выносим, выносим. Что смотришь, Авдей? Непонятно сказала? Чемоданы — в руки, и на выход.
— Так, а как же? — растерянно поинтересовался самый старший из родственников, которого Акулина назвала Авдеем.
— Всё будет нормально, Авдей, — ответила Акулина. — Не волнуйся. Едем жить в другое место.
— Почему «в другое»? — взволнованно поинтересовался Авдей.
Другие трое родственников тоже заволновались.
— А чем здесь плохо?
— Как «в другое место»?
— И что это всё значит?
Тревожно стало родственникам. Они-то думали, что сейчас поужинают и спать лягут. Потому как поздний вечер уже, и устали они. А тут выясняется, что нужно ехать в какое-то другое место.
— А вот так, — решительно ответила всем Акулина. — В другое. И ничего это не значит. И не спорьте. Здесь вы жить не будете. У меня завтра ремонт начинается.
— Ремонт? — с сомнением произнёс Авдей. — А ты не врёшь? Насчёт ремонта-то? Небось выдумала, чтобы только нас спровадить?
— Вот ещё «выдумала», — возмутилась Акулина. — Скажешь тоже. Ты, если бы заранее позвонил и сообщил о своём приезде, я бы тебе сразу сказала, что у меня ремонт и ко мне нельзя. Почему не позвонил?
— Потому что у нас ни у кого телефона нет. Как позвонить-то?
— А почему телефона-то нет? — спросила Акулина.
— Да потому что баловство это всё, телефоны ваши, — ответил Авдей. — Не привыкли мы.
— Ну вот, если не привыкли, тогда сами виноваты. Едем сейчас в другое место.
Насчёт ремонта — это, конечно же, Акулина соврала.
Но такую ложь она не считала грехом. Потому что, по её твёрдому убеждению, обмануть родственника, который приехал в гости без предупреждения, — это не грех.
«Это святая ложь, — так считала Акулина, — и за неё мне сорок грехов простятся».
— А там, куда мы поедем, ещё лучше, — пообещала Акулина. — Вот увидите. Вам понравится.
Гости начали взволнованно переговариваться друг с другом.
— А теперь — тишина! — требовательно произнесла Акулина. — Я звонить буду.
Гости замолчали, испуганно глядя на телефон в руках Акулины. Авдей перекрестился. А Акулина позвонила невестке.
— Сейчас мы к тебе приедем, — сказала она.
— Приезжайте, — растерянно ответила Таисия. — А кто мы?
— Увидишь, — ответила Акулина и выключила телефон.
И уже через час Акулина, а вместе с ней четверо мужчин, зашли в квартиру Таисии. У каждого мужчины в руках было по два огромных чемодана.
— Вот, Тая, — говорила Акулина, — позволь представить тебе родственников моих, а значит, и родственников твоего мужа. Ты ведь ещё с ними не знакома. И на свадьбе вашей они не были. А это все очень хорошие люди.
Это вот брат мой двоюродный, Авдей Аристархович. А это его три сына. Акакий Авдеевич, Агафон Авдеевич и Аминадав Авдеевич. Кстати, у Аминадава Авдеевича сегодня день рождения. Ему сегодня тридцать исполнилось.
— Тридцать один, — угрюмо поправил Аминадав.
— Он у меня младший, — уточнил Авдей.
— Они к тебе, Тая, ненадолго, — сообщила Акулина. — Всего на неделю.
— На две, — угрюмо уточнил Аминадав, а Акакий и Агафон молча кивнули.
Таисии стало почему-то не по себе.
А более всего её смутил голос и взгляд Аминадава Авдеевича и выражение лица свекрови.
«Этот Аминадав так на меня посмотрел, — думала Таисия, — как будто... Прохор вот так же на меня когда смотрел, перед тем как в любви признался. Да и у Акулины Анфимовны лицо какое-то странное, — думала Таисия, глядя на свекровь. — Язвительное и насмешливое. Как будто задумала что-то нехорошее. Господи. И Прохора дома нет. И не дозвониться до него».
Но своих чувств Таисия не выдавала.
— Прошу, гости дорогие, проходите, — приветливо сказала Таисия, — чувствуйте себя как дома. Сейчас ужинать будем. Пойдёмте, я вам покажу, что здесь и как. Проходите. Не стесняйтесь. Авдей Аристархович, не туда. Туалет не здесь. Там кладовка.
И в то же самое время, когда Таисия ухаживала за гостями и показывала им, где здесь что и как, ей пришла на ум одна шальная мысль. Настолько шальная, что в начале Таисия даже стала отгонять от себя эту мысль.
И получилось, что сознание Таисии как бы раздвоилось. Она одновременно и с гостями разговаривала, по квартире их водила, и на вопросы их отвечала, и в то же время обдумывала свою шальную мысль.
«Нехорошая это мысль, — говорила сама себе Таисия. — Откажись от неё. Не по-людски так поступать с людьми. Тем более со свекровью. Акулина Анфимовна, она хоть и хитрая, но мать мужа твоего. А ты? Чего удумала?! А если она Прохору пожалуется? Что тогда?»
— Вот здесь можно помыться с дороги, — сообщила Таисия гостям. — Сейчас я вам полотенца принесу.
«А с другой стороны, — думала Таисия. — Как она пожалуется? Никак. Потому что Прохор предупредил, что в этот раз он будет работать в какой-то уж совсем забытой богом и людьми глуши, и связаться с ним никакой возможности не будет. Просил ему не звонить. Стало быть, и не узнает он ничего».
— Двое будут спать в этой комнате, — говорила Таисия гостям, — а двое — в этой. Сами решайте, кто где.
