Вечер 12 июля 2003 года был тёплым и безветренным. Мне, Алисе, было восемь лет, и я возвращалась домой с мамой, Светланой, из продуктового магазина на углу нашей улицы в небольшом городке под Новосибирском. Мы шли по привычному маршруту, вдоль старого ларька у автобусной остановки, который местные называли "стекляшкой" из-за его облупившихся стеклянных витрин. В руках у мамы покачивались тяжёлые сумки с покупками, а я, как обычно, плелась чуть позади, разглядывая трещины в асфальте.
Вдруг я услышала, как кто-то громко выкрикнул моё имя: "Алиса!" Голос был звонкий, почти пронзительный, но в то же время странно знакомый, словно эхо моего собственного. Я замерла и обернулась. На другой стороне улицы, примерно в семи метрах от меня, стояла девочка. Она была точной моей копией: та же голубая футболка с выцветшим рисунком солнца, те же тёмно-синие штаны с вышитыми ромашками на коленях — узором, который мама сделала специально для меня. Даже её волосы, собранные в два хвостика, были такими же светло-русыми, как мои.
Мы стояли и смотрели друг на друга. Время будто замедлилось. Я не могла разглядеть её лица — расстояние и тень от ларька мешали. Мама, заметив, что я остановилась, тоже обернулась и тихо ахнула. "Алиса, кто это?" — прошептала она, но я не ответила. Я была заворожена. Девочка не двигалась, не говорила, только смотрела на меня, и в её неподвижности было что-то пугающее, но в то же время притягательное.
Внезапно она резко отвернулась, будто кто-то позвал её из-за ларька, и побежала туда. Не раздумывая, я бросилась за ней. "Алиса, стой!" — крикнула мама, но я уже завернула за угол ларька. Там была только узкая тропинка, заросшая травой, и пустота. Ни девочки, ни следов, ни звука шагов. Она исчезла, словно растворилась в воздухе. Я обошла ларек дважды, заглянула в щели между досками, но ничего не нашла. Мама догнала меня, её лицо было бледным. "Ты её видела?" — спросила я. Она только кивнула, крепко сжав мою руку.
Мы вернулись домой в молчании. Мама потом пыталась объяснить это "усталостью" или "игрой света", но я знала, что это было нечто большее. Я так и не узнала, кто была та девочка и почему она звала меня. Но тот вечер навсегда врезался в мою память, как загадка, которую я, возможно, никогда не разгадаю.