«Но, с другой стороны, и что, что не узнает? — думала Таисия. — А сама ты? Разве не понимаешь, что так поступать нельзя? Разве у самой у тебя нет совести? Разве сама ты, Таисия, не слышишь голоса её?»
Таисия прислушалась. И ещё раз посмотрела на свекровь.
— Ты чего? — с вызовом поинтересовалась Акулина, увидев взгляд невестки.
— Ничего, — ответила Таисия. — На кухню пойду. Ужин приготовлю.
— Ступай!
«Нет, — уверенно ответила себе Таисия. — Ничего не слышу. Никакого голоса. Тишина».
А когда гости уже сидели за столом, вдруг выяснилось, что хлеба в доме нет. Стол накрыт, а хлеба — нет.
— Как нет хлеба, Тая? — удивилась Акулина.
— Откуда же я знала, что гости будут? — ответила Таисия. — Думала, завтра утром схожу. А вы что, Акулина Анфимовна, без хлеба не можете?
— Ты же знаешь, Тая, что я ничего без хлеба не ем.
— И мы не едим, — сказал Авдей.
— Так, может, вы это, Акулина Анфимовна, сбегаете за хлебом? — спросила Таисия.
— Что? — возмущённо воскликнула свекровь.
— А что? — как ни в чём не бывало ответила Таисия. — У нас магазин рядом с домом. Круглосуточный. Пять минут — туда и обратно.
— Тая, я не поняла, ты что, совсем, что ли, обнаглела? — спросила свекровь. — Пользуешься тем, что сына рядом моего нет, что некому за меня заступиться, и поэтому можно надо мной издеваться? Да? Авдей, ты слышал?
— Да уж, — ответил Авдей.
— Видал, как мы здесь в Москве живём, — продолжала возмущаться Акулина. — Невестки свекровям на шею сели. На ночь глядя за хлебом в магазин посылают.
— Нехорошо, Тая, — сказал Авдей. — Акулина Анфимовна, она как мать тебе. Даже больше! А ты? Ты молиться на неё должна день и ночь. А ты что делаешь? Нехорошо.
Отца поддержали сыновья.
Акакий сказал, что если бы его жена такое предложила бы свекрови, то он бы её быстро уму-разуму научил.
Агафон сказал, что когда Прохор вернётся, он с ним серьёзно поговорит о поведении Таисии. И научит его, как жену воспитывать.
А Аминадав, посмотрев на Таисию так, как когда-то на неё Прохор смотрел, сказал, что злое и нехорошее в женщине — оно потому только, что рядом с ней нет достойного мужчины. И что если муж не способен справиться со злой женой, то не нужно его ничему учить, а следует его просто взять и заменить.
— На кого заменить, сынок? — спросил Авдей.
— На другого мужа, отец, — ответил Аминадав и снова посмотрел на Таисию.
— Да ладно, ладно, — воскликнула Таисия. — Вы чего? Шуток не понимаете? Пошутила я. Шутки у нас такие в Москве. А за хлебом я сама сбегаю. Тут рядом. Пять минут — туда и обратно. Вы чего?
Мужчины сухо заметили, что шуток таких они не одобряют, и успокоились.
— Только ты побыстрее там, — попросила Акулина. — Не задерживайся.
— Я мигом, — ответила Таисия, выходя из гостиной в прихожую. — Пять минут. Здесь рядом.
А через минуту гости, сидевшие за столом, услышали, как Таисия вышла из квартиры и закрыла за собой дверь.
***
И вот прошло пять минут, десять, полчаса, а Таисия не возвращалась. Час прошёл, а её всё нет и нет.
— Может, случилось что? — предположил Авдей. — Всё-таки Москва! А время позднее. Неровен час...
— По всему видать, случилось что-то с девкой... — многозначительно произнёс Акакий.
— М-да, — сочувственно произнёс Авдей.
— В прошлом году у нас тоже случилось, помните... — мрачно сказал Агафон.
— Как не помнить, — тревожно произнёс Авдей. — Такое разве забудешь.
Аминадав, услышав, что с Таисией, по всему видать, случилось что-то, тоже заволновался.
— Надо было мне с ней пойти, — сказал он. — Красивая она. Молодая. Жалко. Из неё хорошая бы могла жена получиться.
А в это время Акулина уже звонила невестке.
— Таисия?! — взволнованно воскликнула свекровь, услышав её голос.
— Что случилось, Акулина Анфимовна? — спокойно поинтересовалась Таисия.
— С тобой всё в порядке?
— Со мной всё отлично.
— А ты где? Мы тебя ждём, ждём. Есть не начинаем.
— А зачем вы меня ждёте?
— Как зачем? Ты ведь за хлебом пошла.
— Ах, это?
— Ну да. А в чём дело-то? Ты почему ещё не дома? И где ты вообще? Мы волнуемся. Чёрт знает что уже надумали. Были уверены, что с тобой случилось что-то нехорошее. Ты где?
И тут выяснилось, что Таисия, когда выходила из квартиры, стащила из сумочки свекрови ключи от её квартиры. И сейчас Таисия у Акулины дома. И возвращаться к себе домой не собирается до тех пор, пока там будут гости.
На вопрос свекрови, почему Таисия так подло с ней поступила, Таисия ответила, что ничего объяснять не намерена, а просто ей очень страшно стало, вот она и сбежала.
— А что касается хлеба, — добавила Таисия, — то его полным-полно в доме. В хлебнице лежит. На кухне. Кушайте на здоровье. Приятного аппетита.
И тогда Акулина поняла, что Таисия её перехитрила. Оставить же своих родственников одних в квартире сына Акулина никак не могла. ©Михаил Лекс